- Есть подозрение, что похищение китиарцев связано с вашим таинственным производителем, - признался Алекс.
- Да ну? Ладно, держи меня в курсе.
Коллингейм кивнул и нажал отбой. Что же искал Бродски? Почему его так интересовало производство невоспроизводимого наркотика? Детектив решил повторить запросы китиарца. Вдруг что-то подскажет, как Оуэн докатился до такой жизни? Точнее, до такой смерти. С технологиями Алекс с помощью Райана и Пепито более-менее разобрался. Историю в общих чертах представлял. Остались несчастные случаи? Детектив заполнил поисковый модуль. Как выяснилось, на Атоване нирвана действительно вела себя мирно. Случаев передоза со смертельным исходом практически не встречалось. По крайней мере, доказанных. Если у кого-то сердечко оказалось слабое, то наркотики тут причем? Такой коньки мог отбросить и на беговой дорожке. Возможно, дело было в том, что клиентам не требовалось поднимать дозу, чтобы получить "приход". А если результат не зависит от количества, то зачем тратить лишние деньги? Правда, выяснилось, что при длительном постоянном приеме наркотик всё же отражается на здоровье, Смит был прав. И верно описал злостных наркоманов-нирванщиков. Их мышцы будто "забивались", отчего движения становились как рваные. Возникали проблемы с почками и печенью. Но те единицы, кто мог себе позволить плотно сидеть на "нирване", могли купить и новую печень, и новые почки. А вот за пределами родной планеты ситуация выглядела далеко не так радужно. Коллингейм выяснил это через общесетевую полицейскую базу. Первые случаи использования нового наркотика на других планетах закончились плачевно. Коллингейм насчитал шесть трупов. Все - сказочно богаты. Доза, как показывала биохимия, превышена не была. По формуле тамошние следователи опознали "нирвану" - она уже числилась в реестре опасных веществ. Ни один из погибших ранее не бывал на Атоване, но, видимо, слава нирваны бежала вперед космолета. Возможно, погибшие были жертвами поддельных наркотиков, результата тех самых неудачных экспериментов, о которых рассказывал Райан Смит.
Возле самого Управления на комм Алекса прилетело сообщение директивного содержания: "Сенатор Рональд Брукс ждет вас в своем офисе". И подпись: "Личный помощник сенатора Томас Шуз". Выбор нового ассистента, очевидно, был призван подчеркнуть исключительно деловой характер отношений между начальником и подчиненным. Но народная молва, помня подвиги сенатора на эротической почве, извратила всё на свой лад. Парень был недавним выпускником какого-то престижного университета из Ядра и выделялся среди прочей толпы нежно-розовой кожей и по-детски чистыми голубыми глазами. Короткая стрижка белокурых волос и попытки изобразить серьезное выражение на лице ничего не меняли. Прозвище не заставило себя ждать: "Блуберри". В общем, непростые времена были у Брукса. Но это еще не повод, чтобы его игнорировать. Коллингейм перенастроил маршрут.
В целом офис сенатора остался неизменным. На этаже вовсю кипела работа: звонки, выяснения отношений, шуршание офисной техники и прочий деловой шум. Лишь в приемной царили тишина и спокойствие. Блуберри поднял на детектива вопросительный взгляд.
- Алекзандер Коллингейм, - представился он.
- Предъявите, пожалуйста, удостоверение личности, - вежливо попросил ассистент.
Алекс вручил свой значок. После сканирования секретарь кивнул, вернул чип владельцу, произнес: "Минутку" и исчез за дверью шефа. Вышел Шуз оттуда практически мгновенно. Он церемонно кивнул и произнес:
- Вас ждут.
На лице сенатора не было и следа обычной улыбки.
- Детектив, почему по делу китиарцев до сих пор нет прогресса? - жестко спросил Брукс, будто Коллингейм был обязан перед ним отчитываться.
- Почему вы думаете, что нет?
- Вы рыщете совершенно не там, где следует, - открыл сенатор глаза собеседнику.
