подошвами лап амфибий, но я отключил для них такое понятие как боль.
Еще пятерка рыблов меняет намеченный маршрут и вламывается в разграбленную торговую точку, не ведущую с родом Крюковых общих дел, а посему обреченных на тотальное разграбление. Один относит пакет с наличкой к люку и скидывает сидящей там лярве. Остальные же разбредаются по району. Сука, все как всегда упирается в руки. Для использования зажигалки нужен один рыбл и то получается не сразу. Второй рядом держит обеими конечностями заготовленный снаряд. Наконец, у них выходит поджечь воняющую спиртом тряпку и первый коктейль Молотова устремляется в непродолжительный полет, оканчивающийся чьей-то машиной. Тачка дорогая, навороченная, тут же врубает сигнализацию, раздражающую слух монстров.
Шиномонтажка просто стояла на пути небольшой группы из двух рыблов и пяти лярв, идущих на объединение с поджигателями. Охранник, сухой старичок с телескопической дубинкой, фонариком и лихой фуражкой, достойного сопротивления не оказал, пусть и старался. Ветеран - нога по колено оторвана и заменена протезом, да и держался, как офицер, выправка, повадки. Стар, но не сломлен. Движение рукой, раскрывая оружие. Он удивительно ловко для одноногого уклоняется от широкого замаха, который должен был завершиться его располосованным лицом и выцарапанными глазными яблоками. Пинок в область коленного сустава, протезом. Металлическим протезом. Коленная чашечка хрустит сломанной веткой. Удар дубинкой в голову у деда не выходит завершить, зрение подвело, как и скверное освещение, на которое зажлобился хозяин, он думал, что к нему на огонек заглянули два рыбла и лярвы стали полной неожиданностью. Частокол клыков впивается в голень из плоти и крови, толчок и дед валится на землю. Рыболюд, разодрав когтями кожу ладони, вырывает у старикана дубинку и с размаху впечатывает ему в голову. Старые кости довольно хрупкие. Сдавленный влажный хруст и человек перестает шевелиться, но я не останавливаюсь. Второй и третий сдирают кожу, заставляя ее окровавленным лоскутом болтаться на лице. Четвертый и пятый. Без шансов.
А фуражка действительно неплохо смотрится даже с потеками крови и кусочками мозга.
Глава 10. Ночь зверя ч. 2
Россыпь еще теплых гильз негромко перезвякивает под ногами. Артур Каменский перестает подавать признаки жизни, тело разбивает краткая предсмертная судорога. Все. Человека больше нет, только шматок свежей мертвечины. Это было проще, чем я думал, что-то размяк он. Обычно, боевой маг - это, ну... боевой маг и этим все сказано. Это машина смерти, которая несет боль и смерть всему на поле битвы, он ломает кости, разрывает плоть, сминает доспехи, как скорлупу, и купается в фонтанах крови, но это... это какой-то позор. Ну или я не до конца привык к реалиям XXI века, когда решают не годы упорных тренировок и измывательств над собственным телом, а то кому повезет выстрелить первым, и люди слишком сильно привыкли к такому порядку вещей. Одно движение пальца и чемпион мира летит отдыхать на дно могилы с пулевым отверстием в черепной коробке - обидно, если честно.
Артуру Евгеньевичу не повезло именно в этот день засидеться допоздна. Присутствие батальона и обостренная паранойя Жандармерии - это очень много бумажного мусора, который требует его личного рассмотрения и подписи. Взрывы гранат заставили вбитые в подкорку рефлексы взять верх над разумом, швыряя его мордой в пол, прикрываясь бронированным столом. Тело покрывается наезжающими друг на друга пластинками-чешуйками камня, вылезающими из пор кожи.
Визг секретарши, дородной, можно даже сказать, фундаментальной тетеньки постбальзаковского возраста, перекрывает пальбу из "Вереска". С годами начинаешь ценить не хорошеньких блондиночек, умеющих делать глубокий горловой, а тех, кто помогает разгребать все рабочие проблемы. Основательный человек, экономист, бухгалтер и специалист по вопросам с общественностью. Визг у нее тоже был основательным - пробирающим до костей, моментами переходящим в район ультразвука.
-Граната!.. - конец выкрика утопает в короткой автоматной очереди.
Я теряю одного бойца. Горсть пуль стегает плетью, снизу-вверх, прошивая легкий бронежилет рыболюда навылет. Пищевод, печень, желудок, сердце и горло. Броник темнеет от крови. Черная россыпь на белоснежных обоях ближайшей стены и уродливые кляксы на кафеле пола. Охрана успела окопаться пока мы добирались до этого крыла, ныкалась за углами и псевдоколоннами, в комнатах со сжавшимися от ужаса членами чиновнического аппарата. Вливаю частичку Силы в агонизирующее тело. Этого хватает, чтобы монстр выполнил возложенную на него задачу - метнул гранату. Непродолжительный полет по ломаной дуге. Взрыв и атака. 5,45 выбивает фонтанчики каменного крошева из стен. Крик. Они отходят. Мои чудовища прорываются на третий, последний, этаж здания. Метатель гранат съезжает по стене и замирает на ступенях окровавленной марионеткой, оборвавшей нити контроля. Бьющая толчками кровь сбавляет напор. Солдат кричит от боли - ноги посекло осколками. Кости и мышцы ощерились уродливыми рубцами, плачущими кровью, и лохмотьями штанов пополам с лоскутами плоти. Выстрел. Пулевое отверстие в переносице, кровавое месиво из фрагментов черепа и кусочков мозгового вещества, облепленное слипшимися волосами в области затылка. Затвор выплевывает одинокую гильзу.
С двух трупов, человека и монстра, снимают снаряжение. Мертвым оно ни к чему.
Дальше поворот. Заходим, как и полагается спецназу - гранатой вперед. Взрыв. Пыль с потолка, сколы и выбоины на всех поверхностях. Нужно будет при случае вложиться в строительство, после таких замесов они наверняка деньги лопатой гребут.
Лицо рыболюда просто исчезает. Плоть пузырится, чернеет и стекает с обугливающихся костей черепной коробки. Воняющее паленным мясом тело сползает по стене. А ублюдок подсуетился, колдунов себе в охрану набрал, пусть и не сильных. Высунуть из-за колонны лапу с "Грачом". Пиу-пиу-пиу, вся обойма улетает за раз. Пистолет Ярыгина с лязгом падает на пол, тяжелые капли крови пачкают рукоять, меткие суки, подстрелили. Пуля прошла на вылет - между лучевой и локтевой костью, едва-едва зацепив запястье. Огонь на подавление, не давая нам высунуться. Раненого человека оттаскивают дальше. Он почти не кричит, сдавленно хрипит в полубессознательном состоянии - когда падал, ударился головой об угол, а шлем где-то на лестнице лежит. Кровь стекает по виску. Коленная чашечка, бедренная кость и тазобедренный сустав плачут кровью от новоприобретенных модификаций в виде девятимиллиметровых кусочков свинца. Член и яйца хлюпают в штанах отдельными фрагментами плоти.
Жаль, что использовать глубинных в таких здания нельзя. Ну точнее, в теории можно, но толку от этого не будет - слишком громоздкие, не протиснуться и цепляться за все подряд будут.
Две гранаты и пачка рыблов с "укоротами". Оттеснили еще на несколько метров. Продвинулись и закрепились. Кровь и гильзы. Обмякшие тела, слепо смотрящие в никуда. Согласно статистике, усредненный вес человека около шестидесяти
