рядом с госпожой Тайбу. Сяо Бай, спрятавшись за ширмой, видел, как служанки усадьбы суетятся вокруг Цзина, лежащего на коленях у матери, кормят его и вытирают пот.
– Юный господин Цзин очень походит на госпожу. Удивительно красивый юноша, – льстиво отметила служанка.
– Не говори ерунды, – улыбнулась госпожа. – Хоть Цзяо и Цзин мои родные дети, тем не менее говорят, что они появились, когда господин был у бессмертных. Разумеется, они выглядят словно небожители.
Услышав это, Сяо Бай не удержался и присмотрелся к Цзиню. Кожа его была белой, как снег, а глаза – черные, как лак. Он действительно был очень красивым мальчиком. Но вот что казалось странным: на вид Цзиню было лет пять-шесть, но мать и служанки не оставляли его одного. Сяо Бай припомнил себя в этом возрасте и тогда он уже ездил верхом в горы, чтобы попрактиковаться в фехтовании и стрельбе из лука.
– Госпожа очень любит юного господина. Вчера он во время игры сильно ударился лбом, и вы не спали всю ночь. Может, вам стоит отдохнуть? – спросила другая служанка.
– Господин так ценит Цзяо, что берет его с собой везде, не оставляя и минуты на отдых. Третий ребенок был рожден наложницей, но его родная мать умерла при родах, и я сама его воспитала, – вздохнула женщина. – До сих пор единственный родной ребенок, что был подле меня, это Цзин. Разве могу я любить его меньше? Сходи принеси альбом живописи с красивыми женщинами. Ему нравится его рассматривать.
Служанка принесла альбом, и госпожа Тайбу, держа Цзина у себя на коленях, переворачивала ему страницы одну за другой. Время от времени Цзин указывал на изображение красавицы и спрашивал у служанки:
– Вы часто говорите, что я красивый. Разве я красивее, чем эта красавица?
– Разумеется, юный господин намного красивее нее.
– А вот эта?
– Юный господин Цзин – дитя небожителя. Как обычная картина может сравниться с вашей красотой? – быстро ответила служанка.
– Мой Цзин – самый красивый ребенок в мире. – Госпожа Тайбу погладила его по волосам.
– А мои братья? Разве они не так же хороши собой, как я? – Цзин выжидающе смотрел на мать.
Госпожа Тайбу на миг замялась и ничего не ответила, и после секундной заминки Цзин заплакал. Он поднял свое прекрасное лицо и жалобно посмотрел на нее, его глаза наполнились слезами. Это природное чутье: он знал, что пока он так на нее смотрит, мать будет чувствовать себя неловко.
– Ну конечно же, ты лучше них. – Госпожа Тайбу достала платок и вытерла сыну слезы. Она дала ему ответ, которым он остался доволен.
Юный господин Цзин вырвался из рук матери и выбежал наружу. Сяо Бай знал: то, что он видит, – это иллюзия, но все равно поспешил за ним. Пробежав немного, он неожиданно оказался во дворце, где Цзин неторопливо прогуливался. Он держал за руку Куня, а за ними следовала пара слуг. Дело происходило в тихом саду.
– Юный господин Цзин, вам пора домой, – осторожно напомнил слуга.
– Я хочу еще немного поиграть с братом, можно? – Цзин умоляющим взглядом посмотрел на него.
– Хорошо, поиграйте еще немного, – сдался тот.
Сяо Бай наблюдал за всем из-за колонны, ни на миг не расслабляясь.
Сад был пустынным, но здесь росло множество орхидей. Сяо Бай, казалось, мог ощутить аромат, витавший в воздухе.
Кунь, еще совсем малыш, сидел на корточках и тихо рисовал веточкой на земле. Но Цзин был другим: увидев красивые цветы, он вырывал растения с корнем, игрался с ними немного и бросал на землю.
– Юный господин Цзин, вы не можете так делать. – Слуга попытался его остановить. – Этот сад не принадлежит вашей семье.
– Ну раз так, пока мне весело, все хорошо, – скривился Цзин.
– Старший брат, это же цветок. – Кунь указал на орхидею, брошенную на землю. – Ты не можешь так поступать.
– Это ты не можешь, а я могу, – не согласился Цзин. – Просто подожди и увидишь.
Спустя некоторое время в сад вышла придворная служанка и, увидев разбросанные по земле цветы, закричала:
– Чей ребенок посмел вести себя в этом саду словно дикарь?!
Слуга хотел выйти вперед, чтобы признать вину, но Цзин опередил его.
Глава 10. Пион
– Сестрица, мы – дети семьи Тайбу. Мы не знали, что это сад императрицы, – поднял голову Цзин и с невинным видом посмотрел на служанку.
Та оторопела, ведь именно она ухаживала за садом. Орхидеи погибли, и это нельзя оставить без внимания.
– Как господин Тайбу воспитывал вас? Это же любимая орхидея императрицы. Когда я сообщу императору, он обязательно потребует вас наказать!
Цзин не ожидал, что трюк, который он так часто проделывал дома, не сработает. Он поспешно шагнул вперед и взял служанку за руку.
– Могу я поговорить с вами наедине?
Та хотела покачать головой, но, увидев милое лицо Цзина, не выдержала.
Пока она сомневалась, Цзин зашептал ей на ухо:
– Я ничего не делал, это мой младший брат Кунь натворил. Ему всего четыре года, сестрица же не станет его ругать?
Девушка взглянула на Цзина, не усомнившись в его честности, и вздохнула.
– А как быть с орхидеями? Если начнутся расспросы, у меня будут неприятности.
– Пока вы никому об этом не говорите. Я попрошу свою семью оплатить недостающие цветы, и никто ничего не узнает, – уверенно пообещал Цзин.
– Тогда… хорошо, – согласилась служанка. – Вам следует прямо сейчас отправиться к себе домой и купить цветы, иначе, если император узнает, я не смогу вам помочь.
– Юный господин, орхидеи очень дорогие. Господин Тайбу рассердится, – обеспокоенно выговаривал слуга юноше.
– Ты совсем глупый? Зачем рассказывать отцу? Я попрошу маму, она быстро все купит, и ничего не случится.
Вскоре Цзин вновь лежал на коленях у госпожи Тайбу, вызывая у нее улыбку. Он рассказал ей о неприятностях, которые произошли за день. Разумеется, он в который раз умолчал, что это его рук дело, свалив все на младшего брата.
– Кунь совершил серьезный проступок, сорвав орхидеи императрицы. Мама, пожалуйста, пошли кого-нибудь на рынок купить цветы и спасти Куня! – взмолился он.
– Ох, я никак не могу повлиять на него, – вздохнула женщина. – Я знала, что его мать из низших слоев и ребенок, рожденный ею, не принесет ничего хорошего.
– Но если ты не спасешь его и придворная служанка сообщит императору, то у Куня будут неприятности. – Цзин опасался, что его вина будет раскрыта, поэтому выдавил несколько слез из своих больших глаз.
– Ох, мой Цзин такой добросердечный! Но я слышала во дворце, что все орхидеи
