Дима резко затормозил перед домом сестры, искренне надеясь, что Лина здесь, и что Валик не догадывается о такой вероятности. Куда еще могла пойти девушка среди ночи? Да куда угодно, он теперь знал это. А вот Лена была уверена в том, что больше Лине идти некуда. Хотя, и ей не удалось дозвониться до девушки. Только его сестре мало что было известно о своей лучшей подруге, Дима уже не сомневался в этом. За последнюю неделю он понял так много, что, порою, ему становилось страшно. Но даже его опасения и сомнения не имели уже никакого значения. Самым главным сейчас было найти Лину. Об остальном он будет думать потом, лишь бы найти ее живой…
Поднимаясь по ступенькам дома, в котором прожил первые двадцать три года своей жизни, Дима, внутренне, сжимался от страха. Она вполне могла что-то сделать. Ее состояние ухудшалось с каждым днем, мужчина видел это. Ему лишь ненадолго удавалось вывести Лину из, все углубляющейся, депрессии. Лишь на несколько минут ее глаза вспыхивали прежней радостью, а потом, она опять замыкалась и пряталась в себе, не желая ничего объяснять. Но ему и не нужны были объяснения. Все, и так, было ясно. Еще в понедельник, когда придя в кафе, он увидел ее взгляд и те отметины… Хотя, понять, что именно все это время тревожило его мозг, мужчина смог лишь в среду.
Дмитрий позвонил в дверь, подождал несколько секунд, чувствуя, как бешено, колотится его сердце в надежде и опасениях. Никакого звука или движения не последовало. Начиная ощущать нечто, близкое к панике, мужчина полез в карман за запасными ключами от квартиры родителей, в которой теперь жила его сестра.
"Господи, пусть она тут будет, пожалуйста". Дима молился, он готов был умолять, потому что не знал, что будет делать, если Лина пошла не сюда. Мужчина приходил в ужас при мысли, что может произойти с одинокой девушкой ночью на улице. Тем более, если девушка в таком состоянии, в котором, без всякого сомнения, пребывала Лина. Да она сама, сейчас, будет себе скорее врагом, чем другом. Нервничая, и резко дергая, заедающие от его рывков, ключи, он распахнул дверь.
— Лина! — Дима кричал, не обращая внимания на позднее время, ему было все равно, если он потревожит соседей. — Лина! — Он толкнул дверь, слыша щелчок замка.
Мужчине показалось, что он услышал какой-то звук из залы. Не разуваясь, Димка пошел туда.
— Лина?! Ты здесь?
Он заглянул в темную комнату, освещаемую только уличными фонарями — она была здесь. Это позволило ему немного расслабиться… На те секунды, которые понадобились Дмитрию, чтобы понять, в каком состоянии находилась Лина.
Резко выдохнув, мужчина начал осторожно приближаться к сидящей на полу, забившись в угол, девушке.
— Лина. — Он уже не кричал, еле шептал, боясь испугать ее еще больше. — Лина, это я. Не бойся.
Но девушка только сильнее сжималась в комочек, словно, пытаясь стать невидимой.
Дима присел на корточки возле нее, и медленно протянул руку, испытывая дикое желание прижать ее к себе и успокоить, хоть и понимал, что этого делать нельзя. Надо дать ей возможность понять, что это он, и что Дмитрий не причинит ей вреда, ни за что в жизни.
— Лина. — Мужчина легонько коснулся ее щеки, откидывая с лица волосы, и услышал тихий прерывистый всхлип. Он замер, глядя на нее, ощущая, как поднимается в душе бешенство, впервые в жизни понимая, что вполне способен на страшные поступки.
— Дима? — Девушка неуверенно подняла на него заплаканные глаза, продолжая всхлипывать. — Что ты тут делаешь? — Она попыталась спрятаться от его взгляда, вновь утыкаясь лицом в колени, но мужчина не дал ей сделать этого, осторожно удерживая подбородок пальцами. Он выругался сквозь зубы, глядя на ее разбитое лицо. Понимая, что ей и говорить больно. Потянулся, нежно обнимая ее, и усаживая к себе на колени.
— Я его убью, честное слово. — Едва слышно прошептал он. Но замолк, чувствуя, как девушка сильнее плакать начала. — Тшш, не плачь, не надо, Лина. Все будет хорошо. Теперь, все будет хорошо. — Дима гладил ее по волосам, боясь даже обнять крепче, не уверенный, что на теле у девушки нет других повреждений.
Он целовал ее лоб, мокрые от слез веки, не задумываясь о том, что она впервые за эту неделю не отстраняется от него с мукой в глазах, умоляя не мучить ее, а наоборот, крепче прижимается. И думал о том, что же теперь делать, как помочь ей, вернуть веру хоть во что-то.
Постепенно, Лина затихла в его объятиях, уткнулась лицом в грудь мужчины, заснув. Дмитрий вытянул ноги, пытаясь устроиться поудобней на полу, не желая вставать и тревожить ее сон. Конечно, стоило бы обработать ссадины Лины, проверить, нет ли переломов. Но это может подождать какое-то время. Пусть отдохнет. Он нежно удерживал ее в своих объятиях, не сомневаясь даже, что сделает все, чтобы защитить любимую женщину. И уж точно не позволит больше причинять ей боль.
"Надо бы съездить в аптеку, купить лекарство", — мелькнула мысль. Но он не решился бы оставить ее одну сейчас. Потом, утром, Дима позвонит своему однокурснику и попросит выписать рецепт, и привезти препарат сюда. Мужчина поговорит с Линой. Найдет слова. Постарается. Но это все будет утром. А сейчас…. сейчас он просто бережно обнимал ее, даря покой и опору, в которой девушка так нуждалась. И яростно проклинал в душе того, кто довел ее до такого состояния.
*****************************
Честно сказать, Дмитрий не поверил своим глазам, когда увидел ее, бегущую под редкими каплями начинающегося летнего дождя. Мужчина был почти уверен, что Лина не появится сегодня, и ему придется идти к ней на работу, чтобы уговаривать извинить его необдуманный поступок, о котором Димка ни капли не жалел, и общаться дальше. Но вот же она, переходит дорогу, едва поднимая голову, чтобы осмотреться по сторонам. Дима даже занервничал, и понял, что сейчас не сдержится, и расскажет, как надо идти по проезжей части. Он не совсем был уверен, что стоит, но уж очень сильно переживал о благополучии Лины. Усмехнулся, оказывается, инстинкт защитника серьезно взыграл в нем.
Но сразу забыл и возмущение, и веселье, едва встретился с ее грустными голубыми глазами. Мелькнула мысль, что она может и не подойти к нему, сесть за другой столик, но девушка кивнула головой, здороваясь с мужчиной. Дмитрий поднялся навстречу Лине, недоумевая, что так расстроило ее.
Едва девушка ступила под навес кафе, как дождь усилился, переходя в ливень. Она оглянулась на потоки воды, обрушивающиеся с неба, застывая на середине пути к столику, возле которого Дима ждал Лину, вздохнула, а потом повернулась и пошла к нему. На площадке было мало людей, всего три человека, кроме них. Наверное, многие предчувствовали в удушающей атмосфере пасмурного утра скорую грозу, оттого и не спешили покидать помещения.
