Читаем без скачивания Право на бессмертие. Ядерный скальпель - Александр Голодный

– Слушай, а как они сами потом планировали использовать заряд, если он испортится от нагрева?

– На заводе-изготовителе заряд разбирается, уран-калифорниевая составляющая переобжимается в специальном прессе, меняется на всякий случай взрывчатое вещество. Операция, стоящая копейки по сравнению с рыночной стоимостью пошедшего на изготовление химически чистого калифорния, да и урана тоже.

– Экономисты…

Что же, с началом игры все понятно. Англы пролетели, не учтя вышедшего из рукава ГРУ джокера. Теперь процесс надо утолщить и углубить, дабы они продолжали пролетать и далее.

– Командир, если радировать в центр?..

– Нет, сами на связь мы можем выйти только из Англии, Аслан. О плановом развитии операции доложат те, кто придет за машинами.

Подключается Павел:

– Я могу воспользоваться экстренной связью, но риск пеленгации очень высок.

Да, Средиземное море – это густой суп с клецками-кораблями. Правда, наш командир хитер, как морской змей, – перемещается в нужном направлении под днищем танкера или сухогруза, а зарядку аккумуляторов проводил через шнорхель, залегши на грунт у акватории порта. Естественно, гремящая промышленным шумом береговая база надежно глушила наш одинокий дизель, снабженный первоклассными устройствами шумоподавления.

– Нет. Есть высокая вероятность, что предатель имеет доступ к радиограммам.

Поддерживаю. Отловить даже подлодку-невидимку вполне возможно, если бросить на эту операцию положенные силы. У врагов сил точно хватает, одни американские корабли, задействованные на долбежку Ливии, чего стоят. Поднять утопленную лодку с зарядом и трупами технически вполне осуществимо – прецеденты были. А вот пока операция развивается якобы по их правилам, следование по маршруту проблем не составит.

– Ахмет, а как же тот сбитый вертолет?

– Неизбежная случайность или сознательный ход, Артур.

Возникла мысль. Надо проверить:

– Парни, вы знаете конструкцию своих поясов шахидов?

– Ну, в общих чертах…

– Нужен один.

– Искандер, ты не собираешься же?..

– Кемаль, я военный инженер и с утра ковырялся в таком заряде, что пояс по сравнению с ним жалкая мелочь.

Чуть подумав, Ахмет кивнул Мансуру. На стол водружается пояс. Шнуры пластиковой взрывчатки в телесного цвета синтетической ткани сантиметров двадцать шириной. Коробочка управления с чекой и предохранителем. Ничего сложного, сплошная механика.

– Два режима: мгновенный подрыв и тридцать секунд замедления.

– Короче, парни, буду курочить, а поэтому – все свободны.

Выгоняю бойцов на фиг, надеваю очки-консервы (вдруг хлопнет взрыватель?), перчатки, раскладываю мультитул. Первое дело – отсоединить взрывчатку. Прощупав, безошибочно определяю местонахождение детонатора. Нежно режу материю лезвием бритвенной остроты. Получается легко и непринужденно – обычная синтетика, под ней полиэтилен. Отложив подальше обезвреженную полосу со взрывчаткой, вычищаю остатки ВВ (точно, пластиковая взрывчатка) на лист бумаги и распарываю окружающую узел подрыва ткань. Ага, цилиндрик с чекой на резьбе, стык залит лаком. С некоторым усилием выкручиваю. Вот и доказательство – тонкая стальная пластинка поверх капсюля, точно не даст подорваться.

Зову парней, предъявляю.

– Технический отдел, третья группа комплектации…

– Согласен.

Безошибочно определено одно из гнезд предателей. Разбираю коробочку с детонатором. Устройство предельно простое – рычажок с фиксатором переключает детонирующий шнур мгновенного подрыва и замедлитель типа бикфордова шнура.

– Искандер, ты можешь их привести в порядок?

– Легко и быстро. Достаточно надрезать материю, вывинтить блок ударника, вынуть пластинку. Этот пояс я тоже могу восстановить, нужны нитка с иголкой, скотч, кусок ткани.

Павел кивает:

– Найдем.

– Командир, прежде чем планировать… А где снаряжение и одежда, в которой мы должны работать в Англии?

– Здесь, на лодке.

– Надо проверять.

Да, полная подстава. Шесть комплектов одежды, документов (с нашими «арабскими» фотографиями), кредитные карты, электронные проездные «Ойстер» для поездок в лондонском метро и практически полное отсутствие наличных. Фунтов по семьдесят в разнокалиберных портмоне. Как легко отследить кредитки и электронные проездные, не рассказываю – тут все профи. Одежда… Насадить в подкладку запускающихся от кодового радиосигнала, а в обычном состоянии незасекаемых пассивных маячков – не проблема. Так же никакого доверия мобильникам, особенно с учетом, что айфоны я вообще не люблю.

– Остальное имущество должно находиться в двух машинах, в месте высадки.

