Вчера в магазине молодая мама спросила у меня совета, какую подарочную чашку выбрать. Просто я случайно оказалась рядом.
– А вы спросите свою малышку! – ответила я. Очаровательное существо лет четырех без колебаний указало на самое симпатичное изделие. Мама почему-то промолчала, а я искренне похвалила выбор девочки.
Все дальнейшее путешествие по обширному торговому залу к кассам девочка держалась к моей тележке гораздо ближе, чем к маминой, показывала мне свои любимые витрины, и в заключение спросила:
– А вы завтра придете? Я с мамой приду!
Такие встречи вызывают у меня не столько умиление, сколько саднящую душевную боль. Почему чужая тетя, мимоходом сказавшая ребенку пару заслуженных (!) им добрых слов, становится ему дороже ближайших родственников?!
Ответ очевиден: да потому, что от родственников буквально доброго слова не дождешься! А одобрение, похвала, просто выражение какого-то нашего согласия, духовного единства нашему малышу не просто нужны – они ему жизненно необходимы. Это кислород, который питает растущую душу ребенка.
О материальной пище мы не забываем никогда. «Ложечку за бабушку, ложечку за дедушку…» Печеньице и сок на прогулку не забыть… А супчик доел? А еще котлетку?..
Малыш отворачивается, плюется, наконец, отталкивает тарелку: хватит! Но мы непробиваемы в своей воображаемой правоте.
А вот просит своей порции внимания душа ребенка: грудничок попискивает, подзывая мать. Ему одиноко, страшно, и страх этот нарастает с ужасающей быстротой. Разве мама не слышит этот крик души?
Слышит. Но стоит за дверью и мучается: входить или не входить? Дело в том, что много десятилетий назад чей-то извращенный (иначе не скажешь) ум изобрел какую-то очень странную с точки зрения здравого смысла педагогику. Ее постулаты дошли до нас в виде следующих расхожих фраз:
«Не надо брать ребенка на руки – разбалуете, потом с рук не слезет». (Но видел ли хоть кто-нибудь здорового умеющего ходить малыша, которому нравится все время на руках взрослого сидеть?)
«Не подходи к ребенку сразу, как тот заплакал, а то получается, что он тобой командует». (Полное искажение понятий, характерное для людей с ущербной психикой. А если больной или немощный просит о помощи – тоже отказывать, а то раскомандовался тут?)
«Нельзя показывать ребенку свою любовь к нему, а то возомнит о себе…» (Полный абсурд, но, к сожалению, цепко укоренившийся в нашем сознании. В результате наш подрастающий ребенок легко уходит от нас в чужую среду, какую-нибудь секту, плохую компанию, влюбляется в человека, который нам категорически не нравится и ему совершенно не подходит… Лавина проблем. А все потому, что дома-то совсем уж холодно и неуютно из-за этой партизанской скрытой любви…)
Перечень можно продолжать. Смысл этого давно устаревшего метода ясен: духовно оторвать ребенка от семьи. Лет девяносто назад и в последующие годы это было очень актуально в свете государственной идеологии. Взамен человеку давалась мощная идеологическая поддержка общественных структур, коллектива, детских и юношеских организаций. Таким образом успешно выращивались прекрасные «винтики» общей государственной системы, добросовестные исполнители, «дети Октября», а не своих родителей.
Времена давно изменились, а родители бездумно копируют педагогику своих дедов и прадедов. Душа ребенка постоянно на голодном пайке!
Сами того не замечая, родители отталкивают ребенка от себя уже с первых месяцев общения… КУДА? ЗАЧЕМ?
…В утренней маршрутке, как всегда, было тесно. Машина еще не остановилась, когда малыш лет пяти с переднего сиденья встал на ноги и приготовился к выходу.
– Зачем встал? Сядь, я сказала! Ты не соображаешь? Сейчас ты у меня получишь! – с раздражением обрушилась на него мать.
Я не с Луны свалилась и прекрасно понимаю ее состояние: хроническая усталость, недовольство жизнью, беспокойство за здоровье малыша…
Но давайте постараемся понять и маленького!
Он не виноват, что своим появлением усложнил маме жизнь. Но он и безмерно украсил ее! О второй стороне медали мы в суете почему-то забываем…
Он не виноват, что мама оказалась инфантильно не готовой к тому, что забота о ребенке – это надолго. Интерес к малышу у многих и многих мам, к сожалению, слабеет так же, как к новой игрушке или кофточке, и взамен появляется неосознанное желание «отдать его в добрые руки»… Отсюда и это привычное раздражение в голосе, граничащее с ненавистью…
К сожалению, «добрых рук» хватает не на всех недолюбленных малышей.
