хнычу от потребности. Ухмыляясь, он расстегивает брюки и берет в ладони свой твердый член, поглаживая его, пока я смотрю.
— Вот так. — Я смотрю, как он сжимает его в руке. — Представляя твою тугую молодую киску подо мной. Я чувствовал себя таким грязным, но это не помешало мне делать это снова каждый гребаный день, когда я думал о тебе. О том, как ты будешь извиваться для меня, кричать для меня. Какой грязной девчонкой ты была бы, любя мой твердый член. Как твой Папочка трахает тебя… но это не идет ни в какое сравнение с реальностью. — Встав между моих ног, он трется своим членом о мою киску, заставляя меня прижаться ближе. — Ни капельки.
Тайлер входит в меня, заставляя меня вскрикнуть, когда я выгибаюсь дугой. Все это ожидание, все это дразнение, блядь… Тайлер не медлит, он не делает это долго. Он трахает меня, грязную и сырую, впиваясь в меня снова и снова. Стол раскачивается от его движений, и я тянусь к нему, чтобы ухватиться за его голову. Ногами обхватываю его талию, я призываю Папочку двигаться быстрее, грязные слова слетают с моих губ.
— Папочка, пожалуйста! — умоляю я. — Сильнее, боже, сильнее, — призываю я, упираясь в его задницу, и Тайлер высвобождает мои руки, показывая, как легко ему было со мной.
Его лицо искажается в рычании, его глаза голодны, а руками Тайлер крепко сжимают мои бедра, смяв их, когда насаживает меня на свой член. Влажный звук нашего сближения звучит громко, даже сквозь шлепки нашей кожи.
Это грязный звук, но, боже, он только распаляет меня еще больше. Я пальцами впиваюсь в гладкое дерево, когда опускаюсь навстречу его толчкам. Твердый член Тайлера такой чертовски толстый, что наше соитие на грани боли, но я бы ни за что не остановилась. Особенно когда Тайлер тянется вниз и начинает теребить мой клитор в такт своим толчкам. Боль и удовольствие сливаются воедино.
Наш секс грязный, как и наши отношения — сырой, жестокий и чертовски увлекательный. Я не хочу, чтобы это закончилось. Я хочу проводить каждый день под ним, над ним, с его членом внутри меня, демонстрирующим мне, кто здесь хозяин. Я могу дразнить и провоцировать, но это все он. Тайлер берет меня только тогда, когда хочет, я полностью в его власти.
Его грязный Ангел.
Тайлер пальцами проследил дорожку от моего клитора и провел по долине моих грудей, а затем обхватил мою шею и сжал ее, прерывая мои стоны. Его руки удерживают меня, возвращая на землю, даже когда мое удовольствие расширяется. Одним прикосновением Тайлер напоминает мне, что это он трахает меня, владеет мной, уничтожает меня для всех остальных. Тайлер прижимает меня к себе, его взгляд сталкивается с моим, пока он трахает меня без устали.
— Ангел, — стонет Тайлер, громко шлепая по нашей коже. Мышцы у него на руках набухли от силы, и я не могу отвести взгляд от этого бога передо мной. Ни один мужчина не должен быть таким красивым и так потрясающе трахать меня. Мое тело принадлежит ему больше, чем мне.
Оно откликается на его слова.
На его прикосновения.
На его требования.
— Черт, ты такая чертовски тугая и мокрая, посмотри, какая ты чертовски мокрая. Я одержим тобой, Ангел. Ты моя. Признай это, — требует он, наклоняясь надо мной и освобождая мое горло настолько, что я могу говорить. — Скажи это, — приказывает Тайлер, впиваясь в меня.
Мои ноги дрожат, когда я снова достигаю грани освобождения, но он удерживает меня там размеренными толчками, не настолько сильными, чтобы отправить меня за грань, и он знает это.
— Скажи. Скажи, — рычит Тайлер, сжимая мое горло в предупреждении.
— Твоя, — кричу я. — Твоя, твоя, твоя, твоя, Папочка, я твоя! — кричу я, когда он вонзается в меня и одновременно тянется вниз и щелкает мой клитор.
— Кончай, — приказывает Тайлер, и я, как хорошая гребаная девочка, делаю это. Я кончаю так сильно, что почти теряю сознание. Я все еще чувствую, как Тайлер трахает меня, трахает меня прямо так. Я едва преодолела первый гребень, а он уже тянет меня обратно.
— Ты снова кончишь, — требует он, пальцы Тайлера побелели от захвата моих ног, когда он закидывает их себе на плечи и продолжает свой жесткий, дикий темп.
— Я не могу, — хнычу я, качая головой.
— Ты можешь и ты будешь, Ангел. Твое тело — мое, и если я скажу тебе, что ты кончишь снова, ты кончишь. Полностью на моем члене, как хорошая маленькая грязная девочка, которой ты и являешься, — требует он.
— Я… блядь, я слишком устала, слишком измучена, — кричу я.
— Я зацелую все это получше, но прямо сейчас ты, блядь, кончишь, — приказывает он. Когда я снова качаю головой, Тайлер выходит из моей цепкой киски, заставляя меня вскрикнуть.
Я переворачиваюсь, и мои трясущиеся ноги ударяются об пол, когда меня толкают вниз, положив руку на середину плеч. Перегнув меня через стол, он раздвигает мои ноги и поднимает мою задницу выше, впиваясь в меня.
Мои ногти скребут дерево столешницы, оставляя на нем следы, а я кричу и отталкиваюсь назад, чтобы встретить толчки Тайлера. Я хочу того, что он предлагает, оргазмов, которые он из меня извлекает. Его толстый член тянется по нервам, пока я снова не оказываюсь на краю.
— Сейчас же! — требует Тайлер, и я снова падаю, мое тело обмякает и дрожит под ним, пока я пытаюсь дышать. Моя киска сжимается вокруг него, заставляя Тайлера хрипеть, и он затихает.
— Да, Папочка, наполни меня, пусть сперма капает из меня, покажи им, кому я принадлежу, — кричу я, чувствуя, как Тайлер наполняет меня своим освобождением.
Я падаю вперед, прижимаясь лицом к дереву. Он прислоняется к моей спине, его щека прижимается к моему плечу, когда Тайлер тоже набрасывается, наши скользкие тела скользят друг по другу.
— Господи, Ангел, мне кажется, ты пытаешься меня убить.
Я смеюсь, заставляя Тайлера снова застонать, и он целует мой позвоночник.
— Давай освежимся, и я приготовлю тебе настоящий ужин.
— Оргазмы и сэндвичи? Ты самый лучший Папочка на свете, — дразню я, заставляя его шлепнуть меня по заднице.
— Лучше запомни это, Ангел, — отвечает он.
О, я запомню.
Запомню…
16
ТАЙЛЕР
Я готовлю пасту, пока Лекси моет посуду. Как только я поставил тарелку с пастой и газированную воду на стол, Лекси вернулась в комнату в одной из моих рубашек.
Я закрываю глаза и щиплю