- У вас есть какие-то сведения о пропавших или похитителях? - поинтересовался Алекс, пытаясь сдержать в себе весь букет эпитетов и пеших маршрутов для Неукротимого Ронни.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Нет, но я совершенно уверен, что ученые исследовательского центра не имеют к этому никакого отношения.
- А кто же имеет?
- Разве вам мало истории с убийством Стоунбридж, чтобы понять, с кем вы имеете дело? - Сенатор подался вперед корпусом. Несмотря на то, что хозяин кабинета сидел, а Коллингейм стоял, у детектива появилось такое ощущение, будто Брукс навис над ним и давит сверху всем своим авторитетом.
- С кем? - не понял Алекс.
- Прекратите паясничать. Китиарцы беспринципны и высокомерны. Они помешаны на собственном превосходстве над другими нациями и не остановятся ни перед чем в достижении своих целей.
Алекс с трудом поймал челюсть над самым полом. Интересно, сенатор до этого только что додумался или в кабинете шефа полиции просто делал "толерантную" мину при свидетеле?
- И как это связано с делом о похищении? - уточнил Коллингейм.
- С чего вы взяли, что это похищение, детектив? - сурово посмотрел на него сенатор. - Китиарка-любовница напела? Поосторожнее со случайными связями. В этот раз миз Роул находится здесь совершенно в другом статусе. А вы расследуете убийство.
В этом месте Алекс окончательно потерял координаты. Где он находится и куда плывет? Место ниже поясницы, которое обычно отвечало за инстинкт самосохранения, говорило, что не туда, куда надо.
- Вам следует сосредоточиться на главном: на поиске убийц Оуэна Бродски, - намекнул Брукс.
Вот так. Не пропавших, а убийц. Куда уж прозрачней. Спрашивать, откуда у мистера Брукса информация по делу, было бессмысленно. Ответ лежит на поверхности, но озвучен не будет.
- Разрешите идти? - по-военному обратился Алекс.
- Ступайте. И не затягивайте с этим делом. Чем раньше, тем лучше.
Стоило детектив забраться в аэрокар и настроить маршрут на Управление, как коммуникатор уведомил о сообщении от Роул: "Ждем тебя в отеле. Очень срочно. Пожалуйста". Коллингейм на месте своего транспортного средства грязно бы выругался. И самому самое время рассказать Универсуму всё, что накипело. "Очень срочно". Можно подумать, у него гипердвигатель под капотом. С этого конца города до университетского квартала часа полтора как минимум. А он голодный, как цепной пес. И злой такой же. Алекс нажал вызов:
- Что случилось? - недовольно поинтересовался он, когда Тайни ответила.
- Всё расскажу при встрече, - нейтральным тоном ответила китиарка.
- Всё ли? - с горьким сарказмом спросил детектив.
- Всё.
В голосе Ройл слышалась твердость обреченного. Что же там произошло-то? Алекс сделал заказ в ближайшей по маршруту аэрозакусочной. Сеть фастфудов "Перехвати налету" здоровую пищу не предлагала, но иногда можно подложить свинью родной печени. Набив желудок, Коллингейм демонстративно забил на это гиблое дело и уснул. Ему снилось, что Тайни на него обиделась и ушла из сна, громко хлопнув дверью. Как это принято у женщин, ничего не объяснив. Ну и ладно. Подумаешь, какая цаца! Тогда Алекс стал гонять. Точнее, его стали гонять. У него на хвосте висело каров шесть или семь. Один - с сиреной и маячками. Они пытались подрезать детектива со всех сторон, но ему удалось вырваться. От радости победы хвост стал бодро постукивать по сидению. Хвост?! Алекс оглянулся: да, ниже поясницы из штанов торчал куцый серый хвостик. От ужаса детектив схватился копытами за голову. И обнаружил там рога.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Коллингейм проснулся и еще какое-то время пытался отдышаться. Сердце скакало в груди, как сумасшедшее. Впереди виднелась свечка знакомого отеля. Нет, спать нужно ночью. А то днем снится всякая чушь. С такими снами даже к психоаналитику идти стыдно.
Швейцар на входе кивнул Алексу. За последние дни детектив примелькался. Роул открыла дверь в номер прежде, чем он постучал.