Мы готовы первым делом осудить маленького. А хватит ли у нас духу вдуматься, что же и почему он делает, допустить, что прав именно он?
Ребенок любит мать истово, преданно, безоглядно. Это его природное состояние. Безусловная, безоговорочная любовь и доверие к матери – просто условие выживания любого детеныша в природе. Начни пререкаться – живо какой-нибудь хищник съест! Да и съели по ходу эволюции всех «свободолюбивых» и «самостоятельных» не по возрасту.
Вот и наш утренний пассажир хочет сделать что-то хорошее для мамы, порадовать ее. Ведь он чувствует ее состояние и всем сердцем болеет за нее. Он просто не нашел ничего лучшего, как проявить свою энергию и готовность к действию…
Причина может быть и в другом: мальчик гиперактивен и просто не может долго находиться в одном состоянии. Но и в этом случае он ни в чем не виноват. Корни этого явления – в состоянии нервной системы ребенка. А это – забота родителей и следствие их действий, но в любом случае не вина малыша.
– Молодец, знаешь свою остановку. Только не забывай: рано вставать опасно, малыш. Посиди еще минутку! – вот что в действительности должна бы сказать мама мальчика.
Для меня до сих пор загадка, почему злобность и грубость нам даются легче и «лежат ближе», чем доброта и понимание.
Сравним: количество слов примерно одинаково.
Душевное усилие для доброй речи несравнимо меньше, чем то, что требуется для речи недоброй и грубой. Достаточно просто вздохнуть с облегчением, отодвинуть от себя это лишнее, злое напряжение. Пора осознать, что причина нашего невроза совсем не в действиях ребенка, и некрасиво срывать на нем свое недовольство чем бы то ни было.
Эффективность грубого окрика только кажущаяся. Если мы приучаем ребенка к окрикам, нам придется провести в окриках всю дальнейшую жизнь с ним. И жаловаться потом: «По-другому он не понимает!»
Но на кого мы жалуемся?
Доброта же эффективна стопроцентно. Не спешите возражать: «Разве всегда? А как быть, скажем, с малолетними преступниками?»
Дети-преступники – это результат преступной деятельности взрослых, и мы говорим сейчас не о них. Речь о том, каким голосом, с какой интонацией, какими словами обычная мамочка изо дня в день разговаривает со своим ребенком-дошкольником…
– Что вы привязались к бедной женщине, у нее забота – как прокормить ребенка, ей некогда рассусоливать! – скажет кто-то из моих читателей.
…Я перевела взгляд за окно. Рядом с нашей маршруткой затормозил у светофора роскошный «Мерседес». Водитель с гневно перекошенным лицом обернулся к заднему сиденью и что-то выговаривал маленькой съежившейся девчушке, из ее печальных глаз катились слезы. Она тоже получала «добрые родительские пожелания» на предстоящий детсадовский день…
Вам очень нравится бить своего ребенка?Да-да, я ставлю вопрос именно так. И давайте постараемся честно на него ответить.
– Человек всегда выбирает и делает то, что ему больше нравится, даже если ему кажется, что выбор ему навязан, – как-то сказал мой сын-подросток.
Думаю, он прав. Но, чтобы полностью и убедительно ответить на поставленный вопрос, зададим себе еще несколько.
Зачем мы наказываем ребенка?
Почему делаем это так, а не иначе?
Можно ли обойтись без наказаний вообще?
Итак, зачем мы наказываем ребенка? Ответ кажется очевидным: чтобы прекратить его неправильные действия, научить вести себя правильно и, наконец, чтоб он хорошенько запомнил эту науку!
Этот процесс предлагаю отобразить в виде вот такой формулы:
Наказать = остановить + научить + и что же еще?
Как мы называем действия типа «око за око, зуб за зуб»? Конечно, это месть. Малыш ударил соседа по песочнице – и получил от мамы по попе. Сделал плохо другому – будет плохо и тебе. Казалось бы, логично. Что ж, впишем это в нашу формулу:
Наказать = остановить + научить + отомстить.
А вот почему мы так легко и часто применяем физические наказания? Ответ тоже всем ясен: так проще. Проще шлепнуть ребенка, чем объяснять что-то. Шлепок понятнее. А главное – нам не надо напрягаться, думать, изобретать велосипед – физические наказания вроде даже Священное Писание одобряет, так что уж нам-то мудрить?
Ну и будем уж честными до конца: нам нужно сорвать на ком-то свое раздражение, которое неизбежно регулярно накапливается в процессе нашей непростой жизни, и сделать это проще и безопаснее всего именно на ребенке!
