И это осознание, заставило Лину, пусть и против самой своей сущности, попытаться отодвинуться от Димы.
Мужчина не удерживал. Он отпустил губы девушки, но прижался своим лбом к ее, с трудом дыша.
— Наверное, мне уже пора просить прощения, да? — Хрипло пробормотал Дмитрий с легкой усмешкой. — Только, я совсем не сожалею о том, что сделал.
Глубоко вздохнув, он нашел в себе силы выпустить Лину, заставил свои руки упасть. Пусть они и сжимались теперь, ощущая опустошительное чувство нехватки чего-то важного.
Лина молчала, с таким же трудом, как и он, восстанавливая дыхание.
— Что же мы делаем, Дима? — Как-то растерянно спросила она, прижимая свои пальцы к губам, словно и ей не хватало его касания. Эта мысль чуть не заставила мужчину опять поцеловать Лину. Но Дмитрий сдержался, пусть и с огромным трудом, пусть и сжимая руки в кулаки до ломоты, до боли.
— Я не знаю, Лина. — Он не препятствовал ей, когда девушка сделала шаг назад, натыкаясь на ствол дуба в поисках опоры. Хотя, теперь, было очень сложно не ощущать ее тело рядом. Хотелось убрать это расстояние.
Что с ним творится? Дима не знал. Он не думал, что хоть когда-нибудь в жизни испытает такое… огромное… желание к кому-то. Но дело было ведь не только в желании, и в этом была вся проблема. Дмитрий прекрасно понимал это. Надо было отойти. Надо было позволить Лине сделать шаг назад. Ему стоило подумать еще, понять, что он делает, и для чего. На что толкает себя и эту девушку. Чего он хочет?
И ей, стоило дать время подумать.
— Прости. — Все-таки, негромко произнес он. — Прости, Лина.
Но та только покачала головой, заставляя мужчину теряться в сомнениях. То ли и она не сожалела о том, что случилось только что, то ли не желала принимать его извинения.
Резко развернувшись, чтобы не поцеловать ее вновь, Дима пошел к своей машине, не оборачиваясь назад, серьезно ругаясь про себя.
Глава 7
Валентин глубоко вздохнул и повернул ключ. Он не знал, что ждет его дома, но был уверен на сто процентов, что хорошего не предвидится ничего. Лина позвонила мужчине в четыре и сказала, что сама доедет домой, чтобы он мог спокойно поработать.
Словно после такого Валик мог делать хоть что-то, да еще и спокойно. Она ненавидела быть дома один на один с матерью. Готова была на что угодно, лишь бы избежать такого. А тут — сама придумала. И это при том, что у сиделки сегодня, как и обычно в пятницу — короткий день.
Твою мать, неужели сглазил он своими сомнениями и подозрениями?! Что же произошло, что Лина домой сама отправилась?
В квартире стояла тишина. Это было еще более подозрительно. Но сумка девушки небрежно лежала на комоде, значит, не было необходимости метаться по городу в ее поисках.
— Лина! — Валентин негромко позвал, но ответа не получил. Заволновался, заглянул в кухню.
На плите что-то готовилось, но девушки здесь не было.
— Лина, ты где? — Уже громче крикнул он, открывая дверь в залу.
И тут же расслабился. Лина лежала на диване, читая книгу и слушая музыку в наушниках. Очевидно, его движение привлекло ее внимание, и девушка подняла голову, отрываясь от книжных страниц. Улыбнулась ему, снимая наушники и небрежно отбрасывая их на диван.
— Привет. — Тихо произнесла она, а потом посмотрела на часы. — А ты почему так рано? Я думала у вас аврал, а ты еще до шести приехал.
Валентин не собирался говорить, что боялся ее в очередном приступе истерики обнаружить, оттого и уехал с работы раньше.
— Да так, соскучился. — Мужчина подошел к девушке, радуясь, что ошибся. Сел рядом, пробегая рукой по спине, скользнул рукой под кофту, гладя теплую кожу вдоль изгиба. — Я же обещал, что теперь буду больше время с тобой проводить.
Лина немного напряглась. Но лицо было спокойное, на губах играла улыбка. Встала, его руку скидывая. Он нахмурился, но решил не настаивать, у них еще весь вечер впереди.
— Обещал. — Она попыталась волосы в узел собрать, но пряди, все равно рассыпались по плечам. — Ты голодный, наверное, давай я тебе, пойду, насыплю.
— Давай. — Валик, в самом деле, был голоден, работы было так много, что и на обед мужчина не ходил, чтобы успеть сделать больше. — Как дела в университете? — спросил он, когда она уже выходила из комнаты.
Лина остановилась на пороге и помолчала мгновенье.
— Нормально все. — Наконец, произнесла она, не оборачиваясь.
— Хорошо. — Кивнул мужчина.
Лина вышла из комнаты, а Валик задумчиво облокотился на спинку дивана, постукивая пальцами по подлокотнику.
Все было хорошо, нормально. Она улыбалась и спокойно поддерживала беседу, не замыкаясь. Но, все равно, Валентин не мог расслабиться. И что-то беспокоило его, проходя задним фоном к мыслям.
Мужчина протянул руку, доставая наушники, который так небрежно откинула девушка, и приложил к уху. Послушал минуту, понимая, что не так уж беспочвенны его подозрения. Что-то с Линой было не так. Только как выяснить, что именно? Положил наушники назад, и пошел на кухню, пытаться присмотреться еще. А в наушниках продолжал звучать Моцарт…
— По какому поводу «Реквием» слушаешь? — Валентин облокотился на дверной косяк, наблюдая, как девушка ставит на стол тарелку для него.
Лина не повернулась, только мотнула головой.
— Да так, настроение подходящее. — Вилка выпала из ее пальцев, громко звеня по столу. — Вот черт!
Девушка поймала столовый прибор, и положила на место. Валик пристально смотрел на это.
— Когда у тебя прошлый раз настроение для Моцарта было, я тебя с крыши снимал. — С многозначительным намеком в голосе высказался мужчина.
Он оттолкнулся от своей опоры и пошел к стулу.
— Валик. — Лина с упреком посмотрела на него. — Ну что, я просто так музыку уже послушать не могу? И тебе обязательно проверить надо, да? Может, ты мне хоть в этом свободу выбора оставишь, а? — Лина раздраженно бросила на стол буханку хлеба.
Валентин поймал ее руку, забирая нож.
— Так, давай, я как-то сам. — Он взял хлеб. — А то ты еще, не дай Бог, членовредительством займешься.
Он спокойно отрезал кусочки, не обращая внимания на ее недовольство.
— И потом, в чем это я у тебя свободу выбора забирал? — Валентин сполоснул нож и поставил в прорезь подставки. Только теперь оборачиваясь к Лине, которая что-то сердито помешивала в кастрюле. — Так что, малыш?
— Ничего. — Недовольно проворчала она.
— Лина. — Валентин подошел вплотную к девушке, беря за руку и оттягивая от плиты, заставил повернуться к себе. — Что случилось?
