время критической серии с «Сан-Антонио» Каннингем ввел Джо Брайанта в игру только для того, чтобы увидеть, как он немедленно бросил издалека и промахнулся, и это привело к атаке игроков «Сперс».
Каннингем быстро убрал Мармелада из игры, которую «Сиксерс» продолжали проигрывать.
«Билли всегда задерживал дыхание рядом с Джо, – объяснял Пэт Уильямс. – Тренеры говорили: “Мы просто не можем загнать его в рамки, мы просто не можем обуздать его”».
«Я помню тот бросок, – сказал Мо Ховард. – И он больше не играл. Он вообще не играл. Я отчетливо помню бросок, о котором идет речь. Может быть, это было только потому, что он только вошел в игру. Именно такие броски он и совершал».
В течение четырех лет, проведенных в «Филадельфии», Брайант жаловался репортерам, что хочет, чтобы его обменяли. Внезапно это стало реальностью.
«Мы готовимся к следующему сезону, когда Билли, Чак и тренеры говорят, что нам нужно обменять Джо Брайанта», – вспоминает Уильямс.
Генеральный менеджер обзвонил все команды лиги, пытаясь обменять Мармелада. «Я никого за него не получил», – сказал он.
Наконец, в октябре, когда новый сезон только готовился взять свой старт, Джин Шу снова предложил первый раунд драфта своей команды 1986 года за Джо Брайанта. Этот выбор драфта позже будет продан в «Кливленд» и использован для выбора центрового Северной Каролины Брэда Догерти.
«Я помню, как сообщил Джо о том, что мы сделали, – вспоминал Уильямс. – Думаю, он почувствовал облегчение. Он хотел играть. Он знал, что пришло его время. Он стремился попасть туда, где у него была бы возможность делать то, что он хотел делать».
Для многих поклонников и друзей Брайанта в городе его время в качестве игрока «Сиксерс» казалось упущенной возможностью.
«Он был особенным, – заметил Мо Ховард. – Филадельфийцы очень, очень уважали игру Джоуи. Я часто думал, что они введут его в игру, чтобы успокоить всех филадельфийцев, и он немного поиграет, а потом они выведут его из игры, и он никогда больше не будет играть. Если бы у него была возможность играть, учась на своих ошибках или том, что воспринималось как ошибки, он был бы Суперменом. В Филадельфии было много действительно хороших баскетболистов, но Джоуи был особенным. Он делал то, что другие парни не делали, чувак. Он был похож на Джорджа Гервина».
В течение своих первых четырех лет Мармелад умудрялся играть свои считаные минуты на всех пяти позициях и хорошо выступал в качестве защитника и нападающего, и даже в центре.
Оглядываясь назад много лет спустя, Пэт Уильямс скажет, что Брайант был разносторонним, но никогда не был достаточно хорош, чтобы преуспеть хоть на одной из позиций. Он был недостаточно быстр, чтобы быть отличным защитником, недостаточно атлетичен, чтобы быть исключительным нападающим, недостаточно силен, чтобы регулярно работать в центре.
Вдобавок ко всему, он оказался невыносимо нестабильным, блестящим в одной игре и катастрофически плохим в другой.
Атмосфера разгульной жизни в Филадельфии была не слишком приятной для молодой семьи с тремя детьми в возрасте до четырех лет. Переезд в Сан-Диего пришелся по душе Пэм, да и климат на площадке там оказался лучше.
Глава 7: Забавный парень
Джин Шу обещал обеспечить в «Сан-Диего Клипперс» принадлежащий кинопродюсеру Ирву Левину и нью-йоркскому адвокату Гарольду Липтону, захватывающий, динамичный стиль игры. Шу в первый год франшизы в Сан-Диего завоевал с командой сорок три победы и пятое место на Западе, поэтому с приобретением в сентябре 1979 года центрового Билла Уолтона, а затем месяцем позже добавлением Мармелада надежды на успех взлетели до небес.
Уолтон, однако, вскоре получил еще одну травму ноги, положив начало циклу разочарований в своей карьере. Воссоединившись с Шу, Джо Брайант обрел регулярное игровое время и важную новую функцию – ролевого игрока. Больше не испытывая давления быть звездой, которое он чувствовал в своем родном городе, он пообжился в «Клипперс» и стал «двузначным бомбардиром»[15].
Эта перемена показал Мармеладу действие того «общественного давления», которому он подвергался в Филадельфии. Его разум стал «яснее», сказал он.
«Мне казалось, что я должен играть роль суперзвезды, – говорил он о своих ожиданиях в родном городе. – Однако играть роль суперзвезды – это не для меня».
Даже находясь в центре внимания, он все-таки мог выдавать яркие моменты, как в его первых играх с «Сан-Диего», когда он обрушил неимоверный бросок сверху в матче против «Лейкерс», который заставил великого Карима Абдул-Джаббара бежать в прикрытие, или вечер, когда он явно переиграл Ларри Берда из «Бостона».
Однако в том сезоне Уолтон сыграл всего семнадцать матчей, «Клипперс» одержали тридцать пять побед, а их средняя посещаемость на Спортивной арене Сан-Диего упала до менее чем шести тысяч человек за вечер. Владельцы отпустили Шу после сезона и пригласили Пола Сайласа, первого главного тренера, который заработал репутацию жесткого, умного профессионала после того, как выиграл два титула вместе с Дэйвом Коуэнсом на площадке «Бостон Селтикс».
Той весной 1980 года Джо Брайант наблюдал, как Мэджик Джонсон, 183-сантиметровый разыгрывающий, в финальной серии привел «Лейкерс» к победе в шести матчах над «Филадельфией». Джонсон играл в защите, в центре и нападающим во время той серии. Он был идеальным воплощением игрока, которым желал быть сам Мармелад, и это вызвало в нем разочарование и размышления о том, что могло бы быть.
«Я думаю, что Джо немного опередил свое время, – сказал Сонни Хилл в интервью 2015 года. – Это было до того, как в лиге появились игроки его размера. Вот почему он всегда думал о себе как о ранней предтече такого парня, как Мэджик Джонсон. Потому что высокие парни оказались в такой ситуации, что им пришлось играть роль здоровяка».
«Когда вы говорите о Мэджике Джонсоне, вы говорите об одном из величайших игроков, когда-либо играющих, а Джо и близко рядом с этим не стоял», – сказал Джин Шу, вспоминая прошлое. – У Джо действительно было некоторое сходство с игрой Мэджика. Он был больше игроком, играющим снаружи: он мог держать мяч, он мог пасовать мяч. Но Джо в своей профессиональной карьере никогда не был тем самым, никогда не был парнем, по поводу которого ты бы сказал: “Хорошо, Джо, мы хотим, чтобы ты делал так всегда”».
«Никогда не был тем самым». Это была фраза, которая будет преследовать карьеру Джо Брайанта, и идея, которая подтолкнет его сына к противоположному.
«Я просто хочу быть тем самым», – повторял Коби Брайант снова и снова в первые годы своей карьеры.
Тренером «Лейкерс» во время взлета Мэджика был не кто иной, как
