— Герцог Бунчестер, — объявил камергер, а еще через секунду, — Герцог Редшир.
— Явились, — пробурчал король и, бросив руку леди, лично направился к гостям. — Ну, чего так поздно?
— Ваше Величество, — поклонились оба.
— Это моя вина, — еще раз поклонился герцог Рэдшир.
— По существу, Рэд. Кажется, так ты говоришь?
— Так, Ваше величество. Герцог Бунчестер, задержался по моей вине. Должна была прийти депеша из тренировочного лагеря, а в телеграмме, что я получил накануне, говорилось, что Гринвуда отметили.
— А, того баронета! — обрадовался Кеннет, и несколько пар закружилось в танце медленнее, да поближе к королю.
— Да, Ваше Величество. Лорд, Бунчестер ждал депешу вместе со мной, потому и опоздал.
— Да черт с ним, с опозданием, что там Гринвуд?
— Гринвуд стал сержантом, Ваше Величество.
— Чего? — лицо короля вытянулось. — Он же баронет!
— Ваше величество, в Легионе все начинают рядовыми, вы сами разрешили это.
— Я знаю что я разрешал, но сержантом… Баронета сержантом!
— Так же его отобрали в рейнджеры.
— А это еще кто такие?
— Это те, кто в одиночку выходят против целых подразделений. Это те, что проникают в стан врага и убивают офицеров.
— Шпионы, что ли? — презрительно скривился король. — Такого парня испортили.
Глава 25
Бал во дворце продолжался далеко за полночь, пока король наконец не разразился храпом на своем золотом троне. Тогда, гости разбежались просто таки моментально.
— Все ушли, — шепнул Роберт Кеннету. Король перестал храпеть, и деланно потянулся.
— А куда все девались, Роберт?
— Разошлись по домам, Ваше Величество, — напоминать о том, что зал гарантированно чист, он не стал. Король все равно будет играть, пока не попадет в свой кабинет.
— Что, и не поклонились мне на прощанье?!
— Я велел вас не будить.
— Наглеешь, Мак Апин. Ты всего-навсего виконт.
— Я Лорд Великий Камергер, Ваше Величество.
— Ай, ладно… — Кеннет зевнул и, поднявшись, сразу повалился плечом на Роберта. — Давай лорд-камергер, веди меня спать.
И Роберт повел, только не в королевские покои. В ближайшем переулке, он кивнул двоим подчиненным с церемониальными жезлами. Ребята метнулись в концы коридоров, сам Кеннет убрал руку из плеча Роберта и нажал на тайный рычажок под картиной. Добрый кусок стены отъехал в сторону и король хотел шагнуть вперед, но Роберт остановил и полез вперед. Иногда король бывает слишком осторожным, а в иных случаях, наоборот — слишком беспечным.
Видящая, да и Бун с Рэдом ждали короля довольно долго. И пока первая, мирно дремала на диване, двое других увлеченно спорили о преимуществе казнозарядной, нарезной артиллерии над дульнозарядной. Суть спора состояла в шрапнельных ядрах. Мастера старой школы могли очень быстро на глаз выставить орудие и отмерить заряд, а так же длину тростникового запала в ядре, чтобы разорвалось непосредственно над атакующими, сея смерть начинкой из мушкетных пуль. А вот в новой артилерии, хоть она и стреляла дальше, возможности укоротить или удлинить запал не было и снаряды могли зарыться глубоко в землю, прежде чем взорваться, или же наоборот. Лорд Рэд настаивал на необходимости дополнительных исследований, с чем Бун был категорически не согласен. По его мнению, скорострельность новых пушек компенсировала указанные недостатки и деньги стоит направить на изготовление большего количества снарядов.
— Все, хватит спорить, король пришел, — сказал Кеннет. — И денег нет ни для того, ни для другого. — Он вытянул булавку с крупным алмазом из шелкового шейного платка и бросил на столик. — Ху, — сказал он, едва распеленал шею. — Чуть не задохнулся. Ну, Роберт, давай помоги, и рассказывай что там услышал сегодня.
— К несчастью, Ваше Величество, ничего стоящего. — Слышащий помог королю стянуть тесный, богато расшитый золотом и камнями жилет.
— Что даже этот морской купидон не попался?
— Уайтфилд не сильно доверяет сыну. Кроме обычной похоти, ничего особенного я не узнал. Он привез очередную шлюшку под видом горничной.
— Дополнение к призу, в виде масла?
— Похоже на то.
— По виду ализонийка, — сонно пробормотала Тринити.
— Ты видела ее?
— Да. Как и две дюжины других любовниц. Порой даже не могла понять, от кого исходят образы. Молодежь нынче пошла ненасытная. Дочка лорда Памфри, например думала сразу о троих.
— По делу, Тринити, — сказал король, пока Роберт стягивал с него узкие бриджи.
— Граф Виторио продал Уайту что-то очень ценное.
— Кому из Уайтов? Спросил он, натягивая халат.
— Я так и не смогла понять. Эта вещь принадлежала фэйри, но для человека — бесполезна. Не смотря на это, Уайт отдал за нее три драконьих жилы.
— Три жилы?! — воскликнул Бун.
— Это много? — спросил Рэд. — Чего уставились, я о драконах впервые от белых людей и узнал.
— Наверное, столько же, как и говорящее сердце вашей гигантской змеи.
— Унчегилы?
— Тебе лучше знать.
— Унчегила миф, — отмахнулся Рэд. — Но то, что вещь ценная, я понял. А может еще скажете, для чего используют эти жилы?
— Да смотря что за жилы, — ответила Тринити. — Черные, например, полностью защищают от магии, а красные используются для изготовления огненных амулетов и оружия…
— Чтобы ты понимал, — сказал Бун, — в ход идут только толстые шейные жилы. Один дракон — три жилы. Такое богатство может быть только у герцога.
— Роберт, мы можем узнать, что за вещицу получил Уайтфилд?
— Нет, его дом по-прежнему недоступен. Но мы можем узнать, что продал Виторио.
— Действуй.
— Рэд, а ты в следующий раз принеси мне известие о том, что парень стал офицером.
— Если он станет. Я не буду давить на своих людей — это подорвет Легион изнутри. Один человек не может быть важнее целой армии.
— Этот может, — парировала Тринити. — Но стоит ли переводить его из Легиона? Надвигается война, а в видении я видела, что он станет прекрасным полководцем.
— Как меня порой достают твои видения, — сказал Король. — Из них никогда не получается полной картины.
— Восемнадцать лет тому назад, мои видения спасли целую страну.
— Мы не страна, Тринити. Дворяне — это тоже не страна. Страна живет за пределами дворца. Радуется и горюет, а еще страдает от напыщенных богатых ублюдков, презирающих всех и вся. Мне нужен человек способный противостоять лордам на стороне простолюдинов. Мы уже обсуждали — Лиам подходит на эту роль. Войну выиграем без него.
Кеннет понимал, чего боится Тринити. Не войны, а того, что роль уготованная Лиаму, намного опасней. Кроме того, за все эти годы он уловил главное — видение нужно менять как можно кардинальнее. Поэтому, не быть парню полководцем.
