выражаясь, далеко не всегда.
— Чего именно он хочет? — негромко уточнил воевода, уже прикидывавший, не стоит ли сейчас поднять кое-какие службы по тревоге.
Просто для личного спокойствия.
— Павел не изволил объясниться, — коротко ответил главный Волконский. — Равно как и обозначить тему встречи.
— То есть, он просто позвонил и потребовал встречи? — уточнил Анатолий Георгиевич негромко.
— Не потребовал, — пожал плечами его старший брат. — Скорее обозначил необходимость.
— Без всякого объяснения причин? — с некоторым сомнением протянул воевода.
Глава усмехнулся и достал комм. Повозившись с ним десяток секунд, он выбрал нужную запись. Его кабинет тут же заполнил чуть уставший голос Павла:
— Игорь Георгиевич, добрый вечер. Мне нужно встретиться. В ближайшее время. Да, я бы очень был бы рад заодно повидаться и с отцом. Да и Валерыч лишним не будет… Понял, жду.
— Вот так вот просто… — только и покачал головой воевода.
— Ты уже объявил тревогу по третьему списку? — вместо ответа поинтересовался главный Волконский.
— Мда, — был ему короткий ответ.
Да, третий список — вовсе не подъем в стиле «все вдруг». Всего-то и повышение мер охраны объекта. Однако все присутствующие понимали, что если после твоего звонка, лично воевода первым делом организует дежурный ободряющий втык СБ, то что-то ты из себя в этой жизни однозначно представляешь.
— Игорь, — негромко окликнул брата отец «потрясателя устоев» и, дождавшись вопросительного взгляда, негромко выдохнул. — Рано коньяк убрал.
Глава оглянулся на воеводу. Тот уверенно кивнул. У него тоже последние несколько недель выдались нелегкими. Срочно требовалось перезагрузиться.
— Ну что ж… — коротко вздохнул он, доставая из шкафа три новых бокала и артефакторный графин с коньяком.
Снова раздался негромкий шорох входной двери.
— Четыре, — тут же сориентировался Павел, буквально падая в одно из кресел за столом. — Нам понадобится четыре бокала.
Никто не ему не возразил. Игорь Георгиевич самостоятельно разлил коньяк по бокалам. И сделал приглашающий жест рукой. Графин он благоразумно убирать не стал. Мало ли как пойдет разговор.
* * *
Ради такого дела Павел даже с некоторым усилием отлепился от кресла и утвердился на ногах.
Четверо усталых мужчин коротко отсалютовали друг другу бокалами. Да так и замерли на миг. Пить молча не хотелось — примета плохая. А умных слов никому в голову отчего-то не приходилось.
— Ну, за нас с вами, — вздохнул самый младший участник событий.
— И? — поинтересовался воевода.
— И хер с ними, — уверенно закончил клановец, пригубив напиток.
Усталость последних дней уже давала о себе знать всерьез. В том числе, и некоторой потерей самоконтроля. Впрочем, никто придираться к словам не стал. Все выпили.
— Неплохо, — выдохнул воевода.
Анатолий Георгиевич с родным братом вынужден был согласиться. Но вот на сына, который на крепкий алкоголь демонстрировал довольно привычную реакцию, посмотрел с некоторым подозрением.
Тот только головой покачал.
— Итак, господа, поговорим, — первым начал деловой разговор Глава.
Мужчины дисциплинированно расселись. Все взгляда сошлись на самом младшем из Волконских.
— Я хочу поговорить о «Градиенте», — просто выдал тот.
— Рано убрал, — едва слышно прокомментировал исчезновение со стола графина отец «бунтаря».
Остальные же просто нахмурились, уставившись на инициатора встречи. И сколько же всего было в этих взорах. Одного только разочарования было море. В основном… в Светлане.
— Нет, моя сестра мне ничего не рассказала, — коротко объявил молодой человек. — А само название проекта я уже встречал в отчетах. Единственное, что мне выдала Света — вот здесь.
С этими словами парень вынул из внутреннего кармана сложенный вдвое листок и развернул его перед собравшимися. Три пары глаз тут же сошлись на схеме.
— Прекрасно, — ровно выдохнул Игорь Георгиевич.
По схеме действительно нельзя было сделать практически никаких выводов. По сути, это был отрывок технологического движения какой-то заготовки и… все.
— Единственное, что она уточнила, это высокую важность проекта для нашего клана.
Несколько секунд в кабинете стояла тишина.
— Хотелось бы знать, — первым нарушил ее Глава. — Зачем вообще Светлана Анатольевна обсуждала с тобой хоть что-то касательно проекта с первой формой допуска.
Вопрос-то важный. Каким бы профессионалом ни был аналитик, но проблемы с лояльностью поставят на его карьере жирный крест.
— Она исходила из интересов клана, — кивнул Павел, признавая правомерность интереса.
— Хотелось бы убедиться, — коротко заключил Председатель Правления.
— Светлана Анатольевна стала свидетелем моего разговора с Львом Демидовичем, — начал Павле.
— Еще и Балтийский Лев… — с силой выдохнул воевода.
— Точно так, — не меняя интонации продолжил молодой человек. — Так вот, Лев Демидович предложил передать Волконским лабораторию, где сейчас обрабатываются срезы контурной обводки заготовок «Градиента».
Попал в точку. Глава откинулся на спинку кресла и уставился на воеводу. Тот задумчиво пялился в потолок и что-то прикидывал. Лишь Анатолий Георгиевич уставился в одну точку без всякого движения.
— Что он хочет взамен? — чуть резче, чем стоило бы, выдохнул старший Волконский.
Судя по всему, отдать он готов был многое. Видимо, и впрямь штука нужная.
Теперь настала очередь самого юного участника совещания развести руками:
— Чуть более… широкого понимания нашего с ним соглашения.
Чуть обтекаемой фразой он сразу дал понять, что вдаваться в подробности не собирается. И молодой человек был в своем праве. Это понимали все. Не каждый из присутствующих готов был с этим, правда, смириться. Но это уже другой вопрос.
— Сын, ты заключил соглашение с Балтийским Львом? — негромко произнес отец.
— Даже несколько, — со вздохом признался тот. — Ровно на два больше, чем мне бы хотелось.
— Не самый мудрый ход, — скупо
