собой. — Околица — это моя родная деревня. Мой дом. Мне не нужна крыша, я и посреди поля обустрою домашний очаг.
— Бомж, значит? — хмыкнул я, встал и отряхнул одежду, похлопав по карманам. Как и думал, бумажника нет. Я повернулся к бомжу, требовательно протянул руку и велел: — Возвращай деньги.
— А как же плата?
— За что?
— За охрану. Рядом с Околицей волки водятся, могли бы и сожрать, — бомж задрал лохматую голову и завыл.
— Подавились бы, — отрезал я, просканировал его и, отыскав кошелёк, наклонился и вытащил его из грязного ватника. Бомж попытался сопротивляться, но я вывернул его руку, и он сдался. Я пересчитал деньги. Вроде бы всё на месте. Покосившись на мужика, я всё-таки вытащил десять рублей и сунул ему ладонь. — Купи нормальной еды.
— Спасибо, — бомж улыбнулся мне как старому другу, словно ничего не произошло, и поинтересовался: — А ты по нужде в поле спишь или из прихоти?
— По случайности, — я скривился, сдерживая тошноту, когда он с аппетитом и чавканьем вгрызся в жареную крысу. — А у тебя, должно быть, припасена слезливая история?
— Неа, мне просто так захотелось, — подмигнул мне бомж. — Зачем мне каменный дом, когда Околица — …
— Да-да, помню, Околица — твой дом. Ну, следуя твоей логике, людям следует жить под открытым небом.
— Зачем же… Люди — на удивление хрупкие создания, — с затаённой грустью произнёс бомж, и от него повеяло поразительной мощью. Он словно перестал сдерживать свою магию, и та, почуяв, как ослабли поводья, от души разгулялась. Запахло озоном, и я активировал энергетические доспехи. Вообще-то это было бесполезно — от такой силы за щитом не спрячешься. К тому же бомж уже десять раз мог бы меня прихлопнуть. То есть ему что-то нужно. Будто прочитав мои мысли, бомж негромко рассмеялся и миролюбиво сказал: — Да, мне кое-что нужно. Твоя жизнь. Успокойся, успокойся, не бей старика! — замахал он руками, когда я сотворил воздушный кулак. — Не в дурном смысле, нет… Мне нужно, чтобы ты жил. И продолжал создавать невообразимый хаос, как и в предыдущие месяцы.
— Кто ты?
— Бомж, как ты и сказал, — пожал плечами мужик. — А что, не похож?
— Отличная маскировка, — похвалил я. — Вылитый бездомный, да ещё и сумасшедший.
— Перед такими странными личностями люди иногда открываются с неожиданных сторон, — хмыкнул бомж. — Люблю иносказания, но, думаю, можно поговорить и прямо… Я пришёл, чтобы предупредить тебя: очень скоро всё изменится. Колесо судьбы набирает обороты. Не зевай. Сегодня кое-что случится. Никто этого не заметит. Никто об этом не узнает. Но это может стать началом конца, — он разложил перед костром обглоданные крысиные косточки и пробормотал: — Глянь-ка, на первый взгляд, они все из одного тела, из одной плоти… Ни одна из них не привлекает внимания.
— Ты, кажется, говорил, что можно обойтись без намёков?
— Правда — горькое лекарство, и его следует принимать строго по рецепту, — цокнул языком бомж и щёлкнул пальцами. Неожиданно одна из крысиных косточек зашевелилась, подпрыгнула и трансформировалась в Жука Костееда. Мелкая тварь жадно набросилась на остальные кости и моментально измолотила их в белую муку своими крепкими жвалами. Бомж покосился на меня, отслеживая реакцию, и проворчал: — Кое-кто всё-таки отличался, да? Некоторые об этом знают, но ничего не могут сделать, а другие даже не подозревают…
— И какая из косточек — это я?
— Ты — костёр, — бомж засунул руку в огонь, разворошил угли, и ослепительно яркие искры засыпали Жука Короеда. Тот раскрыл крылья, пытаясь сбежать, но они загорелись, и Жук беспомощно рухнул в пламя. — Во всяком случае я надеюсь на это. Кто-то же должен…
— И всё-таки кто ты? Какой смысл мне тебе верить? Назови хотя бы одну причину.
— Можешь верить, а можешь — нет, — бомж пригладил грязные космы и откинул их со лба. Впервые за весь разговор я увидел его глаза. Желтоватые, сияющие потусторонним светом, но покрытые бельмами. Он был слеп как крот. У меня резко заболела голова, в глазных впадинах появилось неприятное давление, будто мозг распух и просился наружу. В какой-то момент меня поглотила абсолютная уверенность, что вот-вот мой череп взорвётся и разлетится на мелкие осколки. Невыносимое ментальное давление усиливалось в геометрической прогрессии. Я сосредоточился и построил перед собой мысленную стену. Давление немного ослабло, и у меня получилось включить полноценную ментальную защиту. И всё равно мощь существа, сидящего передо мной, угнетала. Бомж наблюдал за мной с лёгкой полуулыбкой. Наконец, он произнёс: — А ты знал, что люди не способны выдержать божественную силу? Их тела разрываются изнутри. Однако если какому-нибудь человеку доведётся какое-то время пообщаться с Богом, потерявшим былую мощь… тогда сработает эффект привыкания. И у него выработается иммунитет. Этот человек должен обладать незаурядными способностями и сильной магией, но это возможно.
Моя челюсть окаменела, я ровным голосом уточнил:
— На что ты намекаешь?
— Ни на что, — бомж покопался в мешке, лежащем сбоку от него, вытащил новую дохлую крысу, насадил её на прутик и принялся поджаривать.
— А тебе и правда скучно, да? — я усмехнулся, проследив взглядом, как он посыпает крысу какими-то травами. В воздухе разлился пряный аромат. Бомж не ответил, лишь зачерпнул из кармана щедрую щепоть этих странных специй и швырнул их в костёр. В небо поднялся столб пламени, и плотная стена дыма скрыла фигуру бомжа. Когда ветер разогнал дым, мой лохматый собеседник исчез. Я потёр виски, прикрыв глаза, и протянул: — Каждый развлекается как может.
Я потушил костёр и потопал к духовочной станции. Добрался туда к одиннадцати и в полночь уже был в Академии. Тянуло плюнуть на всё и отрубиться на несколько часов, однако проблему Алисы я так и не решил. Договориться с директором Колледжа магических искусств будет очень сложно — я утратил свой единственный козырь, Чернокнижника. Теперь директору нет смысла отпускать Алису; она — единственный призрачный шанс осуществить его безумную мечту. Запугать? Сомневаюсь, что он поведётся. Уж два и два точно сложит и поймёт, кто ему угрожает, и принципиально пошлёт куда подальше, и по итогу всё выльется в прямое противостояние. Я ходил по своей комнате туда-сюда просчитывая все варианты, но ни один меня не устраивал. Может, опять обратиться к Андрею,
