интересно, так что решили мы с Зелёнкой так: Я иду со Змеюком общаться. Если что — будем думать. А Ленку свою к этому ёопырю-террористу не подпущу.
— Кащей, я вообще-то тебя люблю, — ехидно уставилась на меня вредина.
— Я тебя тоже, Лен. И причём тут это? Ну, положим, знаем мы, что этот многочлен не воздействует небывальщиной. Почти уверены. Но, например… афродизиак какой, облаком? Или что-то ещё такое, не небывальское, а физическое. Да, ты у меня умница, выдержишь. А мучится зачем? У кого-то с либидо проблем, в отличие от остроухих, нет.
— Между прочим, у эльфов проблем с либидо тоже нет, — фыркнула вредина. — Нет либидо, и нет проблем. Ну да ладно, всё я понимаю, подожду, посмотрю-послушаю с терминала, — мотнула она ушами, после того, как похихикали. — Но то, что ревнуешь — пр-р-р-риятно!
— Вредина зелёная, — констатировал я.
— А то! — надулась зелёная вредина.
И попёрся я общаться с трёхголовым многочленом. Последний, по моему приближению, своего окучивательного дела не прекратил, но напрягся — как бугрящимися на спине мышыцами, так и в небывальщине.
Эльфки на моё присутствие… просто толком не отреагировали. Ни сношаемые — те очевидно кайфовали, ни «ожидающие» — эти по мне взглядами в «ельфо-стайле» мазнули, фирменно. И то не все.
— Здра-а-а-асти! — радостно поприветствовал я присутствующих, ну раз уж Горыныч продолжает и не реагирует внешне.
— Дядь, не видишь — заняты мы немного! — обернулась одна голова. — Не могли бы вы, любезный, дождаться, когда дамы будут удовлетворены? — повернулась вторая, с брезгливо оттопыренной губой. — Да хорош вам уже, маньяки чертовы, блин! Не чуете что ли?! Нас же прибьют сейчас! — выдала третья, центральная, ЖЕНСКАЯ, черт побери, голова!
А пока я немножечко обтекал, эти головы начали, не прекращая фрикций, выяснять отношения!
— Аллочка, если бы не ваша неподобающая… не буду говорить! — вещала «вежливо-интельская» голова. — Нам бы не пришлось лечить ущерб нашей психике!
— Проф прав, Аллка! Задолбала ты своими замашками! Я как очнулся — до сих пор в себя не могу прийти! — возмущалась вторая мужская.
— Нечего было так нажираться! И, между прочим, у нас три, подчёркиваю, ТРИ пениса! И один — мой! А вы, шовинисты проклятые, мне мешаете! — бесилась женская голова.
Я от этого диалога несколько охренел. Даже Зелёнке отмыслетекстил, в смысле «Ты чего-нибудь понимаешь?» на что получил «Ничего не понимаю, но очень интересно!»
Ну… интересно, не сказать, чтоб «очень», но наполшички… кхм… да.
Тем временем трёхголовый, не прекращая ругаться, эякулировал. Эльфки расплылись на простыне, а трёхголовый поднялся, окутавшись небывальщиной и оказался в одежде. Оборотень и одежда — шкура, отметил я.
— Дамы, увы, дела не ждут! — обратилась одна голова к ожидающим. — Но я вас непременно навещу как-нибудь!
Эльфки ограничились чопорными кивками и попёрлись вдаль. Но сожаление, блин, было заметно!
— Дядь, отойдём, а то этих заденем, — обратилась ко мне вторая голова, махнув на трёх «оприходованных» ельфиек, который вяло копошились и явно были к передвижению ближайшее время не способны.
— Ну, отойдём, — не стал спорить я.
Отошли за рощу, Горыныч аж на три головы присвистнул, любуясь на целевшийся на него Трак.
— А вы собственно кто? — вдруг поинтересовалась женская голова. — И что вам от нас надо?
— «Меня», Аллочка! — вставила интелегентская голова.
— Идите на х. й, Валентин Натаныч! Засунули языки в жопу — так не мешайте вести переговоры! — отрезала женская.
— Я — Кащей Бессмертный, — оповестил я. — Ты… Вы… в общем, Змей Горыныч, я в курсе.
— А…
— Валим?
— Да может и справимся!
— А н. й? Он нас не догонит!
— А пушки?
— А может прежде чем бить или бежать, ваш, кхм, коллектив дослушает ответ на вопрос? — поинтересовался я у неба.
— Ну?! — уставилось на меня три головы.
— Меня местные ушастые попросили от… тебя, — наконец определился я, — избавится. Не убить или что-то. Кроме того, ты — метачеловек, это понятно. А я на металюдей беру заказы только если они злостные убийцы. А ты, вроде как — нет.
— Эммм…
— А я вам говорила, надо было сразу валить!
— После того, что ты извращенка чёртова, нами сделала?!!
— Стопэ! — рявкнул я. — Мне — ИНТЕРЕСНО. Воевать я с вами не намерен. Но расскажите ка мне, как вы… такое получилось? И вообще?
— То есть, на конфликте вы не настаиваете? А то достал один уже…
— Дурак?
— Он самый! Проходу не даёт и… неважно. Ну, почему бы не рассказать. Вроде мы с вами, Кащей из одного… лагеря, скажем так.
После чего, на три головы, поведало это чудо природы, что, как и откуда.
Итак, конец троица из профессора и пары студентов встретила в вертолёте. Летел проф по какой-то научной надобности, с парой «лучших студентов-стажеров». Но взрыв рядом, вертушка — на землю, падает, а полусломанная троица начинает умирать. Не от радиации или чего-то там, а именно от падения. И вот, в процессе умирания их посещает… ну в общем Горыныч припёрся, не в материи, как понятно. И предложил жить, много секса, свободу и радость.
Ну, само по себе предложение «жить» умирающим — привлекательное. Но тут ещё сказалась вещь, в которой ни одна из голов не признавалась, но все обвиняли друг друга. Была троица лютыми похотливцами, просто феерическими. Проф со студентками, студент — то ли рукоблудствовал вечно за компом (судя по словам студентки,) то ли тоже регулярно всё что движется имел. Ну и девица — семечка в этой компании. Правоверная и упёртая любительница… мужской любви! Слеша там всякого, и всё такое. Причём, за возможность получить член — ухватилась рукой (всё что не было сломано) и «визжали вы, Аллочка, так что чуть нас не добили!»
Результат — троица дружно соглашается, полгода порнухи, очухиваются весной, в том виде, что я видел. Драконом быть могут, но не любят. А любят женщин, причём очень регулярно. Более того, выделяют некий контактный афродизиак, «раскочегаривающий» тех же эльфок, да и вообще всех.
Но скотом… скотами… в общем, получившийся Горыныч не был. И, вдобавок, хотел выпить, покушать и прочее, повкуснее желательно, а не на «подножном корму». И стал он… ну аналогом ведьмака. Для малых селений и прочего. За услуги беря либо деньги, либо: «Минуту общения с женщинами. Я предлагаю им со мной переспать. Откажутся — улетаю, долгов нет».
Кстати, пару раз отказывались, даже после держания за руку. Но, в основном — соглашались, как понятно. И, в данном случае, жадные наниматели сами виноваты, как по мне.
При этом, несколько раз на Горыныча нападали, отчего всплывала совершенно безумная ярость и:
— Убегал, скажу как на духу, Кащей. Как-то…
