так крепко сжал пальцы, что ей казалось, будто нижнюю часть лица вот-вот раздавят.
– Теперь скажи мне, что я самый красивый на свете человек и могу встать на пути такого ничтожества, как ты. – Цзин нахмурился, и его прекрасное лицо исказили изогнутые морщины.
Сяо Бай, не задумываясь, вышел из толпы и направился к Цзину и его жертве, но в тот же миг он вспомнил, что они его не видят.
Девушка сильно закусила губу, но не произнесла ни слова.
Сяо Бай не знал, что случилось с той девушкой после, и беспокоился о ней. Однако повозка Цзина могла вот-вот исчезнуть из поля зрения, и ему ничего не оставалось, как погнаться за ней – на рациональное суждение лекаря не должны влиять эмоциональные взлеты и падения. Двое больных лежали в покоях усадьбы Тайбу. Даже если они в прошлом творили зло, все равно сейчас придется спасти их жизни. Тем более те сцены, что он видел, он никак не мог изменить.
Повозка с грохотом неслась вперед. Сяо Бай с детства занимался боевыми искусствами, но его ноги уже устали от бега, а перед глазами все плыло. Однако мальчик видел, как повозка удалялась все дальше и дальше в противоположном от усадьбы Тайбу направлении, пока не достигла гор и не остановилась у ручья.
Цзин открыл полог, вышел из повозки и сел на гладкие камни. Он посмотрел на свое отражение в воде. Его лицо было словно цветок, растущий из глубины синих волн.
– Эта проклятая простолюдинка не захотела подарить мне пион, но я гораздо краше пиона, – задумчиво сказал он и обернулся к слуге. – Пойди в лес и собери ароматных трав. Я окурю свою одежду, когда прибудем домой. Если там окажется хоть один сорняк, то моя мать выгонит тебя из усадьбы.
– Д-да, господин, – дрожащим голосом ответил слуга.
Когда Сяо Бай увидел эгоистичный взгляд Цзина, ему захотелось просто бросить его прямо в горах и никогда больше о нем не вспоминать. Почему Фэй Ю позволил ему увидеть все эти неприятные сцены? Сможет ли он вылечить болезнь?
Когда слуга ушел, Цзин еще долго смотрел на свое отражение в ручье и вздыхал.
– Неужели я правда сын небожителя? Иначе почему я такой красивый? Мой старший брат умен и талантлив, но внешне он не так хорош, как я. Ах, одиноко-то как. Нет на свете красивее меня…
Он бросил камень в воду, и от ряби отражение задрожало, как живое.
– Да уж, такое невежество и правда смешно, – прозвучал вдруг из леса голос, напугавший Цзина.
Даже Сяо Бай удивился.
– Кто?! Кто говорит?! – визгливо крикнул Цзин. – Как смеете вы нарушать мое уединение?!
– Вы только что сказали, что в мире нет никого прекраснее вас, – усмехнулся голос. – Но даже такой горный житель, как я, гораздо красивее вас. Так чем же тут гордиться?
– Глупости это все! Если вы так красивы, зачем подло прятаться в лесу, боясь показаться людям? – Цзин встал и хотел уйти, но слуги нигде не было видно.
– Я и не прячусь, я все это время был здесь. Молодой господин настолько высокомерен, что меня даже и не заметил. – С этими словами из-за деревьев вышел мужчина.
Цзин поднял голову и одновременно со страхом и интересом взглянул на него, однако Сяо Бай был поражен куда больше. Тут мальчик понял, почему Фэй Ю наказал внимательно следить за Цзином…
Мужчина подошел к ручью и посмотрел на Цзина. Он был в маске с нарисованным золотым глазом.
«Это же тот шаман…» – Сяо Бай остолбенел, а его руки и ноги охватил холод.
Глава 11. Бронзовое зеркало
Человек, с которым разговаривал Цзин, оказался не кем иным, как тем самым незнакомцем, с которым Сяо Бай сражался тупым мечом в Саду Красной яшмы. Когда его фигура появлялась, то всегда вспыхивала какая-нибудь странная болезнь и как будто он всегда противостоял Фэй Ю и самому Сяо Баю. Мальчику не терпелось разоблачить этого шамана, однако, как и во время Праздника Шанси он не смог спасти девушку с пионом, так и сейчас не мог дотянуться до прошлого.
– Ха-ха! Говорите, что красивее меня, но на вас маска… – донеслись до задумавшегося Сяо Бая слова Цзина. – Наверняка вы уродливы и не можете показаться людям, иначе зачем же носить маску посреди белого дня?
– Молодой господин, то, что вы сказали, – неверно, – усмехнулся шаман. – Красивое лицо всего лишь кожа, оно приносит только неприятности, поэтому я специально ношу маску, чтобы скрыть его. Говорят же, что под красивой оберткой скрывается действительно неиссякаемое зло.
– Я не верю в это. – Цзин небрежно указал на шамана тростинкой. – Если бы вы родились таким же красивым, как и я, разве желали бы это скрыть? Можно же столько выгоды получить в этом мире, благодаря своей внешности…
– Хорошо, я позволю вам взглянуть, – кивнул шаман.
Сердце Сяо Бая екнуло. Он никак не ожидал, что мужчина скажет подобное. Он не удержался и встал на цыпочки, желая рассмотреть получше, но ничего не разглядел.
Шаман, казалось, был настороже, и четко его лицо можно было увидеть только с того места, где находился Цзин.
– Вы… вы… – Цзин потерял дар речи, взглянув на него.
– Хорошо рассмотрели? – Шаман выпрямился и вновь надел маску. Она настолько плотно прилегала к его лицу, что будто сливалась с ним.
– В мире есть… настолько красивый юноша? Я хочу узнать, как можно стать таким же прекрасным, как и вы! – восторженно попросил Цзин. – Мой отец – гадатель Тайбу. Если захотите, то можете быть почетным гостем у моей семьи!
– У меня нет недостатка в еде и одежде, и я не хочу жить в вашем доме. – Шаман без малейшего интереса отклонил предложение. – Кроме того, какое мне дело, красивы вы или нет?
– Да что вы несете! – Цзин с детства считался сокровищем, и ему никогда раньше не перечили подобным образом. Разозлившись, он поднял с земли камень и кинул его в шамана. Он позабыл о том, что слуга ушел за травами и рядом не было никого, кто мог бы ему помочь.
Шаман качнул головой, рукава его одеяния едва заметно шевельнулись. Камень, развернувшись, ударил Цзина по голове.
– Ой! – воскликнул от боли юноша.
Сяо Бай, наблюдая за сценой, содрогнулся. Стоящий перед ним мужчина в маске, казалось, обладал какой-то ужасающей силой, которая неподвластна обычным людям. Среди его знакомых только Фэй Ю, пожалуй, мог соперничать с ним.
Одно маленькое движение – и некогда гордый и
