Если это он похитил Ольгу, мы попробуем ее вызволить. Примем меры незамедлительно и будем надеяться на лучшее.
Глаза Панина блеснули, он поднялся и, попрощавшись с Державиным, быстро пошел в свой кабинет, на ходу отдавая распоряжения слугам.
XVI
В холодном, сыром подземелье на голых камнях, покрытых инеем, искрящимся в тусклом свете единственного факела, лежал Владимир. Он уже почти ничего не чувствовал. После нескольких дней непрерывных мучений и издевательств на его теле не осталось ни одного участка, который бы не болел, к которому не были бы применены изощренные пытки его мучителей.
Демоны – слуги Ордена Тьмы – в совершенстве знали пыточную науку. Но хуже этих изощренных пыток, хуже боли измученного тела было другое – из обрывка разговора своих мучителей, который Владимир услышал в этом склепе, он понял, что княгиня Ольга пропала.
Перед его глазами, словно наяву, встала сцена на бал-маскараде: вот он увидел прекрасную женщину в небесно-голубом платье и пошел к ней через весь зал, вот она идет к нему навстречу, призывно улыбаясь, они встречаются, у него кружится от счастья голова, он берет ее за руку и… чувствует смертельный холод.
Ему тогда показалось странным то, что он не почувствовал страсти, когда прикоснулся к ее тонкой руке, что, когда она заговорила, в ее голосе не было тепла, а только кокетство и желание понравиться, а ее медальон, казалось, светился не так, как обычно.
Владимир тогда решил, что он просто слишком долго ждал этой встречи и переволновался, что Ольга смущена и ведет себя так от волнения. Он надеялся, что та всепоглощающая нежность, нежность до слез, трогающая самые сокровенные струны его сердца, со временем вернется к нему.
Он глядел на Ольгу – и не узнавал ее. Это была она и в то же время – не она. В теперешней Ольге не было тех неуловимых оттенков, которые делают красивую женщину – женщиной любимой. Владимир смотрел на нее, говорил с ней – и старался внушить себе, что вот еще немного, и сейчас он узнает в этой красавице свою возлюбленную, свою Ольгу. Но время шло, бал продолжался, а этого всё не случалось. Он пригласил ее на танец, надеясь, что близость их тел напомнит и вернет упоительное чувство страсти, и они узнают друг друга – но этого не произошло.
Ольга предложила покинуть бал и вернуться во дворец Заозерских. Владимир согласился. Миссия, ради которой он посетил этот бал, уже была выполнена, и Владимир мог спокойно его покинуть. Он помог Ольге накинуть шубку, подхватил свой плащ, подбитый черно-бурыми лисами, и вывел ее из дворца.
Они медленно шли по дворцовой дорожке и остановились у фонаря, ярко освещавшего всё вокруг. Владимир решился: он наклонился и приник долгим поцелуем к губам Ольги. Она тут же обвила его шею руками и ответила на поцелуй, ее губы жадно впились в него. Владимир едва не задохнулся – так не похоже это было на Ольгу, его Ольгу, такую трепетную и по-девичьи стыдливую. Он заставил себя продолжить поцелуй, потом мягко отстранился и заглянул ей в глаза.
Вдруг одна мысль пронзила его: на балу Ольга уверенным шагом шла ему навстречу и, заговорив, назвала его по имени. Тогда Владимир только обрадовался этому, а сейчас он подумал, что Ольга раньше никогда не видела ясно его лица: их встреча, их ночь, прошла в полумраке спальни, а в лесу, когда он отбивал ее от слуг Ордена, она была в обмороке. Она не могла узнать его по лицу.
Ольга улыбнулась ему призывной улыбкой, шаловливо расправляя кружева на своем глубоко декольтированном платье. Взгляд Владимира упал ей на грудь, и он увидел маленькую родинку в форме звезды. У Ольги ее не было.
– Дорогая, вы сегодня так модно выглядите, вам так идет ваш наряд, – прошептал он своей спутнице. – Вы даже решили воспользоваться мушками?
– Нет, что вы, Владимир, это уже было бы чересчур, боюсь, что я никогда не смогу освоить это искусство, – ответила ему женщина и потянулась губами к его губам.
– Вы не Ольга! Кто вы, что вы сделали с Ольгой?! – резко отстранился от нее Владимир.
– Вам этого лучше было бы не знать, – ответила незнакомка и погладила его по щеке. Владимира что-то внезапно укололо, и он лишился сознания…
Теперь, после пыток демонов Ордена Тьмы, после изощренных колдовских обрядов Бальтазара, Владыки Ордена, Владимир пытался собраться с мыслями и найти хоть какой-то выход из этого ужасного положения.
На нем лежала ответственность – он был ответственен за Ольгу и должен ее найти во что бы то ни стало. Одно его утешало: если демоны говорили, что она пропала, значит, они сами не знают, где она. Теперь нужно, чтобы он нашел ее первым.
Когда его мучители вернулись, он сделал вид (и ему это было нетрудно), что потерял сознание. Бальтазар, мужчина и женщина стояли над ним и, не стесняясь, вели разговор.
– Твоя идея с платьем была превосходной, дочь моя Аделаида, – проговорил Бальтазар. – Жаль, что твой помощник не справился с возложенной на него задачей.
– Владыка, я сделал всё что мог. Эта собака, и этот человек, который появился словно из-под земли…
– Если бы не твоя оплошность, Вульф, мы сейчас владели бы миром, – сурово проговорил Бальтазар.
– Я найду ее. Простите меня, умоляю!
– Я думаю, что женщину в ярком красном платье наверняка заметили. Ее просто не могли не заметить, – сказала Аделаида. – Я не зря выбрала самый яркий цвет для платья, в которое мы внушили ей одеться. В этом платье она была не похожа на себя. И этот цвет притягивает к себе взгляды. Особенно днем…
– Я обыщу все окрестности, буду искать и на земле, и под землей. Дайте мне возможность исправить свою ошибку, умоляю, – горячо обратился мужчина к Владыке.
– Ну что ж. – Бальтазар помолчал. – Хорошо, Вульф. Но больше не ошибайся.
И они, скользя словно тени, бесшумно удалились.
У Владимира сердце сначала замерло, потом застучало так быстро, что он чуть не задохнулся. Не похожа на себя… Красное платье… Женщина в ярко-красном платье… Еще одна картина с прошедшего бала встала у него перед глазами.
Красивая женщина, в кроваво-красном платье, отделанном рубинами и золотой каймой, в золотой маске, смотрит на него отчаянными, удивительно синими глазами. Его сердце пронзила тогда странная нежность, а всё тело захлестнуло волной страсти. Это была она! Его сердце узнало ее, а рассудок – нет. И еще он сейчас понял, что она ждала его на этом балу, она его узнала, она любит его!
«Ольга, моя любимая, единственная, я иду к тебе», – прошептал Владимир и, напрягая последние силы израненного тела, пополз по узкому тоннелю к выходу, откуда слабо пробивался тоненький лучик света.