Молча прикидываю, что место высадки сто процентов будет качественно обложено спецслужбами. Стоит только там засветиться, как из-под опеки уже не выйдешь. Пасти будут предельно плотно, используя «топтунов», агентуру, технические средства наблюдения. Интересно, когда англы собираются нас брать? Умнее всего – в момент выхода на сушу. Но, учитывая любовь их партнеров к блокбастерным эффектам, возможно, в момент совершения акции. Да, точно, состояние заряда и поясов шахидов идеально укладывается именно во второй вариант.

Отлучившийся из кают-компании Павел тем временем принес ножницы, скотч, иглу и катушку белых ниток. М-да, символично. Действительно, все шито белыми нитками. Продолжая размышлять, собираю конструкцию. Не знаю, кому как, но мне любая простая работа только помогает думать. Парни тоже пребывают в глубоких раздумьях.

Итак, что имеем? В минусе – знания противника об операции. Причем полнейшие. Отсутствие экипировки, явок, транспорта, наличных, документов. В дупе вся маскировка напарников под мусульман, как и моя, впрочем. В этом виде работать уже нельзя. Под серьезным вопросом связь с руководством. Или нет? Вполне могу открыть левые почтовые ящики и отправить почту напрямую Ларе – адрес помню. Ага, помню! Мне ли не знать, как ломаются почтовые ящики?! Отпадает. И запланированные фейсбуковые контакты скончались сразу все и наверняка. Черт! Ноут! Программное обеспечение поставлено в Москве, соответственно, веры ему никакой. Ненавижу виндашную «семерку»! Что стоило внедрить в операционку программу-маячок, немедленно дающую сигнал на заданный адрес при выходе в Сеть? Сам могу это сделать без особых усилий. Про специализированных троянцев, позволяющих рыться в чужом компьютере как в своем кармане, не хочется даже вспоминать.

Вообще все безрадостно. Но есть хоть что-то в плюсе?

Состояние заряда – я уверен в своей работе. Значит, козырь примерно на шестьдесят килотонн уже имеем. Второе – встреча поджигателей войны должна обязательно состояться, ничего исключительного для них не произошло, все развивается по плану. То есть они считают, что все развивается по плану.

Опа! Это и есть главная мысль – необходимо, чтобы враги и дальше так считали. А для этого… Поднимаю глаза и смотрю на напарников. Слова генерал-лейтенанта снова прозвучали в ушах: «Эти люди знают, на что идут, и решение свое приняли вполне осознанно…»

– Что, Искандер?

Не спеша, подбирая слова и испытывая жгучий стыд (я ведь в любом случае останусь при ядерном заряде, а значит, с изрядными шансами на жизнь), излагаю мысли. Самую малость утешает выражение лица командира – он, похоже, рассуждал так же.

– Да, это единственно верное решение. Нам придется разделиться. Одна тройка будет следовать первоначальному плану, отвлекая на себя спецслужбы, другая выполнит задание.

Ахмету слова тоже дались очень нелегко.

– Бросим жребий.

– Нет, командир. Я без жребия иду в тройку отвлечения.

Мансур. Близнецы переглянулись:

– Мы тоже, командир. Так будет правильно.

Как выразить чувства, что сказать людям, сознательно выбравшим верную смерть? Без пафоса, спокойно, уверенно и твердо, как подобает настоящим героям?

Установившееся в очередной (который по счету?) раз молчание нарушает голос Мансура:

– Искандер, нам бы не хотелось отправляться с пустой бочкой.

– Павел Сергеевич, у вас есть на корабле взрывчатка?

– Магнитные мины. И штатный минер. Вдвоем справитесь?

– Да.

Аслан кладет руку на плечо:

– Искандер, сделай помощней.

– Сделаю.

Вот что значит профессионалы – никаких проявлений чувств. Решение принято, утверждено, и началась разработка путей выполнения.

Развернули карту Британских островов и приступили к рассмотрению вариантов высадки. Нашей тройке с ядерным зарядом необходимо выйти на сушу раньше – это не подлежит сомнению. Но где? И как действовать дальше? Впрочем, второй вопрос имеет напрашивающееся само собой решение, можно сказать, классическое.

С тезкой-каплеем еще раз проверяем полученное. Со взрывчаткой раскуроченной магнитной мины вышло неслабо. Полегчав килограммов на сорок, бывший ядерный бочонок стал убойным зарядом фугасно-зажигательного типа. При здравом размышлении отказались от электроники мин, использовав взрывной механизм, опять же, многострадального пояса. Выбросив китайскую пустышку, просверлив необходимое отверстие, вывели подрывную чеку под откидную крышку. Мансур твердо приказал закрепить детонатор в положении мгновенного подрыва. Намертво приклеив механику эпоксидкой, осторожно опускаем крышку, плотно прижимая пояс к смертоносной начинке бочки. Затягиваю винты, осматриваю, пробуем покачать и потрясти. Нет, все закреплено качественно, не болтается. Отправив каплея, провожу еще одну важную операцию – удаляю с ядерного фугаса растворителем все русские надписи. В итоге вонь в отсеке стоит нечеловеческая, но заряд чист. Возвращаюсь в кают-компанию. Бойцы как с утра залезли в топографические карты, так и пребывают в них. Отдельно – схема Лондона, уже вся в разноцветных карандашных пометках.