на кресло.
— Но она же односпальная! — наконец-то озвучиваю свои мысли.
— Я вижу, Котенок, — теперь на лице мужчины усмешка. — И, думаю, это не проблема для нас…
Я уже понимаю, о чем он. Щеки начинаю гореть, а перед глазами та сцена у него дома.
— Я не буду с тобой спать! — твердо произношу я, трясу головой, избавляясь от морока.
— Ну, я думаю, что перспектива провести со мной ночь, не так ужасна, как вылететь из конкурса, — Алан подходит ко мне ближе. — И да, повторяю, что мы это делали…
Опять этот хриплый голос, который дурманит, от которого внизу живота начинает все сладко потягивать.
— Только из-за конкурса я останусь! — твердо произношу я, скрещивая руки на груди.
У меня нет выбора, и да, мы это делали, и, честно признаться, мне понравилось, и даже очень.
Алан только усмехается, но никак не комментирует то, что я сказала. Мы раскладываем наши немногочисленные вещи, а потом, когда расправляемся с ними, спускаемся вниз. Алан идет к преподавателям, обсудить организационные моменты, а я встречаю в коридоре Кирилла. Парень тоже уже тут и как-то нервно расхаживает по коридору.
— Привет, вы уже приехали? — думаю, что, возможно, он прибыл на заказном автобусе.
— Привет, нет, я своим ходом, — качает он головой. — А ты?
— Алан Рудольфович подвез, предложил, ну и я думаю, чего ждать-то, — быстро добавляю.
— Вы прям не разлей вода, — усмехается Кирилл, как то странно смотря на меня.
— Он мой куратор, поэтому не вижу ничего такого, — мой тон становится строже, словно я обиделась. Хотя так и есть, но у Кирилла есть основания что-то подозревать, мы с Аланом часто появляемся вместе.
— Ладно, ладно, не обижайся, — парень словно понял, что ляпнул лишнего. — Просто показалось, значит. Ты, кстати, уже знаешь темы? Что решила делать?
Решаю больше не заострять внимание на наших отношениях с Аланом.
— Да, у меня уже есть такая классная идея: красивая девушка с закрытыми глазами, а от ее рыжих волос идет плавный переход, и мы уже видим лес… Конечно, еще нужно подумать над цветом, но должно классно получиться.
Думала, что парень поддержит меня, но Кирилл, наоборот, морщится.
— Мне не очень нравится идея, слишком скучно. Ты видела, что придумали другие? Твоя идея будет неинтересна судьям по сравнению с ними.
Внутри все словно обрывается. Потому что эту идею я уже много дней прокручивала в голове. Она казалась мне очень интересной. Достойной внимания судей. И по концепции она подходит. Но сейчас… Может, Кирилл прав?
— Придумай что-нибудь другое, ты же хочешь выиграть, — скрещивает он руки на груди.
— Да, хочу, хотя бы попытаться… — уже не так уверенноговорю я.
— Ну вот, давай я помогу придумать что-то другое, времени в обрез, но, думаю, мы сможем что-нибудь сделать, — он берет меня за руку и тянет в столовую, где начинается обед.
До самого вечера Кирилл не отходит от меня, предлагая варианты для конкурса. Если честно, моя голова идет кругом. Но мы останавливаемся на классике. Это точно подойдет по тематике и должно понравиться жюри. Но что-то мне не нравится, мысли все равно возвращаются к девушке с рыжими волосами. Раньше меня эта идея очень вдохновляла, а сейчас во мне зародились сомнения. Такуюработу могут даже не принять.
Прихожу в номер только под вечер. Уставшая и даже очень расстроенная. Конкурс уже не кажется таким интересным. И все не радует. Алана нет, он, скорее всего, вместе с преподавателями, у них там тоже свой банкет. Мне даже хочется, чтобы мужчина был рядом, рассказать ему все, попросить совета. Так и сделаю!
Но прождав его час, я благополучно засыпаю.
Утро, конечно же, начинается не с разговоров. А с горячих поцелуев, по спине, которые плавно переходят к шее и становятся все более настойчивыми. Дыхание перехватывает, грудь ноет, а внизу живота — самый настоящий пожар.
— Алан, — мой полушепот — полустон, и я уже выгибаюсь в его руках. Мое тело совсем не слушается меня.
— Да, Котенок, — Алан продолжает свои действия, спускаясь к груди, хватая губами возбужденный сосок через тонкую ткань футболки.
Его руки уже спускаются вниз, оттягивая резинку штанов, пробираясь к трусикам, надавливая.
— Ты уже влажная, Котенок, ты знаешь это?
В ответ я могу только мычать что-то невнятное. Потому что все мои мысли и чувства сконцентрированы на том, где сейчас покоится рука мужчины. Он начинает ритмично надавливать на пульсирующий клитор. Слишком мучительно и одновременно хорошо, но хочется большего. Сейчас тело завладело разумом. Тяну его голову к себе, хочу его губы, сама целую и кусаю почти до крови, за что получаю шлепок по мягкому месту. А потом я улетаю, все внутри сжимается, и я уже не контролирую себя, мне хорошо, слишком… С губ слетает громкий стон, который Алан глотает своими губами. Когда я стала принимать это? Когда мне стало это нравиться? Теперь я не противлюсь, наоборот, хочу, жажду.
Мы опять не переходим черту. Хотя я даже не сопротивляюсь. Сама хочу, когда седлаю его бедра. Хочу сама попробовать и понять, как это. Довести его до оргазма, как тогда, ведь теперь я знаю, как это сделать. Но Алан позволяет мне только помочь ему рукой довести себя до пика. Так что потом я сама пачкаюсь.
Хочется сделать что-то такое, чтобы довести Алана до грани. Медленно беру испачканные пальцы в рот, пробуя мужчину на вкус.
На удивление мне нравится, и особенно когда я вижу, как темнеет взгляд мужчины, как на его красивом лице ходятжелваки, как он тоже ходит по краю… Он обхватывает мою шею и тянет к себе, целуя жадно и остро, чувствуя свой вкус на моих губах.
— Ты удивительная девушка, Котенок, — хрипит он, отстраняясь, смотря на меня потемневшим взглядом. — Мой Котенок.
И все, я опять кончаю. Уже мысленно, только от его слов. Потому что это… это необъяснимо, но хочется услышать это еще… много раз.
Затем мы идем в душ и быстро собираемся. Соревнования назначены на десять, а мы и так немного задержались. В зал, где все будет проходить, мы являемся в самый притык. Ко мне тут же подходят координаторы и ведут к моему месту. Оказывается, у каждого оно свое.
Главный спонсор говорит напутствующие слова перед стартом, и мы начинаем.
Я все же решаю все сделать по классике. Но хочется и выделить свою работу. Если честно, ничего не идет, словно сегодня все против меня. Краски долго сохнут и не смешиваются так, как мне нужно. Мне не нравится, и в конце я решаю все
