День был настолько хорош, что мне расхотелось спешить по делам, и я решил еще чуток задержаться. Обошел довольно аккуратный домик, который сторожили мои новые друзья, прикинул, что стащить особенно нечего, и продолжил исследовать местность перед водопадом.
Растение, что росло на сгнившем пне, здорово меня обрадовало. Оно давало силу и стоило очень дорого на рынке, помимо того, что было редким. Я сорвал широкий лист и стал его тщательно прожевывать. Горечь залила мне рот, но тут же распространилась по всему телу, словно меня изнутри облили кипящим маслом. Эффект продолжался недолго, а сразу за ним почувствовал как в мышцы приливает сила.
Немного поплавав в озере и освежившись, я вернулся к Таилу. Его напарник ушел за выпивкой в лагерь.
– Слушай, – обратился я к Таилу, – А почему твой напарник все время молчал, пока мы с тобой разговаривали?
– Да он просто странноватый немного. Говорят, что ему на голову деревце упало. С тех пор он говорит только тогда, когда ему прикажут говорить.
– Да – почесался я, – Странно… А вот объясни еще одну штуку. Вот те поля принадлежат Ориславу, так?
– Так.
– И вы их охраняете?
– Верно.
– А почему тогда по ним в неимоверном количестве шастают карабусы?
Таил насмешливо посмотрел на меня:
– Так что, тебе-то не нравиться?
– Ну, они же могут напасть на крестьян, которые эти поля обрабатывают.
– Да это так. Но лично я уже сотню истребил этих тварей, а меньше их не становиться. Другим же парням либо нет дела, либо просто лень. Так что если хочешь, займись этим делом сам.
Поблагодарив его за предложение, я направился по тропинке, что вела меж полей к ферме Орислава. На полях действительно творилось безобразие. Мало того, что почти на каждом поле паслись карабусы, так даже шувуи, облюбовав затопленные места, тоже здесь расположились. Единственным местом, где не было этих животных, было поле, на котором виднелись каменные круги, установленные руками человека. По каким-то причинам, именно на этом поле, пшеница росла хуже всего, а местами, ближе к каменным кругам, ее и вовсе не было.
Оставив поле левее, я энергично шел по тропинке вверх к видневшимся строениям. И естественно мое внимание привлек наемник, который остервенело махал мечом вокруг себя, но все же было заметно, что он в нерешительности.
– Что это ты делаешь? – спросил я подойдя чуть ближе. Наемник спрятал оружие и отдышавшись ответил:
– Готовлюсь к бою.
– С кем ты собираешься биться?
– С карабусами. Я обнаружил их логово.
– Ты собираешься биться с ними в их логове один?
– Да, а что? – в голосе прозвучали одновременно и неуверенность и вызов.
– Ничего. Хочу предложить тебе свою помощь. Я слышал, что никто не хочет разделаться с этими тварями, но вижу что это не так.
– Хм… ну, в общем-то,… да…
– Послушай. Мне нужна поддержка в вашем лагере. Было бы здорово, если бы ты замолвил за меня словечко перед вашими. Конечно же, после того как я тебе помогу. Что скажешь?
– Что ж, замолвлю. Только ты пойдешь вперед.
Это прозвучало нехорошо, но я согласился:
– Куда идти?
– Вон видишь, ниже по склону есть скальное нагромождение, а сама скала заросла кустарником плотно. Но это не так. Сквозь ветви легко можно пройти, отгибая их в какую угодно сторону, а они не только не ломаются, но и встают на то же положение, где были раньше. Так вот, за этими ветвями вход в пещерку. И именно там логово этих отвратительных карабусов. Теперь ты знаешь куда идти. Вперед!
Мы побежали к кустам. Слова наемника подтвердились. Ветви раздвинулись, открывая широкий проход, и мы оказались в пещере, приготовив луки для стрельбы. Ждать пришлось недолго. Взрослый карабус перегородил нам дорогу и мы услышали характерный свисто-визг, который издают эти твари перед нападением. Но ответный свист наших стрел оборвал его песню в самом начале. Таким же образом мы убили еще пятерых, и я уже подумал, что так без приключений перебьем всех, как тут же на нас кинулось сразу трое. Наших стрел не хватило, чтобы их остановить, и мы перешли в рукопашную. Буквально сразу из открывшегося прохода на нас напал молодой выводок карабусов, и хотя они и были менее опасны, но очень мешали сражаться со взрослыми.
