придется несладко, — довольно улыбнулся он.
Я ощутила: как дернулся Дилан, набирая в легкие воздух и собираясь что-то сказать. В успокаивающем жесте погладив его по руке, я быстро заговорила:
— Не стесняйтесь в своих угрозах, миал Брион. Говорите прямо: если я не приму предложение вашего брата — то вы разорвете с моим кланом все коммерческие отношения. А если это не поможет, то что? Обратитесь за поддержкой к главам других кланов? — насмешливо вздернула бровь я. — Какая строптивая миель, позволяет себе отказать такому завидному жениху: как мой брат! — передразнила я голосом. — Вы думаете, я ничего не понимаю? О, нет! Я прекрасно осознаю свое положение. А вот мне интересно: что будете делать вы, если кто-то из других глав захочет мне сделать такое же предложение? И далеко не факт: что его угрозы будут менее устрашающими, чем ваши. Так кому же достанется приз в таком случае?
— А вот чтобы до этого не дошло, то соглашайтесь сейчас, миель Лилия. Или ваши любовные чувства к Дилану важнее благосостояния всего клана?
«Серьезно? Ты решил воспользоваться публикой и бросить мне вызов? Ну, лови, фашист, гранату!» Я выпуталась из объятий моего жениха и сделала еще шаг ступеням, заставляя незваных гостей смотреть на меня снизу.
— А речь сейчас идет не о любви, Брион. Речь идет о том: как один миал пришел в чужую крепость к миель и позволяет себе требовать от нее что-то, сыпля угрозами.
Я принялась ходить вдоль лестницы, запрокинув голову к потолку и как бы рассуждая вслух.
— Как вы думаете: клан, который собственными глазами увидит прогнувшуюся под чужой волей миель, будет и дальше ей беспрекословно подчиняться? Зачем нужна такая глава клана, которая не то: что своих людей, а и себя защитить не может? Если она так слаба, так, быть может, уйти из этого клана в другой?
Я остановилась, повернулась к гостям и растянула на лице зловещую улыбку.
— А я предлагал вам уединиться для разговора — как раз во избежание вот таких народных волнений. Вы сами подрываете свой авторитет, миель Лилия, — победоносно наставлял он меня как несмышленого ребенка.
— О, нет. Я ничего не подрываю. Я лишь демонстрирую своим людям: как на самом деле обстоят дела, как их миель пытаются сломить. Но у вас не выйдет, многоуважаемый Брион, так же: как и у любого другого главы клана, который посмеет мне навязать свою волю.
— Это почему? — хмыкнул он.
— Потому что: если в своей жажде обладать властью над двумя кланами вы загоните меня в тупик и мне не суждено будет найти из него выход — то я очень постараюсь сломать и ваши планы, — я подошла к самому краю лестницы и практически нависла над мужчиной. — Я изгоню из своего клана каждого! Абсолютно всех! И останусь одна! Власть над моим кланом вы не получите!
— Какой в этом смысл? — нахмурился он.
— Смысл для моих людей есть: не попасть в руки тирана и узурпатора — уж лучше попытать свою судьбу, пополнив ряды других кланов. А смысл для меня — попробуй меня заставить плясать под твою дудку, Брион — и на один клан на Аэритосе станет меньше. И всем остальным кланам станет доподлинно известно: из-за чьей корысти пострадает магический баланс мира — уж мои люди постараются разнести благую весть. А потом попробуй и выдать меня замуж за своего брата — не жалко тебе бедняжку? Ведь у него никогда не будет детей — отрежу все нахрен! Отчекрыжу любую часть тела, которая потянется в мою сторону — даже не сомневайся!
— То есть: по-хорошему не сдашься?
— Нет.
Несколько минут мы сверлили друг друга гневными взглядами, а потом что-то неуловимое промелькнуло на лице миал, похоже: он решил отступить. Угрозы кончились, и начался конструктивный диалог.
— Уважаю как лидера, но абсолютно не понимаю: как человека. Лилия, неужели твоя гордость важнее магического баланса Аэритоса?
— Брион, неужели твоя жажда власти важнее надежных межклановых отношений? Ведь моим мужем станет твоя бывшая правая рука — как ни крути: а для тебя уж точно выгода есть, нежели если бы это был любой другой мужчина из любого другого клана.
— Ты даже не представляешь: кого собираешься назвать мужем. Хотя… парочка из вас — гремучая смесь, вы стоите друг друга, — многозначительно сказал рыжий, стрельнув взглядом в моего жениха. — Заканчивай свои дела, я жду: нам еще предстоит разговор по торговому долгу.
— Покорнейше благодарю за позволение, — скривилась я, отворачиваясь от незваного гостя.
Я вернулась к Дилану и вновь вложила свою правую руку — в его. Храмовник принялся что-то шептать. Через несколько минут он сдвинул наши руки: запястье к запястью, и принялся обвязывать их какой-то металлической нитью-проволкой. И снова шепот старикана, а на моих глазах происходило чудо: эти металлические нити ожили и как будто стали впитываться в кожу, при этом боли не было. Как только запястья покрыла вязь этой странной татуировки из переплетающихся между собой нитей, меня бесцеремонно резко рванули в стальные объятия и впились в губы жарким поцелуем.
— Моя… — прошептал в мои губы Дилан, прерывая поцелуй.
И тут я вспомнила: что именно написала на руке мужчины. Всего лишь три письменные, соединяющиеся между собой буквы русского алфавита: «мой».
— Запомни кое-что, Дилан: что принадлежит мне — должно быть только моим…
И снова за огромный стол уселась очередная делегация из клана Равнины Жизни, а напротив них я со своим женихом и советниками.
— Миель Лилия, мне передали ваше предложение о процентах. Скажу я вам: весьма продуманный ход и выгодный для меня. Если учесть: что предмет договора исчерпал себя, то, как вы понимаете, я заинтересован в более высоких процентах, — уже спокойно разговаривал рыжий.
— Ты же прекрасно понимаешь: что это грабеж для Лилии, — уставился на оппонента Дилан.
— Понимаю, но и ты понимаешь: что я не могу не воспользоваться ситуацией, — развел руками Брион.
— Ты подписываешь соглашение на два и четыре процента, а взамен я тебе укажу: в каком договоре тебя нехило так… кхм… не при моей невесте, — хитро улыбался мой кошак.
— Что же ты раньше не указал? Ты ведь был моей правой рукой! — возмутился миал.
— Но не твоей же женой. Мне так было выгодно.
— Миель Лилия, я вот вам даже сочувствую… — покачал головой рыжий. — Это же надо, а?! Ты наваривался за моей спиной?!
— Не неси чушь, Брион, — спокойно парировал Дилан. — Выгода и деньги не всегда одно и то же. Я не собираюсь тебе сейчас обрисовывать всю ту схему, которую я вычислил — это
