– Оливия, очнись! Ты не можешь умереть, нет!
Кэри всем сердцем желала, чтобы это оказалось сном. Это не может быть правдой.
– Не оставляй меня. Оливия. Почему? – отчаянно закричала Кэри поднимая лицо. – За что?!
– Это твоя сестра? – Сэм возник за ее спиной. – Почему ты не сказала?
– Это Риан, Изгнанники подожгли дом, – Кэри гладила холодное лицо. – Оливия… малышка…
Сестра, обмякшая в ее руках, была мертва. Боль новым потоком обрушилась на сознание.
– Ты решила скрыть ее от меня?
– Я лишь хотела для нее безопасность, – зажмурившись от боли прошептала Кэри. – Сэм, боже, не сейчас!
Резкая боль пронзила ее плечо. Не успев опомниться, Кэри увидела, как из нее торчит железная стрела и почувствовала яркую вспышку боли. Кровь быстрым потоком хлынула из раны. Мигалка скорой помощи ослепила ее, она не видела кто стрелял, зато Сэм заметил и рванулся в сторону. Выскочившие медики бросились к девушке, что говоря.
– Нет, не забирайте ее! – Кэри пыталась сопротивляться, когда мужчина поднял тело Оливии, но стрела, пронзившая левое плечо заставила ее закричать от малейшего движения.
– Все будет хорошо, вставай, – ее окружили врачи, аккуратно поднимая на ноги.
Кэри, сквозь боль, чувствовала, что кровь течет слишком быстро. Весь ее рукав и грудь уже пропились. Сознание и без того в тумане, играло с ней, посылая разноцветные точки.
– Не уносите ее, – попросила Кэри наблюдая как Оливию уносят в другую машину. – Я поеду с ней!
– Спокойно! Вырывайся, сделаешь хуже.
– Мне все равно! Мое семьи больше нет, зачем мне жить? – Кэри истерически старалась вырвалась из рук врачей, тем самым делая себе хуже. – Я поеду с сестрой! Пустите!
– Неси успокоительное, скорей!
– Я ненавижу свою жизнь! За что мне эти испытания? В чем я провинилась? – Кэри захлестнула истерика, смешанная с отчаянием.
Она чувствовала разрывающую пустоту внутри. Как все дни, проведенные с семьей, вырывают с корнем, оставляя глубокую кровоточащую рану. Ей было все равно если она умрет. Это лучше, чем жить с осознанием того, что случилось. Она могла остаться дома. Могла все изменить.
– Успокойся, мы отвезем тебя в больницу, – спокойным голосом говорила врач. – Дело плохо, задета артерия. Где черт возьми успокоительное!?
Кэри вырывалась из их рук намереваясь добраться до сестры. Побыть с ней еще немного, прежде чем ее заберут навсегда, но врачи крепкой хваткой удерживали ее и вели в машину. Укол она не почувствовала, ей лишь резко захотелось спать. Звуки стали глуше, а мысли растворялись не успев появиться. Тело навалилось свинцом. Не борясь с желанием, она закрыла глаза и провалилась в темноту.
Глава 14
- Давление падает шестьдесят на сорок, пульс слабеет! Нужно переливание, - услышала она чьей-то голос, когда немного пришла в себя.
В палате горел свет, вокруг было много врачей. Кто-то подсунул ей бумажку и ручку, объяснив, что это соглашение на переливание крови. Она кое-как подписала, ничего не понимая из-за слабости и тумана в голове.
Снова провалилась в беспамятство. Это похоже на сон, без сновидений. Время идет, а ты спишь и ничего не чувствуешь.
Очнувшись на несколько минут, среди ночи, она увидела двух врачей рядом. В палате и за окном темно, лишь небольшой свет от лампы около врачей.
Одна из них, пухлая женщина в белом халате и маской на лице. В левой руке чувствовалась игла от капельницы.
«Реаниматолог» - подумала она.
Заметив, что пациент пришел в себя, она поднесла к ее носу руку в перчатке.
- Чувствуешь запах?
- Нет, ничего не чувствую, - ответила девушка, вдыхая воздух. Никакого запаха.
- Странно, - для проверки женщина сама поднесла руку в носу.
- Можно воды?
Другая девушка, медсестра, протянула стакан воды. Подняться, не смогла боль в плече заставила сморщиться. Ей чуть приподняли голову, и она залпом осушила стакан.