Наемник, озверев от страха, орал и рубил направо и налево. Я тоже ему вторил, но делал все более осмысленно. Мы оба сверху донизу покрылись слизью и кровью этих существ. Без легких ранений не обошлось. Ни один из нас не дал схватить себя смертельными жвалами, но колющие ранения острых конечностей пропустили оба. Бой остался за нами. Когда рухнула последняя взрослая особь, мы принялись методично изничтожать молодежь, а затем и яйца, в большом количестве присутствующие в кладке. Со стороны карабусов это выглядело как полный разбой, за который вешать надо, но никто из нас и не думал встать на защиту опасных созданий.
Когда дело было сделано, первое что мы решили делать дальше – это выйти на свежий воздух. Обнаружилось, что больше всего в бою пострадали ноги. В разгаре боя этого не чувствовалось, а сейчас передвигаться стало болезненно. Использовав еще один свиток с заклинанием исцеления, я залечил ранения и спросил наемника:
– Слушай, а чего это в их дыре так гадостно воняет?
– Подозреваю, что они сделали себе пищевые запасы из пропавших крестьян в одном из ответвлений пещеры. – ответил он, – Трупы потихоньку разлагаются вот и вонь стоит.
– Понятно. Может, сходим еще раз проверим? Вдруг кто-то из жуков остался пообедать и не вышел к нам.
– Не… Я пойду в лагерь. Доложу, что задание выполнено.
– Хорошо, я проверю сам. Ты только не забудь замолвить обо мне словечко.
– Даже и не подумаю.
На такой ответ я не рассчитывал и напрягся:
– Почему? Я же тебе помог.
– Да не нравишься ты мне. Похож на выскочку. Лезешь не в свои дела. Сразу видно что, от тебя будут неприятности.
– Тебя бы убили в этой норе! – я был так зол на него, что готов был убить его сам.
– Ты мне только мешал. – отмахнулся он, – Из-за тебя я вот еще несколько шрамов заработал. Короче, отвали.
Он встал и зашагал к лагерю наемников. Я долго решал, что же делать: вызвать его на бой и получить немедленное удовлетворение от его смерти, или все же принять тот факт что сам, испытывая меркантильный интерес, подрядившись помочь незнакомому человеку, не имею права ждать от него благодарности, и надо просто принять ситуацию такой какая она есть.
Приняв в конце-концов для себя второй вариант, я полез обратно в пещеру. Плутал там не долго. Все что было нужно – идти на все усиливающийся запах разложения. Скоро я увидел склад из человеческих тел, обгрызенных и разорванных. Насчитал порядка семи трупов. Вот уж действительно – до простых людей никому и дела нет! Кроме родственников быть может. Пропало семеро людей, да и ладно! Так вот и в Тексисе пропадают люди, но там хоть маги этим обеспокоены.
– Ну да, послали наемника… Но если бы не я, – я гордо выпрямил спину, – так и махал бы он мечем до скончания века рядом с пещерой, не решаясь войти.
Всеми этими мыслями я пытался отвлечься, так как в это время по старой, и весьма полезной привычке, лазил по карманам убитых и обшаривал ближайшую территорию. Надеяться найти что-то особенное было бы неправильно, но удача мне и тут улыбнулась: я нашел золотое колечко, которое можно было бы продать, но самое главное – эликсир ловкости! Откуда мог крестьянин взять столь ценную вещь навсегда теперь останется загадкой.
Как только я его выпил, все тело заполнило знакомое ощущение ликования. Казалось, что я взлечу в воздух. Каждую частичку наполнила легкость. Мне хотелось двигаться быстро, совершать прыжки, фехтовать, но я загасил эти позывы, позволив себе только бег, и покинул бывшее логово полевых хищников. Скоро первый эффект от принятия эликсира закончился и я уже размеренно шагал по дорожке к входу в лагерь, перед которым стояло несколько наемников. Можно было бы пойти окольным путем, памятуя о рассказе Таила. Всего-то дел, через лесок пройти немного с другой стороны, но они меня уже заметили, и потому я шел прямиком на них.
– Стой. Куда это ты направляешься? – спросил меня здоровенный наемник в отличных тяжелых доспехах. Я сразу понял две вещи: первая – передо мною стоит тот самый Сартак, а вторая – поскольку тяжелые доспехи наемника я получил в Свободном лагере только здорово отличившись, Сартак сильный боец и мог оказаться мне не по зубам. Моего ответа ждало еще три пары агрессивных глаз, и я сказал:
– К вам в лагерь.
– Это понятно. – с расстановкой произнес он, – Только я собираю дань с каждого, кто проходит к нам. Пятьдесят золотых и только один раз. Все честно, как считаешь? У нас в лагере много интересного, что тебе может пригодиться. Поэтому я не думаю, что ты будешь возражать против досмотра.
