Читаем без скачивания Тунгусский метеорит - Игорь Шабельников

– Что за черт, отчего в голову лезет всякая фигня, или это «историческая Родина» на меня так действует?

Наверное, да! Менталитет перестраивается. Вот же, проходя салоном аэробуса, прихватил с кресла чужой забытый журнал «Вокруг света». Разве в Лондоне я бы такое себе позволил? Я в России – здесь надо мыслить по-другому.

Разгон, взлет, набор высоты, десять тысяч метров, полёт нормальный. Можно отстегнуть ремни.

– Извините, можно вас потревожить? – надо мной склонился «сыщик».

– Пожалуйста-пожалуйста, – какого черта ему от меня надо, подумал я.

– Позвольте представиться – Иван Павлович Подушкин. Вот моя визитка.

Иван Павлович Подушкин. Ответственный секретарь уфологического общества – «Алфа – Ц», – прочел я на визитке. Всё понятно – псих, помешанный на летающих тарелках.

– Николай Александрович Фандорин, – автоматически представился я. «Сыщик» присел рядом на свободное кресло.

– Николай Александрович, простите, вы имеете какое-нибудь отношение к уфологии?

– Извините, – я посмотрел в визитку, – Иван Павлович, я историк и никакого отношения к уфологии не имею.

– Странно, может быть, вы обратили внимание в зале ожидания на трех японских туристов?

– Это которых не пустили на рейс? А причём тут я? – стало ясно – передо мной не «сыщик», а больной на всю голову псих. Сейчас начнет доказывать, что японцы вовсе и не японцы, а инопланетяне.

– Странно, очень странно! Дело в том, что я знаю старшего из них. Это сэнсей Гендзебаро Учидо – известнейший уфолог Японии. А двое других – его ассистенты. Странность заключается в том, что ассистенты сэнсея следили за вами.

– За мной? – я был крайне удивлён.

– В том-то и дело! Я обратил внимание на присутствие в аэропорту сэнсея Учидо – личность в наших кругах достаточно известная. Но вот поведение его ассистентов мне показалось странным. Я решил понаблюдать за ними. Оказалось, что они за кем-то следят. Так вот – они следили за вами!

– Ничего не понимаю! Я историк! Зачем за мной следить?

– Николай Александрович, позвольте вас спросить, вы имеете какое-то отношение к проблеме падения Тунгусского метеорита?

– Ну, как вам сказать? В некотором смысле – да! – начал мямлить я.

– Я так и думал, сэнсей Гендзебаро Учидо «человеком» просто так не заинтересуется! Значит, вам известно об инопланетянах нечто сверхвыдающееся!

– Уверяю вас, Иван Павлович, что к инопланетянам я не имею никакого отношения. Я ими никогда не интересовался, и, не обижайтесь, в инопланетян я просто не верю.

– Я в них тоже не верю.

– Как так? – я посмотрел визитку, – Вы же являетесь ответственным секретарем уфологического общества!

– Просто служба. Моя хозяйка, мой шеф – очень богатый человек. «Владелица заводов, газет, пароходов». Сейчас я лечу в Красноярск, чтобы подготовить прилет моей хозяйки – она желает приобрести десяток лесоуборочных комбайнов. Но у Элеоноры бывают и различные причуды. Сейчас у неё очередная блажь – уфология. Так вот, по роду своей службы я и знаю сэнсея Учидо в лицо, хотя лично с ним и не знаком. Я пребывал в некотором замешательстве. Доложить Элеоноре? Так, та, чего доброго, решит пообщаться со светилом мировой уфологии и заставит меня задержать самолет до её приезда в аэропорт. Каким образом? Да любым, вплоть до угрозы взрыва самолёта – Элеонора не признает препятствий в достижении своих целей.

– С другой стороны, и смолчать я тоже не мог – служба обязывает. Пока я раздумывал, как мне поступить, я обратил внимание на странное поведение японцев – мне показалось, что они за кем-то следят. Понаблюдав за ними, я окончательно в этом убедился. Тогда я отбросил все сомнения и доложил всё Элеоноре. Она мне велела замаскироваться и всё выяснить: за кем следят, куда летят. Так вот – летели они в Красноярск, а следили они за вами. Понимаете?

– Нет, Иван Павлович! Я решительно ничего не понимаю!

– Хорошо, Николай Александрович, давайте начнем сначала. Ни вы, ни я в инопланетян не верим. Так?

– Так.

– Вы верите, что за вами следили, причем следили уфологи?

– Допустим.

– Я не допускаю мысли, что вы инопланетянин.

– Аналогично. Я помню, мы это уже проходили – в инопланетян мы не верим?

– Но, если за вами следили уфологии, а вы летели в Красноярск, логично предположить, что вы интересуетесь проблемой Тунгусского метеорита. Логично так же предположить, что вам известно что-то такое, что могло заинтересовать уфологов.

– Иван Павлович, я уже вам говорил, что я историк. А сейчас – частный историк. Мне всего лишь стал известен факт, что мой прадед сто лет тому назад, возможно, повторяю, возможно, побывал на месте падения метеорита. И видел осколки метеорита.

– Позвольте, сто лет назад – это же в 1913 году! Это же задолго до начала официальных экспедиций! Вот вам и ответ! Японским уфологам стало известно, что вы знаете, где эти осколки, поэтому они за вами и следили!

– Но я не знаю, где эти осколки! Я летел в Красноярск, что бы поработать в архивах, и собрать побольше информации.

– Николай Александрович, либо вы пока не знаете, что вы знаете, где эти осколки, либо уфологи об этом не знают.

– Стоп-стоп, я запутался. Откуда японцам известно о том, что я интересуюсь метеоритом?

– А вот это мне неизвестно. Японцы не попали на рейс, хотя следили за вами. Возможно, они инсценировали свою задержку на рейс, может быть, они заметили мою слежку за собой. Давайте поступим так: вы занимаетесь своими делами в Красноярске, а мы с вами ещё пересечемся. Если Элеонора права, то японцы снова на вас выйдут.

Мы проговорили с Иваном Павловичем ещё часа два. Он мне понравился – интеллигентный, начитанный человек. Приятное умное лицо, очаровательная улыбка – такие улыбки должны нравиться женщинам бальзаковского возраста. Мы с ним в чём-то похожи, он такой же подкаблучник, как и я. Только мы относимся с ним к разным категориям. Я отдаю власть женщинам, чтобы избавить себя от лишних житейских хлопот, но мои женщины уверены, что с меня взятки гладки – где сядешь, там и слезешь. Я могу уступить девять раз, чтобы в конце концов, на десятый, сделать по-своему. А вот он не может настоять на своем, перекладывая заботы о себе на женщин, позволяет за это потом вить из себя веревки.

4. Москва-Красноярск (Подушкин)

Сразу после того как Роман Аркадьевич откланялся, Нора развила бурную деятельность, в смысле – загоняла меня по всей Москве. Я собрал информацию обо всех уфологических обществах Москвы. Нора выбрала «Альфа-Центавра» (на мой взгляд «Альдебаран» было солиднее) и внесла крупный взнос в фонд общества. Настолько крупный, что её тут же избрали в управляющий совет общества, а я стал законным обладателем должности «ответственного секретаря».