- Кровотечение не останавливается, нужно еще добавить, - закрывая глаза услышала она голос реаниматолога.
«Я что умру?» - подумала она спокойно. У нее не было сил задумываться о чем-то, а тем более бояться. Ей было все равно. Еще пару раз за ночь, она приходила в себя и просила воды., а потом снова засыпала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На утро, у нее было больше сил. Она дольше оставалась в сознании. Рядом с ней сидела та же медсестра, что и ночью. Молодая девушка, из-за маски, трудно разглядеть ее получше.
- Воды? - спросила она, протягивая стакан.
- Спасибо, - тихо ответила девушка, приподнимаясь сама. В теле жуткая тяжесть.
- Как себя чувствуешь?
- Никак, - ответила она, укладываясь обратно и разглядывая капельницы. В одной желтая жидкость, а в другой красная. Кровь. На столе лежал пустой, такой же пакет. Вливают вторую порцию?
- Отдохни, кровотечение не останавливалось, ты потеряла много крови. Я разбужу тебя, когда придет врач, - медсестра отвернулась и стала поправлять капельницу.
Ничего не ответив, девушка смотрела на свои руки. На левой меньше всего следов от катетера, а правая вся в синяках и красных следах ожогов. Жуткое зрелище. Наверняка останутся шрамы.
На душе пустота, словно этой ночью умерла часть ее, забрав с собой способность радоваться. Вспоминая, что с ней случилось, из глаз полились слезы, раскрывая зияющую рану в сердце. Она не могла поверить, что жизнь или судьба, или кто-то еще, наказала ее. Не могла понять почему, чем она это заслужила? За что ее все время наказывают? Горькие слезы стекали по ее лицу, а губы оставались закрытыми. Она горевала молча, не имея сил, а потом снова уснула, но ненадолго.
Через некоторое время пришел врач, мужчина. Что-то сказал Кэри, вертя в руках шприц. Она слабо кивнула. Ей было все равно что с ней делают. Откинув простынь, и подняв рубашку до груди, врач сделал укол в живот. Неприятно, но терпимо. Позже она узнала, для чего этого. Чтобы улучшить свертываемость крови.
- Ты потеряла двадцать процентов крови, пришлось срочно делать переливание.
- Что это желтое?
- Это плазма, тромбоциты, для свертываемости крови, - врач проверил действующую капельницу, чуть увеличив поток. - Вставать тебе пока нельзя. Капельницы будут еще долго, в остальное время уколы и таблетки. Пей много воды, чтобы восстанавливать баланс в организме. Твое плечо скоро заживет, но шрам скорее всего останется.
Девушка кивнула и прикрыла глаза. В больнице она задержится на неделю точно. А потом вспомнила, что похороны организуют через три дня, и ей никак нельзя их пропустить. Но в таком состоянии, когда ее вытянули из лап смерти, она не может даже встать, не говоря о том, чтобы ее отпустили домой. Из глаз снова потекли слезы.
- Все будет хорошо, - услышала она голос врача и проглотив ком в горле, снова кивнула.
Как раньше уже ничего не будет. Кэри чувствовала свою перемену, ощущала огромную боль от потери и не верила больше в счастье. Почему жизнь ломает ее каждый год? Преподносит испытания, которые безвозвратно меняют душу и ощущение жизни?
Как теперь жить и радоваться, когда Оливия, ее часть и душа, умерла. Сгорела, как мотылек в пожаре. Ее надежда на счастье просто перестала существовать. Светлый луч в жизни потух, оставив после себя пустоту. Она осталась одна, без семьи, которая была единственной поддержкой в жизни. Кэри словно видела внутри себя огромную черную пропасть на месте распустившихся цветов.
***
- Ты пришел…
Спустя три дня появился Сэм. Он безмолвно зашел в палату, где она лежала одна наедине со своей болью.
- Я не мог быть с тобой пока ты была на грани. Тебе могло утянуть в ад, - тихо проговорил Сэм, придвигая стул к кровати. - Тебе плохо...
- Да ладно? - съязвила Кэри глядя в полоток.
- Мне жаль, что так получилось. Почему ты не сказала, что твоя сестра… - Самаэль оглядывал капельницы и синяки от множества уколов на руках.
- Чистая душа? Чтобы вы забрали ее и использовали? Я хотела ее сберечь, - Кэри повернулась в сторону Сэма. На его вечно ухмыляющемся лице поселилась печаль.
