за жизнь. Я исцелю твою жену, но взамен ты позволишь вселиться в твоё тело, когда потребуется.
— Жрецов мало? — хмыкнул Владимир. — Есть одна загвоздка: твои друзья обратились ко мне чуть раньше. Их просьба заключалась в другом, но… Они не возражают?
— Мало или много… Это не твои проблемы, — Бомж взлохматил свои волосы, и Владимир смог рассмотреть его слепые, покрытые бельмами глаза, светящиеся неестественным сиянием. — Не переживай, можешь следить за Ломоносовым, сколько душе угодно. Хотя… не так уж сильно ты этого и хочешь, верно? Я вижу в тебе неопределённость. Ты колеблешься. Кто-то зародил в тебе зерно сомненья. Но это уже не мои проблемы, не я буду косить то, что их них вырастет, — он рассмеялся, довольный своей шуткой. — Ты принесёшь мне клятву и… большего не потребуется. Никто об ней не узнает, и она никому не помешает. Будешь жить дальше и ждать, когда я тебя призову.
— Как долго?
— Может, несколько недель. А может, сотню лет, — Бомж протянул грязную ладонь и уточнил: — Согласен?
— Согласен, — Владимир без колебаний пожал его руку. Если эта сделка спасёт Настю, то он готов пожертвовать чем угодно. В том числе и собой.
* * *
В этот раз в лабораторию Психотроников я попал в качестве почётного гостя — мне разве что красную дорожку не постелили. Молодая девушка — администратор? — проводила меня в огромный зал, предложила чай, кофе, алкоголь и сладкие закуски. Я отказался — вдруг это ловушка и меня пытаются отравить. Зал был обставлен скудно — маленький кожаный диванчик, длиннющий стол и с два десятка офисных кресел. А, ещё и телевизор, по которому крутили музыкальный канал. Я включил сканирование, но в ту же секунду под потолком замигала красная лампочка и строгий женский голос произнёс: «Пожалуйста, не используйте магию. Иначе мы будем вынуждены поместить вас в карантин!» Девушка-администратор виновато похлопала глазами и пояснила:
— Новая система охраны. Пока тестируется, иногда может срабатывать случайно. Пару раз чуть до кондратия не довела. Я как раз ночью дежурила… — она натянуто рассмеялась. — Так что вы не обращайте внимания, если она срабатывает без причины. А если с причиной, то эм… ну вы, пожалуйста, не колдуйте, ладно?
— Ага, — я улыбнулся и кивнул.
Спустя пару минут в зал вошла Анна Викторовна, и администратор поспешила уйти.
— Ломоносов, я знаю, что ты далеко не обычный студент, — Анна Викторовна поспешила ко мне и тяжело рухнула в соседнее кресло. — Брат рассказывал про странности, которые множатся вокруг тебя. Мой брат… — она печально понурилась и поджала губы. — Я не могу к нему обратиться, он будет возражать и попытается запереть меня в каком-нибудь очередном безопасном месте! Я его ведь чуть не убила… Не суть, — она выпрямилась, гордо приподняла подбородок и заявила: — Сегодня я начинаю новую жизнь. Всего пару часов назад я чудом избежала смерти, и я думаю, это знак свыше, что мне надо…
— Избежали смерти? — перебил я.
Анна Викторовна коротко описала свои приключения, и с каждым её словом мои брови поднимались всё выше и выше.
— Зато теперь им придётся считаться с моим мнением! — провозгласила она, поймав мой взгляд. — Но я совершенно не представляю, что мне просить. Как помочь оракулам? С чего приступить? Мне не позволят сразу же перевернуть всё с ног на голову. Реформы придётся продвигать понемногу, небольшими порциями… Но какие реформы⁈ Что-то вроде: «Не убивайте оракулов»⁈ Кикимора и все болотные отродья, Ломоносов, ты понимаешь, насколько я растеряна, что обратилась к тебе? Нет, нет… Мне уже кажется, что ты самый обычный студент и что мне просто хотелось думать…
— Отставить панику, — гаркнул я, и Анна Викторовна от неожиданности даже подпрыгнула в кресле. Ну, в прошлой жизни я активно изучал и политику, так что быстро сориентируюсь. Я мысленно пересчитал всё, чем занимался в последнее время. Обучение в Академии, бои на Арене, личный магазин с кристаллами, противостояние с аристократами, развитие сельского хозяйства, а сейчас к этому добавится ещё и борьба за права оракулов. Я вспомнил Машу и улыбнулся. Возможно, через пару лет она без страха вернётся на родину. Я посмотрел на Анну Викторовну и сказал: — План такой. Сперва слушаем их, задаём вопросы… Много вопросов. Очень много! Прежде чем что-то требовать мы должны проанализировать ситуацию. Потом удалимся на обсуждение, а уже после этого выдвинем свои требования.
Анна Викторовна с готовностью закивала. Я же на пробу вызвал Тень — и сигналка её не засекла. Отлично. Я отправил Теней во все уголки лаборатории, чтобы подслушать разговоры Психотроников. Помочь Анне Викторовне в моих интересах — ведь в таком случае я смогу воспользоваться её новой властью и попросить кое-кому промыть мозги. Под гипнозом Психотроников директор Колледжа магических искусств точно разрешит Алисе стать жрецом в Храме Марены.
Глава 12
Собрание с Психотрониками получилось… странным. Всё прошло в чрезвычайно деловой атмосфере. Сначала я был настороже — думал, что Анну Викторовну обязательно попытаются обмануть. Однако я ошибался. К ней было необычное отношение. Весьма необычное. Психотроники явно бесились и разговаривали с ней сквозь зубы, но абсолютно серьёзно и отвечали на все вопросы, объясняли малейшие детали. Будто они с удовольствием выкинули бы её на улицу, но связаны по рукам и ногам. Так что через полчаса я расслабился и наслаждался спектаклем — Анна Викторовна быстро поняла, что ей ничего не сделают — даже слова поперёк не скажут, — и принялась активно прощупывать почву. К сожалению, я не сумел подслушать разговоры Психотроников по одной простой причине — они общались через ментальные связи. Поэтому пришлось им устроить жёсткий допрос. По ходу которого я в полной мере осознал, каким иммунитетом обладает божественное воплощение. Пока ехал в лабораторию Психотроников, я, конечно же, навёл справки об этом явлении. Однако посчитал его чем-то формальным — чисто символическим проявлением божественной благосклонности. Я ошибался. Перед божественным воплощением поклонялись — Анну Викторовну боялись, уважительно с ней разговаривали и готовы были исполнить любой её каприз.
По итогу мы с ней выторговали значительные послабления для оракулов — больше их не будут превращать в рабов и уничтожать их разум подчистую. Правда, мы не могли изменить систему кардинальным образом — пришлось бы рубить всё под корень. А за таким решением последовали бы неприятные последствия
