class="p1">– Тогда ты не забудь прихватить пистолет, – напомнил Мирский.
– Все свое ношу с собой. – Марина хлопнула по сумке, висящей на плече.
Часовню нашли, пройдя километра четыре по едва заметной тропе. За святилищем явно кто-то ухаживал: бурелом вокруг был расчищен, а возле самой часовни росли два больших, но еще нераспустившихся розовых куста. Они зашли внутрь через узкий проем – двери не было.
Мирский подцепил нужный кирпич монтировкой, и на удивление кирпич легко поддался. В небольшой нише лежала промасленная тряпица, а в ней – Мирский аж задрожал от предвкушения – был завернут золотой медальон.
– «Орден Власти»! – воскликнул Мирский, рассматривая тяжелый золотой слиток неровной круглой формы с потемневшей гравировкой на нем. – Нас не обманули! Это революция в исторической науке! Ты вообще представляешь, что мы сейчас держим в руках?!
– Эту революцию нужно отдать на экспертизу, – холодно заметила Марина, что несколько охладило восторг Мирского.
* * *
Вернувшись из Глухово, Алексей отправился в университет и показал артефакт эксперту по древностям.
– Это штука золотая. Изготовлена еще в дохристианскую эру.
– Возможно, возможно, – задумчиво проговорил эксперт. – Вы можете мне его оставить на недельку?
– К сожалению, не могу. – Мирский покачал головой.
– Тогда подождите полчасика. Я сфотографирую этот образец, почищу ультразвуком, пропущу через спектрограф и возьму пробу материала, – сказал эксперт и добавил, увидев недовольную мину на лице Мирского. – Не волнуйтесь, это миллиграммы, что никак не повредит внешнему виду изделия.
Получив артефакт на руки, компаньоны вернулись в музей, где Мирский запер его в сейф.
* * *
Разговор по телефону:
– Это я, Арнольд. Тут произошли кое-какие события, которые требуют немедленной реакции.
– Слушаю тебя.
– От достоверного источника пришла информация, что наши друзья нашли артефакт. Надо что-то делать, Мастер.
– Где они его обнаружили?
– Где-то в Подмосковье, в какой-то часовне, да это и не важно. Артефакт у них.
– Разрешаю применить любые методы, но артефакт должен быть у нас. Желательно без лишних трупов.
– Понял вас, Мастер. У меня уже есть план.
* * *
Наутро Мирский получил по электронной почте ссылку на облачное хранилище от неизвестного. Там оказалось письмо и небольшой ролик.
Твоя подружка у нас. Готовы ее выменять на артефакт. Выполнишь наши инструкции – получишь ее обратно в целости и сохранности. Не вздумай звонить в полицию, иначе ты ее никогда больше не увидишь. Положишь артефакт в автоматическую камеру хранения на Курском вокзале и наберешь следующий защитный код 0988… Потом уезжай и жди. Мы тебе позвоним. Торговля бессмысленна.
На видео Марина умоляла помочь ей.
Ошарашенный Мирский несколько минут не мог прийти в себя, в десятый раз перечитывая письмо. Потом спохватился и сохранил письмо и видео на свой смартфон.
В душе Мирского поднялась буря. Зловещим метрономом застучали мысли: «Как же я так… Вчера отпустил ее одну, и они ее сцапали. Идиот, трижды идиот! Плевать на этот Орден – надо вытаскивать Марину. А если обманут и не отпустят? Но ведь нет других вариантов! Зачем она им – им нужен артефакт».
Мирский вызвал такси и, забыв про небритую физиономию, поехал в музей. Вынув из сейфа медальон, он сунул его в карман пиджака и на том же таксомоторе рванул на Курский вокзал. Найдя свободную ячейку, Алексей положил туда медальон, закрыл ее и, набрав требуемый код «0988», осмотрелся.
«Кто-то за мной подглядывает. Этот, а может, эта?.. Да какая разница!»
Он отправился в зал ожидания, уселся на скамейку и стал ждать, погруженный в тяжкие раздумья. «А если не позвонят? Тогда придется обратиться в полицию – семь бед, один ответ».
