У миссис Филдинг слегка сжалось сердце, когда она представила, как граф Стоунклиф входит к своей жене. Это будет восхитительная минута для них обоих!
Новобрачная дрожала, но совсем не от радостного предвкушения супружеской близости. Страх пронзал ее до мозга костей, нервы были напряжены до предела.
Осмелится ли Итэн Сэвидж прийти сюда сегодня ночью? Возможно, оказавшись в доме своих предков, где все ему знакомо и толпы слуг спешат выполнить любой его приказ, новый хозяин Стоунклиф-Парка откажется выполнить последнее условие их с Джози сделки и не пожелает оставить ее в покое?
Джози почти не видела Итэна ни в Нью-Йорке, ни во время путешествия через Атлантический океан. Верный своему слову, он приказал мистеру Лэтерби устроить их в отдельных каютах. Они даже не обедали вместе: Джози приносили еду прямо в каюту. Она понимала, что Итэн старался возможно дольше скрывать ее от посторонних глаз. На палубу Джози выходила только в сопровождении мистера Лэтерби, который не упускал случая, чтобы прочитать ей очередную лекцию о правилах светского этикета.
– Не глазей по сторонам, Джозефина. Это вульгарно… Не горбись, Джозефина. Стой прямо. Графине не подобает сутулиться… Нельзя есть фасоль ложкой, Джозефина. Разрежь рулет на кусочки, Джозефина. Нет, нет, не надо так жадно вгрызаться в мясо! И не смей облизывать пальцы!.. Когда зеваешь, надо прикрывать рот рукой, Джозефина. А лучше вообще удержаться от зевков на людях… Не суетись, Джозефина. Леди всегда сохраняют полнейшее спокойствие и скрывают свои чувства…
Ну, если вопреки этим наставлениям Итэн Сэвидж войдет сегодня в эту дверь, она не скроет своих чувств и даже более того. Один его вид выводил Джози из равновесия. И его прикосновения – тоже. Джози хорошо запомнила мгновение, когда он обхватил ее за талию и без малейшего усилия вытащил из кареты. Ее охватило раздражение.
Нет, слово «раздражение» тут не подходит, решила Джози, вдруг вся напрягаясь.
Почему, собственно, Итэн действует на нее так необычно? Ведь это началось с первой минуты их знакомства, когда она заглянула в его серые ледяные глаза. Что скрывать, в ее душе сразу загорелся пожар. И пламя до сих пор не погасло. Пожалуй, оно стало даже сильнее, особенно после того, как Итэн чуть не поцеловал ее в поезде.
По правде говоря, иногда Джози слонялась по всему пароходу в надежде хоть одним глазком увидеть своего мужа. Но это случалось крайне редко. Итэн явно избегал таких встреч, не менее явно презирая ее.
Это означает, что Джози в безопасности – и сегодня ночью, и в последующие дни. Итэн Сэвидж – сложный, загадочный человек. Кто знает, что у него на уме? Он сразу дал понять, что судьба Джози нисколько его не заботит. Она просто может оказаться полезной ему на некоторое время. Но он и не подумает лишний раз взглянуть на лживую воровку, с которой вынужден был вступить в брак.
А потому и передал ее прямо в руки мистера Лэтерби. Что ж, за это его следует только поблагодарить.
Джози подошла к тазу для умывания, сполоснула лицо и руки холодной водой и вытерлась толстым пушистым полотенцем. В этот момент в коридоре раздались шаги. Полотенце упало на пол. Джози прижала руки к груди.
Но шаги ни на мгновение не замедлились. Напрасно Джози прижимала ухо к двери: в коридоре снова воцарилась тишина. Если это и был Итэн Сэвидж, значит, он отправился спать, не став беспокоить свою жену.
Джози почувствовала странное разочарование, не в силах понять, что же с ней происходит.
Ее прошлое осталось далеко позади. Впрочем, груз его был не так уж велик. В Англии, возможно, кроются ответы на все волновавшие ее вопросы. И вот она оказалась здесь, хотя самым неожиданным образом никому не нужная сирота Джози стала женой графа Стоунклифа, графиней. Кто бы мог подумать!
«Ничего, все образуется», – убеждала себя Джози.
Она всегда рассчитывала на это, если была не уверена в будущем, не знала, где найдет кров и еду, или побаивалась очередных приемных родителей.
Не надевая туфель, Джози подошла к окну. Просторная ночная рубашка скользила по ее худенькому телу. Устроившись на подоконнике, она невидящим взглядом уставилась в непроницаемую тьму, окутавшую поместье. Джози повторяла про себя отрывок письма к Алисии Денби, заученный наизусть. Завтра же надо приступить к поискам, спрашивая всех подряд, не знают ли они чего-нибудь о молодой женщине по имени…
– О чем это ты задумалась, женушка? Уж не собралась ли украсть наше столовое серебро?
Джози соскочила с подоконника как ужаленная. Ее сердце чуть не разорвалось от страха. Она ничего не слышала: ни звука шагов, ни скрипа двери. Но тем не менее Итэн Сэвидж стоял здесь, как всегда подавляя ее своей силой и мрачностью. Правда, сейчас его лицо с нахмуренными черными бровями выглядело уставшим, даже измученным.
Он медленно направился к Джози. Усилием воли она заставила себя стоять спокойно, но Итэн остановился у самого края персидского ковра, засунув руки в карманы. Воротник его рубашки был расстегнут, галстук развязан.
– Неужели нет? – задумчиво повторил он, устремив на Джози загадочный взгляд. – Чем же еще были так заняты твои мысли? Тебя и рев медведя не привел бы в чувство. Или ты жалеешь, что наш брак фиктивный? – В глазах Итэна промелькнула насмешка. – Если хочешь, – продолжал он равнодушным тоном, – я выполню свои супружеские обязанности.
Глава 9
– Не смейте даже думать об этом, – быстро ответила Джози, испугавшись, что Итэн подойдет ближе, и встала на ковер, чтобы согреть замерзшие ноги. – Предупреждаю, если вы дотронетесь до меня или попробуете – только попробуете! – поцеловать, я закричу. – Она вздохнула поглубже, и в ее глазах вспыхнул синий огонь. – Что тогда подумают слуги о своем драгоценном графе?
– Они ничуть не удивятся. Многие из них были свидетелями куда более страшных дел, творившихся в этом роскошном доме, – с издевкой ответил Итэн. Опустившись в кресло, он иронически ухмыльнулся. – Но я не собираюсь трогать тебя. Разве что ты опять начнешь воровать. Итак, Джози, если ты не замышляла стянуть что-нибудь и мои страстные объятия тебя не привлекают, о чем же ты тогда думала, да еще с таким видом, будто перенеслась за тридевять земель отсюда?
Джози не могла взять в толк, для чего пришел Итэн. Чтобы оскорблять ее? Или и впрямь предъявить свои супружеские права? Пожав плечами, она отвернулась, подошла к туалетному столику, чтобы видеть Итэна в зеркале, и стала перебирать нежные лепестки стоявших в вазе роз.
– По-моему, по условиям нашей сделки я не обязана делиться с тобой сокровенными мыслями. Лучше я оставлю их при себе.
