Джослин, допивавший вино, в то время когда она произносила эти слова, чуть не поперхнулся, услышав от нее такие признания, сказанные задумчивым и серьезным тоном.
— Вести двойную игру намного опаснее, — заметил он.
Опустив голову, она посмотрела на свои руки, бессознательно поглаживавшие платье у самых колен. Мимо его взгляда не прошло ее слегка исказившееся лицо, и он быстро перевел его на золотые отблески ее красивых кос. Затем она глубоко вздохнула, как будто собираясь с духом, и, посмотрев ему в глаза, произнесла:
— А иногда, я думаю, и безопаснее. Я прошу вас выслушать меня. — И, подняв руку, добавила: — У меня есть к вам одно предложение, касающееся завтрашней поездки.
Джослин посмотрел на ее тонкую руку с длинными пальцами и коротко остриженными ногтями и настороженно спросил:
— Правда?
— Сундук — хорошая цель. Лестер понимает: обратись он в суд, можно наверняка проиграть. Он к тому же знает, что завтра мы отправляемся в Рашклифф и нам придется проезжать через земли, где его влияние такое же могущественное, как и у верховного юстициария.
— Да, — нахмурившись, согласился Джослин.
— То, что я хочу предложить, касается наследства моего сына, которое мы… — разговор неожиданно прервался резким стуком в дверь.
— Входите, — крикнул Джослин.
В дверь просунул голову Малькольм. Из-под его шлема торчали рыжие волосы.
— Только что прибыли юстициарий и ваш отец, сэр, и хотят встретиться с вами, — оттарабанил он с таким сильным шотландским акцентом, что Линнет и Мод с удивлением уставились на него. Джослин, успевший в отличие от женщин привыкнуть к его речи, встал.
— Хорошо, сейчас спускаюсь, — и, обратившись к Линнет, произнес: — Мне будет интересно услышать, что вы мне скажете, когда я вернусь. — И, подойдя к двери, он лениво добавил: — Если я к этому времени не свалюсь с ног от усталости.
Джослин вошел в гостиную и увидел ожидавших его отца и юстициария. Лицо Железного Сердца выглядело каким-то самодовольным, и Джослин сразу же насторожился. Но тут же ему стало легче, когда он вспомнил о заключенных, дожидавшихся допроса. Правда, несмотря на определенный успех в этом деле, один человек все же погиб, а кухня и конюшни превратились в груду дымящихся углей.
Джослин стал подробно рассказывать обо всем, что здесь произошло. Но чем точнее становилось его повествование, тем большее недовольство отражалось на лице его отца. Де Люси нашел нужным улыбнуться, сидя на скамье, располагавшейся вдоль стены. Около него стояла клетка, сплетенная из соломы, в которой, свернувшись, прижав носы к своим хвостам, спали два небольших черных кролика.
— Запас пищи на время поездки? — спросил де Люси, посматривая на клетку.
— Это подарок моей тетки Роберту де Монсоррелю, — холодно ответил Джослин.
Железное Сердце презрительно и недовольно проворчал:
— У Мод в голове меньше ума, чем у овцы.
— Она просто стала более чувствительна, чем раньше, — заметил Джослин и, увидев, что оба собеседника пристально смотрят на него, пожал плечами. — Сегодня я потерял хорошего человека и сам едва остался жив в этой потасовке с грабителями. Поэтому прошу меня извинить за усталый вид.
Опомнившись, де Люси счел своим долгом успокоить Джослина:
— Всегда горестно потерять друга. Зная, что вы уезжаете, я сам позабочусь о том, чтобы все прошло на должном уровне, и закажу заупокойную службу. Мы не станем вас больше задерживать. У меня к вам есть только одно предложение, которое, полагаю, может оказаться для вас полезным. Кроме того, оно имеет прямое отношение к данному вам поручению. — Говоря все это, наместник мельком поглядывал на Железное Сердце.
«Сегодня ночь предложений», — подумал Джослин, замечая, как отец беззвучно смеется, судорожно колыхаясь всем своим телом от какой-то потаенной радости.
Сложив пальцы у подбородка, де Люси добавил:
— Вначале мне хотелось, чтобы вы сопровождали Линнет де Монсоррель вместе с сыном в Рашклифф, взяв там бразды правления в свои руки, пока я не найду подходящего опекуна для мальчика. Но сейчас я рад сообщить вам, что уже нашел его.
Джослин следил за де Люси, не отрывая от него глаз. То, что предлагал юстициарий, казалось странным и необычным. Для этого следовало иметь высокую должность, огромные деньги, знатное происхождение и влияние в свете. Ни о чем подобном он и не помышлял.
— Милорд? — вопросительно произнес он, чтобы хоть что-то сказать.
— Я приехал сюда, — продолжал де Люси, — чтобы предложить вам опекунство над Робертом де Монсоррелем, женивши вас на его матери.
Эти слова настолько поразили Джослина, что в первую минуту он не понял их смысла. Медленно он стал приходить в себя, стараясь привести в порядок свои мысли. Но это оказалось не такой легкой задачей. Он продолжал смотреть ничего не понимающими глазами, безмолвно, как во сне, двигая губами, повторяя, как заклинание, последнее предложение наместника.
Де Люси довольно улыбнулся. Он любил преподносить сюрпризы, ставя в неловкое положение своих собеседников и наслаждаясь их замешательством. Этот его порок следовало скорее назвать озорством, чем злобой.
— Будет проще заплатить короне за право взять эту леди в жены. Придется, правда, немного подождать, прежде чем ее земли перейдут к вам по закону. — Он хихикнул. — Только не делайте таких удивленных глаз. Если бы я не верил, что вы сможете надеть одежду барона, я не предложил бы вам поместье Рашклифф. Конечно, оно будет вашим до тех пор, пока мальчик не станет совершеннолетним. Но за вдовой останется ее часть наследства, а это тоже приличная сумма. Что вы скажете на это?
Джослин ждал, не зная, что ответить наместнику. Его голова ничего не соображала от эмоций, его переполнявших.
— Я не знаю, что вам ответить, милорд.
Де Люси засмеялся.
— Я думаю, что вы поселитесь в поместье Рашклифф и станете верно служить короне вместе со своими будущими сыновьями.
— Женщин всегда нужно чем-то занять, — живо согласился Железное Сердце и, широко улыбнувшись, обнажил свои корявые гнилые зубы. — Постель, прялка и колыбель — вот что им нужно для счастья.
Джослин видел, что постель, прялка и колыбель сделали с законной супругой отца, и подумал: верит ли Железное Сердце сам в то, что говорит, или произнес это просто по привычке?
Однако вслух он ничего об этом говорить не стал и повернулся к де Люси.
— Милорд, я буду рад принять ваше предложение, если, конечно, сама леди не будет против.
— В данном случае у нее нет выбора, — проворчал Железное Сердце.
— Тогда я дам его ей, — парировал Джослин и вызывающе посмотрел на отца, пока Железное Сердце не опустил глаза, от недовольства плюнув на пол.
