таким предложением к Джонсону, а тот захотел познакомиться с Теслой.
В доме Роберта и его жены Кэтрин на Лексингтон-авеню было что-то вроде салона в европейском смысле этого слова (американцы называли «салунами» бары на Диком Западе). Здесь собирались творческие личности и другие интересные люди. Тесла понравился Джонсонам, а те понравились ему, так вот все и сложилось. Сблизились настолько, что со временем Джонсоны, заинтересовавшиеся под влиянием Теслы сербской культурой, взяли себе для общения с нашим героем сербские имена. Роберт стал Лукой Филиповым, в честь черногорца, храбро сражавшегося с турками и воспетого в балладе Йовановича-Змая, а Кэтрин Тесла называл «миссис Филипов».
Из сохранившейся переписки видно, что чувства Кэтрин к Тесле были не просто дружескими, а чем-то большим. Вот показательный отрывок: «Приходите, пожалуйста, ко мне завтра вечером и постарайтесь прийти немного пораньше… Я очень хочу вас видеть и крайне огорчусь, если вы проигнорируете мою просьбу». Не «мы хотим вас видеть», а «я хочу вас видеть», причем – очень. Да и «крайне огорчусь» тоже заставляет задуматься… Приведенный фрагмент – из письма, написанного Кэтрин в 1898 году, последнем году «светской жизни» Николы Теслы. Он сохранил дружеские отношения с Джонсонами, но стал бывать у них реже и избегал шумных сборищ, предпочитая общаться в узком кругу. Вот еще один отрывок, на сей раз из письма Теслы Роберту Джонсону: «Мой дорогой Лука… На Рождество я хочу быть дома, на Лексингтон-авеню, 327, со своими дорогими друзьями Джонсонами. Если вы приготовите ужин на полдюжины человек и никого не пригласите, то мне это понравится. Мы будем говорить о благословенном мире и весело проводить время».
О степени заботы, которую Джонсоны проявляли о нашем герое, можно судить хотя бы вот по этому короткому письму (их переписка вообще не была пространной), датированному 6 августа 1896 года:
Дорогой мистер Тесла, я сильно беспокоюсь за вас. До меня дошло, что вы заболели. Оставьте на короткое время работу. Я боюсь, что вы можете не выдержать жары. Найдите место с прохладным климатом. Не надо оставаться в Нью-Йорке. В этом случае вы все дни станете проводить в лаборатории.
Дорогой друг, вы допускаете ошибку, смертельно опасную ошибку. Вы считаете, что вам не нужны отдых и перемена климата. Вы настолько устали, что сами не понимаете, что вам нужно. Если бы только кто-нибудь смог бы насильно увезти вас оттуда! Сама не знаю, для чего пишу вам это письмо. Мои слова не действуют на вас, возможно, что вы забываете их сразу же после прочтения. Но я должна поговорить с вами. Не пришлете ли мне весточку? Было бы здорово, если на ней окажется незнакомая почтовая марка!
Искренне ваша,
Кэтрин Джонсон.
Глава шестая
Суета вокруг радио
Рентген левой руки Николы Теслы. 1896
Никола Тесла. 1890
Радиоуправляемая лодка Николы Теслы. 1898
Первый битовый рецептор для радиотелеграфии, изобретенный Теслой, который предвосхитил гетеродин. 1917
Ниагарская гидроэлектростанция поставила точку в работе над двигателями и генераторами переменного тока. Все, что можно сделать в этом направлении, было сделано. Возможностей для концептуальных прорывов Тесла не видел, а мелкие усовершенствования его не очень-то интересовали. Он умел филигранно отшлифовывать детали, но мыслил масштабно. На очереди была беспроводная передача волн (и энергии), но попутно Тесла работал и над другими проблемами. В частности, над лучами нового типа, открытыми в конце 1895 года профессором физики Вюрцбургского университета Вильгельмом Конрадом Рентгеном.
Рентгеновское излучение (или Х-излучение) представляет собой разновидность электромагнитных колебаний, возникающих в момент торможения ускоренных электронов на аноде рентгеновской трубки или при перестройке внутренних оболочек атомов. Рентгеновская трубка – это катодная лампа, стеклянный баллон, внутри которого – вакуум. В трубку вмонтированы два электрода – катод, испускающий электроны при подаче на него электрического тока, и анод, к которому эти электроны движутся. Зачем нужен вакуум? Для того, чтобы молекулы воздуха не мешали движению электронов.
Рентгеновское излучение могло бы называться «тесловским излучением», поскольку Тесла начал работу с электровакуумными лампами еще в 1887 году и установил, что в них под воздействием высокочастотного тока возникают излучения трех видов – видимое, ультрафиолетовое и те самые «особые лучи», которые оставляют отпечатки на металлических экранах, находящихся возле ламп. Но электрические разряды в вакуумных трубках интересовали Теслу с точки зрения видимого свечения. «Мой основной вывод заключается в следующем, – писал он в статье, посвященной этой теме. – Я экспериментально доказал, что если один и тот же разряд, способный вызвать появление светящейся полосы в колбе, проходя через первичный контур, получает такое направление, которое усиливает индуцированный электростатический эффект (то есть он обращен вверх), то не имеющая электродов вакуумная трубка может светиться на расстоянии нескольких футов». Все та же тема передачи волн на расстоянии.
Инженер-изобретатель Эдвард Ринвуд Хевитт, бывавший в лаборатории Теслы, рассказывал, что был очевидцем знаменательного события – создания первого в мире рентгеновского снимка. Это произошло в тот момент, когда Тесла пытался сфотографировать Марка Твена, используя в качестве источника света электровакуумную трубку. Вместо Твена на фотопластинке отпечатался регулировочный винт фотообъектива. К сожалению, ни Хевитт, ни сам Тесла не сделали из этого наблюдения соответствующих выводов.
Ознакомившись с достижениями Рентгена, которые он называл «удивительными», что следует понимать как «выдающиеся», Тесла «сосредоточил все свои силы на исследовании природы излучений и совершенствовании способов их получения».[45]
Ученая общественность не сразу осознала, какую революцию в медицине совершит открытие Рентгена, но Тесла одним из первых предложил использовать «особые лучи» для диагностики, в частности – для выявления опухолей. И одним из первых выявил вредное действие лучей, которое описал в статье «О вредном воздействии трубок Ленарда[46] и Рентгена». Правда, весь вред ионизирующего излучения в то время было невозможно оценить. Сам Тесла многократно подвергался облучению, случалось, что и засыпал от усталости, держа руку под рентгеновскими лучами, но, к счастью, все обошлось без фатальных последствий – Тесла благополучно дожил до января 1943 года и умер не от онкологического заболевания, а от закупорки коронарных артерий, то есть – от инфаркта миокарда.
На волне «рентгеномании» (а это была настоящая мания, без какого-либо преувеличения) возникла очередная дискуссия между Теслой и Эдисоном, который не мог остаться в стороне и тоже занялся изучением «особых лучей». Если Тесле была нужна истина, то Эдисону требовались сенсации. Он «установил», что исследуемые
