в темноте.
‒ Включай, ‒ откликаюсь я.
От вспышки под потолком Майя несколько секунд быстро моргает и вздрагивает, заметив мой взгляд. Неосознанно, копирую позу Виви, в которой он сидел в этом кресле накануне, и точно также подпираю подбородок кулаком. Может, именно это и пугает женщину больше всего.
‒ Вам нужно сделать инъекцию, ‒ робко сообщает Майя. ‒ Сегодня я этим займусь.
Значит, раньше инъекциями занимался Такеши. А сегодня решил не радовать меня своим визитом. Даже догадываюсь почему.
Молча вытягиваю руку.
Это и есть «Алый»?
Объем вливаемой жидкости больше того, что обычно набирают для стандартного укола. Да и нечто в руке Майи напоминает огнестрельное оружие, а не медицинский инструмент. Сверху внутри темной панели виднеется краешек прозрачной колбы. «Алый», несмотря на название, не обладает таким цветом. Он скорее похож на мутную болотную воду.
И в нем растворена кровь Виви?
‒ Вот так, ‒ приговаривает под конец Майя и аккуратно прижимает к моей коже у локтевого сгиба терпко пахнущую ватку. ‒ Буквально полминутки подержать. Удивительно, но при этой инъекции из места прокола у вас ни разу не бежала кровь.
‒ Когда «Алый» испробовали на вас, место укола кровоточило?
‒ Да. ‒ Майя задумывается. ‒ И серьезно. Правда потом средство Такеши начинало действовать, и все заживало.
Получается, дело в крови Иммора. Кровь Виви удерживала в моем теле мою собственную кровь. Пока не знаю, как эта информация может мне пригодиться в дальнейшем.
‒ Нужно покушать. ‒ Она придвигает высокий столик поближе ко мне и ставит на столешницу стакан, прикрытый крышкой с торчащей полосатой трубочкой. ‒ Питательный овощной суп. Сейчас еще воды налью. Вам нужно много пить.
Наверняка туда вбухнули тонну успокоительного.
Рассматриваю изображение на стакане, который будто стащен из одного из заведений с фаст-фудом. На разноцветной картинке зайчик-активист, требующий конкурентного рынка, из книжки Эли.
‒ Что за черт? ‒ вылетает у меня.
‒ О, это, ‒ Майя приподнимает стакан и с чудаковатой гордостью вертит, чтобы я могла лучше его рассмотреть, ‒ Эли выбирал. Подарок.
‒ Я не голодна.
Майя заметно обескуражена холодностью моего тона.
‒ Тогда… попозже. Он долго удерживает тепло.
Она отходит ко второму креслу и выкладывает из принесенной с собой сумки объемные упаковки.
‒ Полотенца для душа, ‒ поясняет и венчает гору вещей объемным запакованным прямоугольником. ‒ Губка. Не усердствуйте при мытье. Вы еще слишком слабы. Душевая направо по коридору — следующая дверь. На панели кнопки подписаны, в том числе и кнопка вызова. В крайнем случай можете просто покричать. Там установлены датчики, ориентированные на голос.
Не реагирую на ее пояснения. Сверлю взглядом стакан. Желудок просит хоть чем-нибудь окропить его стенки.
Майя уже собирается уходить, когда я все же подаю голос.
‒ Я хочу заварные трубочки с белым кремом.
‒ О… ‒ Она резко оборачивается и выхватывает из кармана маленький смартфон. Проводит пальцем по экрану. ‒ Это ведь ваши любимые! А еще вам нравятся бутерброды с горячим расплавленным сыром, томатный сок, какао с банановым сиропом, куриная грудка с ананасами!
С каждым выпаливаемым ею названием блюд, напрягаюсь все сильнее. Откуда ей известно о том, что мне нравится? Я никому не говорила.
Разве что…
Смотрю на дверь, будто в ожидании, что кто-то прямо сейчас распахнет створку.
Виви просветил ее? Только он и мог. Но ему-то откуда это знать?
Лично я никогда особо им не интересовалась. Даже не знаю, что он любит из еды. Помню только, что все время оставлял на тарелке вареную морковь в форме звезд.
‒ Господин Люминэ, конечно, передал нам эту информацию, но…
Действительно. Гаденыш откуда-то узнал мои пристрастия.
‒ … к сожалению, мы пока не можем удовлетворить ваши потребности в полной мере. ‒ Майя кивает на принесенный стакан. ‒ Пока тело адаптируется к изменениям, придется потерпеть. Только жидкая пища из питательных смесей. Для твердой еще рано. Но мы можем попробовать придавать ей вкусы, которые вам по душе! И еще кое-что. ‒ Она возвращается и кладет на стол карточку с расписанием. ‒ Это график приема лекарств, уколов и капельниц. Такеши подготовил специально для вас. Чтобы вы могли сориентироваться по времени и учитывать эти сведения при планировании своих дел.
Каких, мать твою, дел? Здесь? Что я могу тут себе запланировать? В проклятой изоляции?
Вопросы не озвучиваю, потому что вряд получится их не проорать.
‒ Как Такеши? ‒ вместо этого спрашиваю я.
‒ Ну-у… ‒ тянет Майя. ‒ Он все держит под контролем. Не волнуйтесь.
‒ Может, мне тоже разработать расписание? Ответочку для него в благодарность. А ты передашь.
‒ Какое расписание? ‒ любопытствует женщина.
‒ Время, когда я снова буду его душить.
Это предположительно шутка. Но Майя бледнеет так, словно я уже сейчас на ее глазах ломаю Такеши шею.
‒ Я передам! ‒ пищит она и стремглав летит к выходу.
Все очень и очень запущено.
Окликаю ее за мгновение до того, как она собирается выскочить в коридор.
‒ Мне нужно, чтобы вы кое-кому позвонили. Пусть прибудет сюда в течение двух часов.
* * *
У меня достаточно времени, чтобы привести себя в порядок. Рада, что никто из адской команды не пытается помочь мне с душем и переодеваниями.
Приканчиваю суп и тащу принесенные Майей вещи в душ. Помещение походит на белый короб с множеством кранов. Выданные мыло, гель и шампунь едва источают запах ‒ что-то травяное, может, даже мята. И чуть-чуть цветов. Губка настолько невесомая, что, когда провожу ею по телу, не ощущаю прикосновений.
Плачевный видок. Скелет, обтянутый тонким кожным покровом, и то выглядел бы привлекательнее.
Разглядываю себя в зеркале. Следы от игл. И почти затянувшиеся шрамы на животе. На тех местах кожа светлее. Так они извлекали плод. Покромсали меня, будто мясную вырезку.
