продолжу рассказывать.
Итак, Эдуард с Томасом осуществили эту аферу, в результате которой посредственный гонщик Магнуссон на своей посредственной машине выиграл регату. Более чем солидные призовые, но главное, повторюсь — ставки через подставных лиц в различных букмекерских конторах. В результате чего Томас прикупил коттедж на Доршее, а осторожный Эдуард планировал сделать примерно то же самое несколько позже, уволившись с работы под каким-то благовидным предлогом.
Идиллия, если бы не одно но. В поселке, где поселился Магнуссон, работает слесарем Сережа Матвеев. Парень, обуреваемый мечтами о внезапно сваливающимся на голову богатстве, вдруг встречает человека, на которого это богатство таки свалилось. Матвеев начинает вынюхивать, причем зависть до предела обостряет его обоняние, фигурально выражаясь. А на вашу беду, Эдуард, Магнуссон после поселения на Доршее пристрастился к спиртному и болтал много. Преступника часто тянет похвастаться своими деяниями. Не напрямую, конечно, а намеками и оговорками. Кому-нибудь постороннему, неопасному… А кто может быть безопасней какого-то несчастного слесаря? Возможно, Матвеев и не стал бы так уж внимательно прислушиваться к пьяной болтовне бывшего гонщика, но, услышав знакомую фамилию, — а наверняка Тополев хоть раз да рассказывал другу о своем непосредственном начальнике Горовенко — насторожился. В результате Матвеев кое-что смог уяснить. Не настолько много, чтобы сразу заняться шантажом самого Томаса, но подозрения, что дело тут нечисто, у него укрепились. Он понимает, что больше подробностей сможет узнать у вас, Эдуард.
Матвеев решает, что наконец поймал свою синюю птицу, не отдавая себе отчета, что делает первый шаг к могиле. Он увольняется с прежнего места работы и через Тополева ищет способ познакомиться с Горовенко. Сергей играет по-крупному. Он, наверное, тратит все свои невеликие сбережения на подкуп сменщика Ильи, чтобы тот уволился с работы. При посредстве Тополева Матвееву удается устроиться на освободившееся место. Еще один шаг на трагическом пути сделан.
Следующий шаг не заставляет себя долго ждать. Проведя, вероятно, приблизительно те же исследования, что и я, Сергей приходит к аналогичным выводам. Не мудрствуя лукаво, Матвеев приступает к шантажу. И — жадность, жадность… Запроси он какую-нибудь разумную сумму, кто знает? — возможно, он долго еще вытягивал бы из Эдуарда деньги, обеспечивая себе достаточно безбедную жизнь. Но он потребовал сразу полмиллиона. Возможно, это все, что было у Горовенко. А даже если не так, Матвеев сломал ту грань, что отличает мошенника от убийцы. Эдуард деньги пообещал. Не сразу, естественно, изображая мучительные раздумья, а на самом деле он просто тянул время, разрабатывая план убийства.
Я подошел к столику и налил себе из массивного графина стакан минеральной воды. Неспешно выпил, перевел дыхание. Давно мне не приходилось так много говорить.
— Итак, с мотивом мы разобрались. Сейчас еще предстоит — не мне, слава Богу, — много нудной и скучной технической работы. Все более или менее крупные ставки на Магнуссона будут проверены, подставные лица найдены, анонимные счета открыты. И сумма, которые вы, Эдуард, получили незаконным путем, будет установлена с очень высокой точностью. После этого вам будет довольно сложно объяснить такой факт как заказ Матвеевым платиновой карты на полмиллиона кредитов.
— Я не понимаю только одного, лейтенант, — улыбнулся Горовенко, — с какой стати именно я должен объяснять поступки Матвеева?
Да, его самообладанию можно было позавидовать. Впрочем, стоит ли завидовать человеку, который в скором времени предстанет перед судом по обвинению в умышленном убийстве?
— Вот к этому пункту я как раз перехожу. — Я вернул улыбку инженеру. — Как было совершено убийство. Не знаю, как долго Эдуард думал над своим планом, но продумал его тщательно, до самых мелких деталей. А самому замыслу — смелому, если не сказать безумному, но в то же время предельно хладнокровному, — можно было бы поаплодировать. Если бы не его направленность на причинение смерти человеку. Решив использовать для своих целей представителя лергойской расы, Горовенко дает то самое объявление о продаже земельного участка на Тнууге. Он совершенно точно рассчитал, что самое большее через неделю — а почти наверняка и раньше — один из лергойцев сядет на станции для дозаправки. Подготовив все необходимое, Эдуард ждал.
И вот сигнал с нужного корабля получен. Через пятнадцать минут лергоец будет на станции, и Горовенко начинает действовать. Тополева он находит в бильярдной, и это его полностью устраивает — ведь там нет экрана. Находись Илья у себя в комнате, Эдуарду пришлось бы что-то придумывать. Могу только предполагать, что у него было заготовлено на этот случай. Но — Тополев там, где нужно.
После этого Эдуард идет к Ивану и предлагает партию в шахматы. Таким образом, он, во-первых, привязывает начальника смены к своей комнате, сведя к минимуму шансы на то, что тот в ненужный момент выйдет на посадочную площадку, во-вторых, что еще более важно, заставляет экран работать не в режиме окна. Не уверен, знал ли Эдуард о привычке Елены Альбертовны уходить на время их партий в медпункт, но это в любом случае не могло ему помешать — экран в медпункте обычно выключен и как окно никогда не используется. Ведь ни одна стена медпункта не выходит на посадочную площадку.
Почти все готово. Эдуард начинает партию в шахматы с Иваном — но не из своей комнаты, как совершенно логично предположить, а с телефона. Об этой нехитрой возможности я, стыдно признаться, подумал не сразу, а только когда всерьез начал подозревать Эдуарда. Получается, что Горовенко может свободно перемещаться по станции, в то время как все уверены, что он находится у себя, сидя перед экраном.
И он перемещается. Времени остается мало, но ему много и не надо. Он идет в дежурку, улучает момент и убивает Матвеева.
— Как?..
— Что?
— Но ведь…
Мне пришлось повысить голос, чтобы перекричать этот нестройный хор недоуменных зрителей.
— Убивает. Душит. Ломает шейные позвонки. Застав Сергея врасплох, при помощи простой удавки, а быть может, используя какое-нибудь механическое приспособление — ведь они с Матвеевым примерно одной комплекции, и едва ли Горовенко заметно сильнее покойного. Убивает через застегнутый воротник куртки, так что экспертиза вряд ли углядит на шее трупа разницу между жгутом подходящей толщины и щупальцем лергойца.
— Но лейтенант, тогда выходит, что Гарромер Декс заодно с убийцей? Зачем ему иначе врать?
Да, Гарсия соображает быстрее остальных. Жаль, что не в ту сторону.
— Руслан, должен сказать, что я полностью отвергаю эти инсинуации. — Это Декс. А я уже и забыл, что он может говорить.
— Уважаемый Гарромер Декс, я не поддерживаю инсинуации Ивана Мигелевича, — обратился я к лергойцу. — Могу сказать, что вы — единственный в этой компании, кто
