— «Роль степного сумчатого суслика в экологии пустыни Мохау», — процитировала Кристина.
Он засмеялся и сказал:
— Я полагаю, что это не так смешно, как звучит. Уже много лет скотоводы и фермеры ведут полномасштабную войну с этими сусликами. Но подобные изучения доказали, что суслики приносят растениям гораздо больше пользы, чем вреда.
Опыт Кристины в общении с этими грызунами был ограничен лишь свидетельством ярости садовников, когда цветы высыхали или исчезали напрочь, а клумбы были покрыты кучками сырой земли.
— И каким же образом? — спросила она.
— Они разрыхляют утрамбованную землю, что облегчает рост растений; во время дождя их норы играют роль подземной ирригационной системы; множество из тех семян, которые они запасают, впоследствии прорастают; и их постоянное рытье земли способствует ее аэрации, как в случае с червями в более влажном климате. В засушливых регионах они, несомненно, играют положительную роль, за исключением таких сельскохозяйственных поясов, как долина Империал.
— И они не размножаются сверх всякой меры?
— Нет, до тех пор, пока вокруг достаточно койотов, лисиц, диких кошек, барсуков и хищных птиц.
Они продолжали идти вдоль оврага, и Кристина заметила, что на пустынных ивах появились почки и кончики их ветвей светились нежным зеленым сиянием. Барт внимательно осматривал грунт, каждый корень и пучок растительности, за который мог уцепиться предмет, смываемый вниз по течению.
Бежавший впереди Горнист спугнул земляную белку, и она, мелькая белым хвостом, побежала к куче камней, за которыми можно было укрыться, издавая по пути высокий птичий крик. Собака бросилась было за ней, но вдруг остановилась и принюхалась к земляному холмику, удерживаемому от протекающих здесь потоков крепким ветвистым корнем дерева. Пес попробовал рыть, затем принюхался и снова стал рыть, но на этот раз более яростно, разбрасывая вокруг себя фонтанчики земли.
Барт догнал его тремя длинными прыжками, нагнулся и, отбросив в сторону несколько комьев земли, встал, держа в руках какой-то белый предмет. Кристина остановилась и задержала дыхание, когда увидела, что это был… череп с темными глазницами и жуткой улыбкой.
— Бегли, — сказал Барт, касаясь верхней челюсти черепа. — Это точно. Не хватает именно тех зубов, — он повернул череп противоположной стороной, и его лицо стало еще более мрачным, когда он показал Кристине круглое отверстие у правого виска — диаметром почти в два дюйма. — Нет, он не умер естественной смертью, — мрачно добавил Барт.
Глава девятая
Кристина смотрела на череп с побледневшим от ужаса и отвращения лицом. Впервые смерть Фрэда Бегли, которая до этого была лишь частью досужих разговоров, стала для нее реальностью. Но, кто же убил его? И почему?
— Это отверстие от пули? — наконец спросила она Барта.
Он задумчиво погрузил туда палец.
— Нет, слишком большое. К тому же его края настолько ровные, а само отверстие имеет очень правильную форму, что не могло быть сделано каким либо острым предметом. Скажем, топором или ледорубом. Оно также отметает версию о том, что старик упал и ударился головой о камни. Конечно, кости восьмидесятисемилетнего человека хрупки и легко ломаются, и не нужно иметь богатырскую силу, чтобы пробить такую тонкую кость, как височная.
И все же Барт был в недоумении по поводу орудия, которое могло нанести подобную рану. Он потрогал скошенные внутрь края отверстия и представил себе молоток со сферической рабочей поверхностью. Да, во всяком случае это должно было быть что-то округлое.
— Ну, ладно, — сказал он, опуская череп в свой рюкзак, — давайте-ка посмотрим немного дальше, может, еще что-нибудь обнаружится.
Кристина слегка поежилась, надеясь, что этого не произойдет. Черепа с грязной беззубой улыбкой и круглым отверстием, которое как бы кричало «убийство!», было вполне достаточно. Любопытство и сомнения по поводу исчезновения Бегли заставили ее напроситься в этот поход. Тогда казалось интересным и приятным оказать помощь или даже разрешить эту загадку. Но мрачная и отталкивающая действительность заставила ее пожалеть об этом. С другой стороны, если бы она не пошла, то никогда бы не узнала так много о Барте Девлине.
Они прошли вдоль оврага, который постепенно превращался в узкую канаву, поднимаясь к расщелине между двумя холмами, но больше никаких бренных останков Фрэда Бегли так и не нашли.
С вершины Барт принялся осматривать местность за холмами, и его фигура резко выделялась на фоне яркого голубого неба. Кристина подошла и встала рядом с ним. С другой стороны в равнину спускалось точно такое же сухое русло. Приблизительно в полумиле от них виднелась ровная овальная впадина площадью в несколько акров. Она была несколько белесой по сравнению с красноватой землей вокруг, а по ее краям, как пена, тянулись солончаки. Среди скудной растительности, растущей по периметру впадины, Кристина заметила зеленовато-белые кусты, припоминая, что Антонио говорил об этих растениях.
— Сухое озеро, — сказала она.
Барт кивнул.
— Причем по настоящему сухое — твердое, как бетон. А у других под коркой находится соленая грязь.
Кристина не знала этого, но теперь поняла смысл противоречивого названия на карте, которое некогда поразило ее: Грязное Сухое озеро.
— А что это за серебристые кусты вокруг него?
— Пустынный падуб.
— Падуб? — с удивлением переспросила она.
— Не настоящий падуб. На самом деле это солончаковые кусты, просто их листья похожи на листья падуба.
Она кивнула, сознавая, что ее предположения были верны.
— Мы будем продолжать поиски?
Барт немного подумал.
— Нет. Я думаю, нет. Нам следует созвать целую поисковую команду, чтобы прочесать местность как следует. Кости могли быть смыты с любого из холмов или принесены сюда животными. Если существовала могила, ее не так уж легко будет найти: дожди и ветры, скорее всего, давно уничтожили ее следы, — прищурившись он посмотрел на солнце, а затем сверил с часами. — Уже за полдень. Давайте вернемся обратно.
— У меня в холодильнике есть немного куриного салата, — неожиданно сказала Кристина, — и охлажденный чай.
Он промедлил немного и указал на свой рюкзак:
— Я должен отнести это в управление.
— Сделать сандвич и отправить его в рот не займет много времени.
Он улыбнулся ей.
— Премного благодарен вам, мадам.
На этот раз в его словах звучала ирония над его прежним официальным обращением к ней.
— Не стоит благодарности, сэр, — ответила ему Кристина.
