К середине лета под солнцем на этих благодатных почвах выросло во много раз больше, чем посажено! Пришлось распахивать новые земли, даже холмы и прочие неудобицы. Гош позволил вырубить часть леса, не рощи Веруна, конечно, и пустить их под пашню. Гарантировал, что выкупить весь урожай по справедливой цене.
— Картофель, — добавила сержант. — До Гоша здесь его не знали. А так скоро откроет Макдоналдс с жареной картошкой-фри. Если так, то — стопроцентный американец.
— И убивать его будет немного жаль, — согласился Пит. — Может, используем элемент внезапности? Стреляем при первой возможности. Джен, мочишь его, я — охрану. Фаи прикрывает спину.
Женщины примолкли. Обе понимали авантюрность плана. Грохнуть клиента у них наверняка получится, а вот уйти живыми…
— Действуем по обстоятельствам. Джен! По команде «Даллас» открываем огонь и мочим местного Кеннеди. Фаи! Ты — против?
— В сомнениях, — призналась девушка. — Каросские наёмники воюют отрядом. Это же больше похоже на обычное заказное убийство. Мы подобных контрактов не берём.
— А ещё подумывала, вот бы самим наняться к Гошу как самому платежеспособному в Мульде. Помнишь, в день знакомства?
— Да, Пит. Но контракт взят. Я не имею права от него отступить. Иначе будет замарана не только моя честь и честь отряда Кривого Лиса. Пострадает вся репутация каросских наёмников. Меня прикончат свои же.
— Понял? — Джен выразительно посмотрела на командира.
Некоторое время назад, устав от тягот средневековой жизни, лишённой комфорта и гигиены, она сама предлагала устроить соглашение с Гошем и поменять М4 на золото и путь на Землю. Значит, если подобный вариант выгорит, им придётся первым делом прихлопнуть Фаи, чтоб не получить удар кинжалом в спину.
Предположение Пита, что архиглей — их предприимчивый соотечественник, резко повышает вероятность гешефта. Но и не отменяет возможности, что наёмникам придётся нажать на спусковой крючок, устроив малый геноцид в отдельно взятом дворце.
Утром, когда вот-вот должен был показаться Номинорр, лейтенант приказал спутницам съехать с дороги в лес.
Он точно не выглядел веруновым, мрачноватый и нечищеный.
Спешившись, Пит велел Джен отдать «Кольт» в руки Фаи и принялся обучать её основам стрельбы.
— Смотри. Если только возникнет боевая ситуация, поворачивайся к нам спиной и стреляй во всех с оружием.
Он позволил ей выпустить три пули. Показал, как почистить пистолет после применения.
— Главное, держи крепко обеими руками. Левая охватывает правую снизу, чтоб отходящий затвор не защемил кожу у основания большого пальца. Уложи пятерых-шестерых. Мы справимся со своими противниками и обернёмся, чтоб зачистить остальное пространство.
— Ногу себе не прострели, — буркнула Джен, согласная, что три ганмена лучше двух, вот только переживающая расставание с привычным стволом.
Кобуру Фаи пристроила у себя на поясе. Задрать подол длинной хламиды и выхватить пистолет — нужно не менее секунды. Но чтобы взвести тетиву лука, тоже надо время. И уж точно никто не успеет зарядить арбалет. А вот если арбалет уже готов к стрельбе… Словом — по обстоятельствам.
Пытаясь скрыть внутреннее напряжение от приближающейся схватки, они миновали посады, образующие внешнее кольцо построек столицы архиглейства, создаваемую промзону с дымящими трубами и двинулись к заметному издали дворцу, спускаясь вдоль реки. За ним виднелся настоящий речной порт.
Над дворцовой башенкой колыхался на ветру флаг — штандарт архиглея. Герб на нём выглядел чрезвычайно странно, никаких мечей, копий, щитов, диких зверей, лишь два перекрещенных бокала с длинной тонкой ножкой. Под ними девиз, не менее оригинальный: «Нир и мир».
А дорогу перед воротами преградила дворцовая стража. Звероватого вида мужики сразу уничтожили шанс напасть быстро и всех перестрелять.
Пит сунул руки под бурнус, нащупав М4. Джен тоже напряглась. Но стражник, допытывавшийся — кто такие и откуда — вдруг метнулся к Фаи.
— Служанка, говоришь? С яркими как у анта глазами?
Он сдёрнул платок с её головы, открыв взорам стриженные рыжие волосы.
Девушка отшатнулась и вытащила «Кольт». Злобная гримаса, исказившая лицо, обнажила слишком длинные для хрыма клыки.
— К бою! — заорал начальник караула, и через миг на троицу уже смотрела дюжина натянутых луков. — Не шевелиться, дети пырха!
— Мы пришли с миром к архиглею, — попытался исправить ситуацию Пит. — Вызовите его.
— Доложим, — без малейшего радушия в голосе согласился начальник караула. — Обыскать!
Нимало не смущаясь, что перед ними две женщины, стражники задрали бурнусы на голову всем троим, отобрали автоматы и пистолеты, оставив только ножи. Забрали кхаров с поклажей. Затем «гостей», то есть фактически пленников, провели во внутренний двор и оставили под надзором арбалетчиков. Хорошо хоть — в теньке, августовское солнце припекало немилосердно.
Примерно через четверть часа к ним подошла довольно молодая антка, одетая как для верховой езды — в зелёные бриджи с кожаными вставками на бёдрах и полотняную рубаху с закатанными рукавами. Взгляд Пита впился в большую кобуру с пистолетом у неё на поясе. Женщина склонилась над пожитками пленников, сложенными шагах в тридцати на камнях мостовой. Достав «Кольт», выщелкнула магазин и оттянула затвор, ловко поймав вылетевший патрон.
— Дослали патрон в патронник, собрались стрелять, гости дорогие? В нас с Гошем, наверно?
— Мы всегда путешествуем с готовым к стрельбе оружием, но на предохранителе, — торопливо пояснила Джен. — Никого здесь убивать не собирались.
— Гош разберётся, — уверила её женщина с пистолетом и шагнула ближе. — Так, двое, скорее всего, пришли из мира Гоша. Но ведь ты — местная, из Гхарга? Ант?
— Мама — ант, — подтвердила Фаи, и лейтенант внутренне сжался, вспомнив, что они не придумали легенду на случай пленения, девушка-воин сейчас ляпнет, что из Кароссы. — Я родилась в Монкурхе, вся родня погибла. Сейчас живу в Мульде. Умею драться. Взялась быть проводником и охранником у этой пары, они совсем не знают местных обычаев.
— Дева-воительница! — незнакомка чуть оттаяла. — Ладно… Ждите Гоша. За ним послано.
— И с его появлением ты не скомандуешь «Даллас», — ехидно шепнула Джен. — Ноги бы унести…
Прошли следующие четверть часа. Томительные.
И вдруг всё переменилось. Из открытых окон дворца грянула музыка. Да какая! Американская!
Пробил час — не остановишь нас!
Свыше контролю не бывать.
Делай то, что по душе на своём стальном коне,
Мы здесь, чтоб полночь взорвать!
Питу было двенадцать или тринадцать лет, когда он впервые услышал настоящий хэви-метал от группы Мановар из Нью-Йорка.
