обитый железными полосами.
Предав его Марку, он поднялся к Гунту на капитанский мостик.
— Помимо тех двух сундуков с монетами, что нашли на том корабле почти сразу, матросы и я собрали еще кое-что, и я уже отдал это Марку.
Боец кивнул на следопыта, сидевшего под мачтой, и немного расстроенно продолжил:
— Жаль только, что зарядов к моему «Кретте» остался всего один.
Дорн достал из набедренной кобуры оружие и показал командиру.
Гунт кивнул и, положив руку ему на плечо, сказал с отеческой улыбкой:
— Этот мир, куда мы с тобой попали, очень странный… ты не находишь?
Молодой боец кивнул и поправил за спиной штурмовую винтовку.
— И мне почему-то кажется, что мы обязательно найдем за Большим Хребтом и заряды для твоего «Кретте» и много чего другого. Не стоит по этому поводу особо переживать.
Через какое-то время на мостик поднялся капитан и, улыбаясь, бросил на стол два плотно набитых, приятно звякнувших кошелька.
— Твои люди, Гунт, не очень хорошо обыскивали этих…
Капитан кивнул в сторону связанных по рукам и ногам штурмовиков.
— Ребята посовещались… одним словом… они благодарны тебе и Кирту за то, что вы вмешались и не дали раненым уйти к богам. Они решили так: все деньги, что найдут у штурмовиков на обоих кораблях после вас, отдать вам. Я считаю, это справедливо и… я горд за своих ребят, — голос его дрогнул, и он отвернулся.
— Я хочу попросить вас только об одном, — глухо попросил он. — Сегодня я потерял половину команды и своего верного помощника. На ногах пока только пятнадцать человек. Если попадем в хороший шторм, можем и не справиться. Эти, — он кивнул на пленных, понуро сидевших вдоль борта, — не моряки, и толку от них никакого. Что с ними делать, решит команда. Одним словом, мне нужны матросы и новый помощник.
— Что вы предлагаете? — уже поняв, куда клонит капитан, спросил Гунт.
— Завтра к вечеру мы будем проходить недалеко от порта под названием Кайрут. Мне нужна ночь, следующий день, и еще одна ночь, чтобы набрать новых людей в команду. Я понимаю, что нарушаю условия договора, поэтому готов выплатить штраф или не брать с вас оставшуюся сумму по прибытию в Серфит.
Капитан с надеждой уставился на Гунта.
— Если мы уложимся в сроки, названные вами сейчас, то ни о каком штрафе речи идти не может. Я согласен, капитан. Действуйте, а если вам надо знать правду о новых членах команды, — тут он искоса посмотрел на Дорна, — мы в свою очередь готовы оказать вам в этом серьезную помощь. Поверьте, что-либо скрыть от нас им не удастся.
Мэйрон с облегчением выдохнул и коснулся пальцем лба и груди.
— Тогда я бы попросил вас спуститься вниз, к своим людям. Грузовой трюм у меня один, и сейчас мы начнем заполнять его трофеями с «Мисога», и мне бы хотелось, чтобы кто-то из ваших людей присутствовал при этом.
Спустившись вниз, Гунт с Дорном заметили, что Марк уже на месте и печать, поставленную главой братства в самом начале плавания, сорвали под его пристальным наблюдением.
На разграбление трофейного корабля ушло часов пять, и закончили с этим делом как раз с наступлением сумерек.
Мэйрон почти всё это время проторчал на вражеском судне, руководя грабежом.
Команда работала, как одержимая, заполняя трюм какими-то сундуками, канатами, парусами и прочим такелажем, и даже разобрали одну составленную из двух частей мачту и тоже запихнули ее вовнутрь.
Матросы со знанием дела прошерстили на «Мисоге» каждый закоулок, находя там небольшие тайники и единичные монеты, запрятанные в щели между досок.
Наконец с грабежом было покончено, и матросы во главе с капитаном покинули вражеское судно.
Мэйрон самолично перерубил канаты и закинул на медленно отходящее судно горящий факел.
Огонь очень быстро распространился по всему судну, и еще долго было видно зарево на ровной глади моря.
* * *
К большому несчастью пассажиров, а особенно членов команды, повар на судне погиб одним из первых, и поэтому готовку сегодняшнего ужина взяли на себя Ника и Кора. Благо пищевых гранул хватало в избытке, и с горячей водой не было ни малейших проблем, а уж фантазий в стряпне девушкам было не занимать.
Когда все расселись за стол и начали восхвалять великолепные кулинарные способности девушек, в салон зашел усталый, но очень довольный Мэйрон. Он прямо с порога сообщил, что завтра приглашает всех на ужин в заведение под названием «Обжора» и, если им понравится то, как готовит тамошний повар, то он заберет его на корабль, и тот будет баловать всех изысканными блюдами, благо продуктов теперь хватит месяца на три.
Девушки захлопали в ладоши, а Мэйрон подсел к столу.
Утолив первый голод, все начали делиться, кто и как пережил этот день.
— Да уж, дорогой капитан Мэйрон, — начала язвительным тоном Пири, — утром вы обещали нам неизгладимые впечатления от прохода через пролив Дорка, что же, вам это удалось на славу. Просто море незабываемых впечатлений!
Мэйрон сокрушённо потряс головой и ответил:
— Кто же знал, дорогая Пири, что разбойники захотят выкрасть вас с нашего судна и, не удержавшись, нападут!
Все заулыбались, а капитан продолжил:
— Они так и сказали мне. Мол, ты и твое корыто нам не нужны, отдай нам Пири и катись куда глаза глядят!
За столом послышались смешки, но тут вскочил один из братьев и, еле сдерживая смех, выпалил:
— Подтверждаю! Сидим мы, значит, в каюте, трясемся от страха, как тут дверь нараспашку, и забегает огромный разбойник и тут же кричит: «Где Пири?» Ну, я растерялся и с перепугу швырнул в него нож, и нечаянно попал тому прямо в глаз.
За столом все без исключения рассмеялись, и тут свое слово вставила Кора:
— А за ним еще двое с криками «Пири, Пири», но тут уже мы с Никой не выдержали и обозлились: мы что, хуже Пири? Ну и пальнули пару раз, их аж вынесло в коридор.
— Вот-вот! — поддержал их Эол. — К нам тоже ломились, спрашивали Пири. Сразу трое. Двоих мы с Кейвом утихомирили. А третий побежал ее искать на палубу и не добежал.
За столом уже смеялись все, вытирая слёзы. Напряжение сегодняшнего дня понемногу отпускало, и даже слабенькая шутка вызывала взрыв неудержимого хохота.
Отужинав, капитан похвалил стряпню девушек, удивился, как они всё это сумели приготовить и, раскланявшись, ушел.
Гунт подозвал к себе Марка, и они отошли в сторону, присев за столик возле окна.
— Каков улов? — с интересом спросил Гунт.
Марк с готовностью достал листок, но Гунт
