субмарины — сплошная бойня. Одна половина экипажа обратилась и жрала другую половину, зомби даже сохранившие остатки разума с аппетитом обедали своими женами, сестрами, детьми. Противиться воле создавшей их силы невозможно. Когда атомная подводная лодка «Топика» перешла под мой контроль, я отрапортовал Маре.
— Мара корабль, наш.
— Прекрасно, погружайся и уводи ее километров на сорок подальше от берега.
— И что потом?
— Закончу с авианосцем и заберу тебя.
Просто замечательно. И как управлять ей? Точно, есть же зомби, часть из них сохранила прежние навыки. Из торпедного отсека, где оборонялись последние из выживших я направился на центральный пост. Попутно копался в мозгах мертвых новобранцев, оценивал их уровень интеллекта и степень профпригодности. Результаты не очень впечатляли: из почти полутора сотен зомби более или менее разумными остались только треть. Одним из таких «везунчиков» оказался старпом без глаза, с вырванным кадыком и обгрызенным лицом. Говорить он не мог, поэтому пришлось обращаться телепатически.
— Ты помнишь, кто ты?
Мертвяк впал в замешательство, стараясь вспомнить, кем являлся.
— Лейтенант-коммандер Джеймс О'Коннел…
— Теперь ты тут за главного.
— Как скажешь, хозяин, — безразлично отозвался старпом.
— Те, кто в состоянии исполнять свои обязанности, пусть возвращаются к их выполнению. Уходите в море километров на сорок от берега, погружайтесь глубже и сделайте так, чтобы подлодку не смогли засечь. Если ВМС США попытается связаться с вами, не отвечать ни в коем случае. До получения новых приказов сидите тихо, не отсвечиваясь. Полное радиомолчание.
Они быстро организовались, сохранившие личности зомби из числа экипажа заняли свои посты и приступили к выполнению поставленной задачи. Мертвые гражданские занялись уборкой помещений, по инициативе старпома тела необратившихся с поврежденными мозгами, перенесли на камбуз, в каюты. Прочитав мысли Джеймса, я поразился расчетливости жмуриков: решили запасти пищу впрок. Плавание им предстоит долгое…
— Быстро управился, — вошла на центральный пост Мара. — Думала, провозишься дольше.
— Ничего сверхсложного.
— Теперь у нас в распоряжении появилось ядерное оружие. Нанесем удар по ним их же оружием.
— Все не так просто.
— Разве? — Мара коснулась экрана ближайшего пульта управления. — Из двенадцати ракет «Томагавк» на данной субмарине четыре оснащены ядерной боевой частью.
— Для применения подобного оружия наверняка необходимо подтверждение вышестоящего командования.
— Я почти переписала программное обеспечение… Командиру достаточно будет повернуть ключ запуска… Все, готово.
— А что с наведением на цель?
— Здесь применена полуавтоматическая инерциальная навигационная система.
— Ого, неплохо ты с матчастью ознакомилась. Напомни, а что такое эта инерциальная навигация?
— Она не требует наличия внешних ориентиров или поступающих извне сигналов. Если мы запустим ракеты, они не смогут отдать команду на самоуничтожение. Единственный выход — сбить «Томагавк».
— Четыре ракеты значит… не густо.
— Цель следует выбирать с умом.
Мара пристально посмотрела на меня в ожидании совета.
— Нужно помочь нашим. Мы и без атомной дубины как-нибудь справимся.
— Что предлагаешь?
— Удар по Гавайям, затем, если повезет и лодку не потопят, по Японии.
Устроить несколько новых Хиросим я предложил не из-за кровожадности, а из стратегических соображений. После начала интервенции самураи отхватили себе Сахалин и Курильские острова. Сегодня они на пару с американцами ведут активные боевые действия в восточной Сибири, вдобавок на японской территории размещены крупные военные базы США.
— Вы все слышали, — сказала Мара мертвому экипажу. — Направляйтесь на Гавайи, а после к Японским островам.
— Сотрите с лица земли Окинаву, Токио и… Иокогаму. — Добавил я. — Эти желтомордые суки пожалеют, что ввязались в войну.
Глава 7
Авианосец «Рональд Рейган», в 32 милях от побережья Калифорнии.
На протяжении многих десятилетий американцы насаждали свою «крылатую демократию» другим странам, но ситуация поменялась. Теперь бомбы и ракеты начнут рваться на их земле. В нашем распоряжение, не считая атомной подлодки класса «Лос-Анджелес», попало шесть кораблей ВМФ США вместе с экипажами. Два ракетных крейсера, три эсминца и авианосец «Рональд Рейган», где я и находился. В палубных ангарах вовсю кипела работа, обращенные в зомби техники в главе с Марой возились с палубными истребителями, приводя их в надлежащее состояние. Часть была повреждена в ходе стрельбы, когда телепортированные некроморфы жрали или обращали в себе подобных экипаж авианосца. Об этом до сих пор напоминают пятная засохшей крови на полу, которые так до конца и не оттерли.
— Чем занимаешься?
Мара сидела в кабине палубного F-35 и в буквальном смысле колдовала с бортовой электроникой.
— Стараюсь перенастроить транспондеры. Та еще задачка…
— И как успехи?
— Пока не очень.
— Так прикажи жмурикам снять их.
— Я хочу нанести внезапный удар по американцам, чтобы они не понимали где свой, а где чужой, а потом не смогли бы по сигналу со спутника отключить нам всю технику.
— Сколько машин обработано?
— Три F-18 и два F-35.
Я невольно рассмеялся.
— А что поделать? Сил у меня слишком мало по сравнению с тем, что было год назад. Вот и приходится крутиться как умею.
— С техникой ты отлично научилась работать.
Мара поправила растрёпанные волосы и развалилась в кресле пилота.
— Должна признать, за две тысячи лет человечество достигло впечатляющего прогресса, особенно в средствах уничтожения себе подобных.
— Главное, чтоб эти дорогостоящие игрушки помогли выстоять против чужих.
— В боях наземных и воздушных вы в принципе способны если не победить, то хотя бы успешно обороняться. Ахатум делают ставку главным образом на численное превосходство и подавляющую огневую мощь на ближних дистанциях.
— Долбить издалека религия не позволяет?
— Почти. Для них война — одновременно спорт и своего рода обряд жертвоприношения — чем больше вражеских воинов одолеет воин, тем выше он поднимется по иерархической лестнице. Оружие, техника, стратегия ахатум служат главным образом для устрашения. Первый раунд наверняка будет за нами.
— А второй?
— Если они поймут, что землян не взять просто так, возьмутся за наш мир всерьез. Выжгут из космоса или применят биологическое оружие, нацеленное на людей. Но к тому времени, надеюсь, мы уже станем развитой межзвездной цивилизацией, Домен Чшасхатран уже несколько галактических циклов не встречал достойных противников и забыл, что такое настоящая война.
— Какой еще Домен?
— Сферы влияния в империи ахатум поделены примерно между сотней Владык или Повелителей, сильнейшими представителями их расы. Каждый Владыка управляет собственным сектором Млечного Пути, размер этого сектора колеблется от пары сотен захолустных систем до целых галактических рукавов. Домен Чшасхатран, с которым предстоит столкнуться, занимает пространство толщиной в четыре и шестнадцать тысяч световых лет в длину.
— Много.
— Не так страшно, если разобраться. Лишь одна из многих тысяч планет, если повезет, пригодна для полноценной жизни. Земля и Рансакор в этом смысле настоящие космические жемчужины. Ни один искусственно сформированный
