– На нас, во всяком случае, он не нападал, – честно признал Конан. – И пятидесяти шагов в нем не наберется, от силы пятнадцать. А еще он разговаривает.
– Как это – «разговаривает»? – не поверил Эван. – Это же животное, оно не может говорить! Рычать, реветь, но не разговаривать, как человек!
– Этот говорил, – вмешался в разговор Сигурд. – Вынырнул и заявил, что мы ему, видите ли, спать мешаем!
– Говорящий он или нет, – отмахнулся Плоскомордый, – не имеет никакого значения. Подобной твари нечего делать возле нашего побережья. Итак, господин капитан, ты и твои люди видели это существо вблизи. Как по-вашему, можно ли его убить или прогнать, и сколько шкур вы сдерете с меня в награду за ваши труды?
– Можно, – коротко ответил Конан. Асторга и Сигурд переглянулись – награда наградой, Плоскомордый наверняка не поскупится, однако связываться с драконом им с каждым мгновением хотелось все меньше и меньше.
– Капитан, – решился высказать свое мнение ванахеймец. – Я, конечно, все понимаю, но может, ну его к морским демонам, этого гада чешуйчатого? Мы ж его сегодня здорово напугали, он наверняка удрал и больше здесь не покажется…
– Напугали? – заинтересовался Эван. – Как напугали?
– Выстрелили по нему из баллисты. То ли промахнулись, то ли шкура у него оказалась слишком толстая, – пояснил Асторга и добавил: – В самом деле, капитан, мы ведь корсары, а не охотники за чудовищами! Скажи на милость, как мы будем искать дракона в океане? Он, конечно, большой, но океан еще больше.
– Найдем, – отрезал капитан, не вдаваясь в подробности. – Сдается мне, что эта тварь живет не в море, а на берегу… Или вы что, испугались какой-то ящерицы-переростка?
Последние было сказано с интонацией, в которой в равной пропорции смешались презрение и насмешка. Рулевой и первый помощник немедленно и дружно возмутились:
– Знаешь, капитан, это уже слишком!
– Кто боится? Я боюсь? Ну-ка повтори это еще раз!
– Слушайте, господа пираты, может вы потом поссоритесь? – встрял довольно ухмыляющийся Плоскомордый. – Кажется, мы договорились. К концу этой луны вы либо убиваете дракона, либо уходите ни с чем. И в том, и в другом случае я плачу за ваш труд. Как вы будете ловить эту зверюгу – целиком и полностью ваше дело. Если вам что-то понадобится, я постараюсь помочь. Идет?
– Не идет, – внятно проговорил кто-то слегка заплетающимся языком, заставив негласного правителя Карташены и корсаров удивленно оглянуться. Возле их стола, упрямо наклонив голову, как собравшийся бодаться бычок, стоял Маэль Монброн. За его спиной Блайи разыграл целое представление: скорбно возвел глаза к потолку, а потом удрученно развел руками – мол, что я мог поделать?
Бард действительно сделал все, что было в его силах. Маэль прислушивался к разговору за соседним столом вначале равнодушно, затем с нехорошим интересом, потом вдруг помрачнел и сделал попытку встать. Ди Блайи насильно усадил его обратно, справедливо подозревая, что Монброн отнюдь не собирается пожелать господам королевским корсарам доброй охоты. Но когда речь зашла о плате за голову невиданного зверя, Монброн не выдержал. Удержать его на месте могла только якорная цепь или что-нибудь не менее внушительное и крепкое.
– Не идет, – еще раз повторил он, качнувшись вперед, но тут же выпрямившись. – Не знаю, кто вы такие, господа, но это существо… этот дракон – мой!
– Блайи, почему ты не заткнул ему пасть? – зло прошипел Сигурд.
– Сам затыкай, – немедленно отозвался бард. – Скорая смерть как-то не входит в мои жизненные планы.
Плоскомордый с любопытством взглянул на наследника славной фамилии Монбронов, но ничего не сказал. Конан смерил молодого человека откровенно презрительным взглядом и повернулся к Сигурду:
– Это кто? Случаем не тот молокосос, который голосит на всех углах о том, что он добудет дракона?
Рулевому ничего не оставалось сделать, как кивком подтвердить очевидное.
– Как думаешь, он меч-то держать умеет? – язвительно вопросил киммериец и нарочито дружелюбным тоном обратился к Монброну:
– Эй, парень, тебе никогда не говорили, что нехорошо вмешиваться в чужие разговоры?
– Говорили, – Маэль сумел взять себя в руки и теперь его голос звучал почти спокойно. – Однако предмет беседы касается и меня, так что я счел необходимым вмешаться, не спрашивая вашего разрешения. Я хотел бы узнать кое-что о животном, которое вы именуете драконом. Где его видели?
– У Черных Камней, – ответил Сигурд и, повернувшись к капитану, миролюбиво заметил: – Конан, нечего злиться. Пусть мальчишка погоняется за зверюгой в свое удовольствие. Честное слово, после того, как команда увидела эту тварь, немногие захотят снова повидаться с ней…
– Какой он был величины? Какого цвета? – настойчиво продолжил спрашивать Монброн. – Крылья есть?
– Длиной – шагов пятнадцать. Или поменьше, под водой особо не разглядишь, – сказал Асторга. Подумал и неуверенно добавил: – Желтоватый такой. А крыльев я не заметил.
– Не желтый, а зеленый с коричневым, – авторитетно поправил Сигурд. – И что-то у него на спине болталось. Лап четыре, это я точно видел. И длиннющий хвост. А морда похожа на змеиную, только раз в сто побольше.
– Геральдический… – восхищенно пробормотал Маэль. – Последний в мире геральдический дракон! Наверняка он устроил логово где-то на берегу – геральдические драконы не могут долго жить без пресной воды и не питаются рыбой. Надо обшарить побережье и все здешние пещеры – они любят селиться в скалах…
Монброн уже забыл, что не далее, как сегодня утром клялся бросить все и уехать домой. Дракон был неподалеку, Маэль уже слышал шелест его перепончатых крыльев и скрежет огромных когтей по камням. Что ж, наследник Монбронов из Танасула сумеет показать себя достойным имени предков! Джорджи Монброн стал героем легенд, убив черного дракона, которого еще называли «Проклятием Пуантена», так отчего бы его потомку не заполучить свою долю славы?
– Благородный дон тоже берется за уничтожение животного? – неожиданно подал голос молчавший и внимательно слушавший Эван Плоскомордый. – Что ж, неплохо. Так ваши шансы на успешный исход дела сильно возрастают. Правда, я не рассчитывал, что мне придется оплачивать услуги двух отрядов, но мы как-нибудь договоримся…
Ди Блайи, наблюдавшему за перепалкой, очень не понравилось выражение лица корсарского капитана. Бард мысленно выругал Монброна – зачем встрял в разговор? Все подробности с равным успехом можно было выспросить у Сигурда, явно не имевшего ничего против, чтобы за морским зверем побегал кто-нибудь другой. А теперь еще неизвестно, чем все обернется…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
