я вас, сейчас подсунете мне самых коряг.
Наркоман выбрался с веранды и отправился осматривать девок, которых ему подобрал Барин. Он прекрасно знал предпочтения своего начальника, потому явно попытался угодить. К тому же, этому способствовало недавнее повышение. Мутный с плотоядной улыбкой расхаживал вдоль стройного ряда шлюх, иногда даже подходил и ощупывал их прелести. В штанах снова потяжелело, но он оттягивал приятный момент. Очень уже ему хотелось трахнуть их прямо на границе с тьмой. Да и чего греха таить, больше всего ему хотелось побесить Тоню, заставить её ревновать.
В итоге он выбрал девиц, максимально на неё похожих. У одной из них даже волосы были схожего цвета и длинны. Довольный собой, он забрался с ними на заднее сиденье «Нивы», где и приступил к более детальному изучению товара. Девки визжали, хохотали и Мутный от них не отставал. А заодно периодически фиксировал косые взгляды Тони в зеркале заднего вида.
– Ну вы ещё ебаться здесь начните! – наконец не выдержала и огрызнулась та.
– О, а это идея! – подхватил Мутный и подтолкнул локтем одну из шлюх. – Ну-ка, давай, запрыгивай на шишку!
Та послушно перебросила ногу через его колени и уже сунула меж них руку, чтобы направить прибор. И в этот момент Тоня резко ударила по тормозам. Девица, подчиняясь законам инерции, полетела вперёд и едва успела ухватиться за передние сиденья, чтобы окончательно не вывалиться. Но для Тони этого уже было достаточно. Она резко схватила девицу за нос и приставила ей к голове ствол, после чего прошипела прямо в лицо.
– Ещё один звук с вашей стороны, я вам дырок наделаю там, где они природой не задумывались.
– Ты чё выёбываешься, тварь! – попытался вступиться за шлюх Мутный. – Это мои тёлки, хочу ебу, хочу в рот даю.
– Это моя тачка! – рявкнула она. – Не нравится – уёбывай нахуй! Я сказала: ещё один писк услышу – завалю всех троих. Ясно!
– Пиздец ты припадок! Ревнуешь – так и скажи!
– Да мне похую́ в кого ты своей залупой тычешь! Понял?! Но извозить спермой свой салон я никому не позволю. Короче, я вас предупредила, больше повторять не буду.
– Сосать-то им можно? – предложил альтернативу наркоман. – Они всё проглотят, я прослежу.
– Хоть одно пятнышко…
– Ой, всё, отъебись! Рули давай… – Мутный слегка подтолкнул подругу, которую собирался трахать, и улыбнулся второй. – Хули вылупилась? Планы меняются, ёпта, начинай заглатывать!
Глава 8
Предательство
К тьме они подъезжали, когда над горизонтом уже начал брезжить рассвет. Мутный на заднем сиденье давно успокоился и мирно сопел, пуская слюни на сиськи одной из шлюх. В зеркало заднего вида Тоня прекрасно видела все её эмоции на сей счёт. Это только Мутный считал себя неотразимым, на самом деле его поведение вызывало сильнейшее отвращение. А уж как он мог выбешивать людей… об этом наверняка будут слагать легенды.
Ещё тридцать лет назад, эта шлюха вряд ли дала бы ему, даже за деньги, но сейчас всё иначе. Она принадлежит ему, как и та сотня девушек, что остались в Жуковском. Нет, она вовсе не считала себя безгрешной, напротив, прекрасно понимала и осознавала всё, что они натворили. Совесть уже давно не оставляла её в покое, терзая душу и являясь лицами во снах. Некоторых из них она помнила, но большинство казались ей незнакомыми. Однако Тоня была уверена, что все они пострадали от её рук или от тех, кто сейчас сидит рядом с ней в машине.
Именно поэтому она всегда куда-то бежала, стремилась убраться подальше, лишь бы заглушить чёртову совесть. Вот только от себя не убежишь, как ни старайся. И нет, всё это произошло не вчера, и даже не двадцать лет назад. Ещё перед тем, как они обнаружили бункер госрезерва, она уже была готова вышибить себе мозги. Не хватало духа. Да и что толку, если Лена каждый раз возвращает её к жизни.
Она не боялась в этом признаться. Мало того, данные темы часто поднимались и озвучивались. Никто не знал, что они с Герой уже давно обсуждали всё это и затея с походом в Москву была вовсе не для того, чтобы побороть тьму. Это стало лишь попутной целью. Но кто бы мог подумать, что всё закончится именно так? Тот день должен был стать последним в их жизни. Гера собирался расщепить всех на атомы, на крохотные частички, сжечь в котле атомной реакции! Вот только у судьбы на сей счёт оказалось собственное мнение. Всё пошло не по плану, и теперь Гера в плену.
Знай кто-нибудь, что творилось в душе у Тони, у этого человека наверняка возник бы закономерный вопрос: «Так почему же ты не ушла? Зачем терпеть подле себя людей, которых ты ненавидишь?» Ответ прост: она искала способ, чтобы убить их, а затем, возможно, и себя. Но шло время, их статус и положение крепли, с каждым разом отдаляя любую, даже самую мизерную возможность. И да, попытки были. Она не сидела всё это время сложа руки. Дважды ей удавалось подставить друзей, однако Лена каждый раз возвращалась к жизни, а затем приводила за собой и Мутного. Они не знали, даже не догадывались, кто за всем этим стоит.
В первый раз она сожгла их тела, точнее, попыталась. Однако Лена очнулась гораздо раньше, чем превратилась в бесформенную кучку пепла. Да и невозможно это, сжечь человека до состояния пыли. По крайней мере, под открытым небом не вышло. Всё могло бы получиться, будь под руками работающий крематорий. Тоня попросту бы не выпустила Лену, пока та не превратилась бы в прах.
Второй раз она сбросила их тела в кислотное болото, в надежде, что они растворятся. И снова осечка. Кислота сработала даже хуже, чем огонь. Слишком медленно, слишком долго. Но самое страшное не это. За обе неудачные попытки пострадали невинные люди. Ей пришлось их подставить, дабы остаться в тени. Хотя не так уж они были и невинны. За каждым имелись грехи ничуть не меньше, чем за теми, чьей смерти она так страстно желала.
Когда она услышала голос Геры, когда поняла, что он наконец вернулся, в её душе вновь колыхнулась надежда. Едва она высадила Мутного с Леной, как вновь помчалась к тьме. Однако её планам так и не суждено было воплотиться в жизнь. Ну не взяла она в расчёт натуру наркомана. Люди с подобным складом характера никогда не задумываются о ближнем. Плевать он хотел на все обещания, как и на их