Но позвонили. Минут через пятнадцать.
– Езжай к памятнику Пушкина – там найдешь свою принцессу. Забудь про артефакт и живи счастливо.
Последнюю фразу произнесли с глумливой насмешкой, мол, не лезь со свиным рылом в калашный ряд. Но Мирскому было не до интонационных оценок. Он спустился в метро и через двадцать минут встретил Марину возле памятника великому русскому поэту. Девушка прохаживалась рядом с пьедесталом, зорко поглядывая по сторонам. Мирский подскочил к Марине и схватил ее за плечи.
– Ты цела?! Они с тобой ничего плохого не сделали?!
– Кто «они»? – Друбич недоуменно посмотрела на Алексея и сбросила его руки со своих плеч. – Лучше ответь, какого рожна я тут торчу уже полчаса?! Какой-то ты необязательный кавалер – назначаешь девушке свидание, а сам опаздываешь. И видок у тебя… Ты что, выпил? В зеркало смотрел?
– Да не пил я ничего! Но разве ты… Разве тебя не взяли в заложники?
– Ты ненормальный? – уточнила Друбич.
«Какой-то нелепый оксюморон! Ее выкрали, а она убийственно спокойна, да еще какие-то претензии выставляет…»
– Ну вот, посмотри это письмо, это видео!! Что я должен был подумать?!
Друбич выхватила у Мирского смартфон, некоторое время изучала письмо, затем видео и наконец, резюмировала:
– Дешевый шантаж, а видео – дешевая непрофессиональная подделка. Это я на одной пресс-конференции отвечаю на вопрос. Из репортажа вырезали кусок, поменяли звуковую дорожку, забрюлили глаза, отчего они кажутся заплаканными…
– Что сделали? – откашлявшись, уточнил Мирский.
– За-брю-ли-ли!! Размыли!! Ты что, совсем ничего не понимаешь?! Тебя же развели как лоха!
Она вдруг замолчала, побледнела и с ужасом в глазах произнесла:
– Так ты им отдал Орден? Ты отдал им Орден, чтобы спасти меня?!
– Да я же… – начал оправдываться Мирский.
– Не продолжай, – прервала его Друбич. – Все ясно…
– А какого лешего ты тут оказалась?! – попытался сгладить свою вину Мирский.
– Мне пришла эсэмэска с приглашением на свидание. Якобы от тебя. Типа, у тебя сломался телефон, и ты шлешь эсэмэску с чужого номера. Мне это очень сильно не понравилось, я перезвонила тебе – ты был вне зоны действия сети… Я почувствовала, что происходит какая-то фигня, но все равно поехала сюда.
– Я, наверное, был в это время в камере хранения, а там металлические ящики, связи не было, – пояснил Мирский.
Марина усмехнулась:
– В общем, обвели нас вокруг пальца. Скорее всего, «Змеи» все это затеяли. А кто же еще? Короче, артефакт у нас увели, и теперь нужно искать не его, а этих жуликов. Еще неизвестно, что проще. Давай думать.
После обеда позвонил эксперт из университета и сказал, что медальон не золотой, а это позолоченная бронза, что в бронзовый век бронзу умели делать и даже золотить, хотя здесь позолота нанесена методом напыления, но это ладно, но вот что сам медальон изготовлен на штамповочном станке – это ни в какие ворота не лезет, что это не раритет, а отчетливый фальсификат.
– И что ты об этом думаешь? – спросил Мирский. Он перевел телефон на громкую связь, и Друбич слышала экспертный приговор.
– Ничего пока не думаю. Чушь какая-то! – воскликнула Марина. Она откровенно злилась. – Не могли же «Змеи» сами изготовить фальшивку, подсунуть ее нам, а потом затеять это похищение! Стало быть, фальшак изготовил кто-то другой с неясной целью, а «Змеи», как и мы, на это купились. Но это не все. Откуда «Змеи» вообще узнали, что артефакт у нас? Некто навел нас на часовню и одновременно сдал «Змеям»? Да и кто это такой информированный? У нас появился «крот»? Еще один персонаж в дурацкой пьесе? Опять какая-то нелепица, чересчур закрученная интрига –
