сказать… — девушка его визиту не обрадовалась.
Однако бравый сыщик лихо списал ее неудовольствие на служебные издержки. Ох уж эти социальные штампы! И решил пойти ва-банк:
— Поймите, я бы вас оставил в покое. И слону ясно, что вы к местным олигархам имеете весьма косвенное отношение…
— Это почему же? — заносчиво перебила она.
— В смысле? — от удивления Ярослав упустил логическую цепочку своего обещавшего стать пространным монолога.
— Это почему же я к олигархам имею отношение косвенное, да еще весьма?
— Ну… Как вам сказать… — Ярослав с трудом собрался с мыслями.
Неудивительно — Агнешка стояла у окна, пронизанная томным полуденным светом. Ниспадающие на плечи соломенные локоны, тонкий профиль, полупрозрачная туника. Под нежным мятного цвета шифоном угадывалась тонкая талия, мягкий изгиб бедер, кружевное белье. Все такое изящное. Настоящее. Близкое…
Голова шла кругом. Неустойчивые профессиональные навыки рассыпались по закоулкам сознания быстро тающими градинами. Эмоции терзали воспаленное воображение молодого человека. Пульсировали в мозгу и ушах, забирались в непозволительно интимные уголки тела.
— Может, вы завтра придете? — заискрились в медового цвета радужках солнечные зайчики. — Или повестку пришлете? Чего зря время терять?
Веселый, чуточку ироничный тон хрипловатого голоса в момент опустил лейтенанта из заоблачных высей на землю.
— Почему терять?
— Ну, я вижу, вы не расположены к деловой беседе.
«Издевается? Не может быть! Такие девушки не способны на издевательство! Показалось!»
Ярослав сглотнул и бросился на амбразуру:
— Очень даже расположен. И не только к деловой. Но об остальном позже. Где бы мы могли уединиться?
— Да везде! — у активизировавшихся солнечных зайчиков появились рожки. — Хотите — здесь, а хотите — там. Вот только к чему? Мы и так совершенно одни. Разве что соседи… Но до них ходу минут десять. Сегодня у Барбары Ягеллоновны вечеринка, а даже музыки не слышно. А ну-ка брысь!
Ярослав отскочил в сторону и обиженно запыхтел. В молодом специалисте боролись личные и профессиональные амбиции.
— Полноте дуться! — засмеялась обидчица, направившись к нему. — Не вам я это, а кошке своей, Варьке. С ней надо ухо востро держать: обожает шнурки на кроссовках. А ну поди сюда!
Ярослав опустил глаза и получил удовольствие полюбоваться шикарной дымчатой британкой, подозрительно отиравшейся у его ног. От коготков красотки тянулся к его ботинку голубоватый полупрозрачный след.
— Простите, не углядела! — оправдывалась Агнешка, отрывая нитки от шнурка и выпутывая из них коготки своей любимицы. — Моей хищнице можно мяса не давать, была бы шнуровка рядом. Всех моих знакомых, что называется, разула. Я уж замучилась шнурки покупать. Сейчас что-нибудь вам подберу, а заодно и нахалку пристрою, — и с кошкой на руках девушка понеслась прочь.
— Да ничего с моими шнурками не случилось… — запоздало выдохнул ей вслед Ярослав. — Я его сейчас… Хотя…
Шнурок пребывал в плачевном состоянии. Изогнулся тугим зигзагом и выравниваться не желал.
Ярослав повозился с головоломкой и бросил. Занялся осмотром комнаты. Нечто среднее между кабинетом и будуаром. Сдержанные краски, максимум удобств, минимум финтифлюшек. Странно, совсем не так представлял комнату романтичной девушки. А была ли Агнешка романтичной?
Хотелось бы, но, увы — приходилось смотреть правде в глаза. Какая уж тут романтика — в доме за миллиард! Да одни обои тут дороже, чем вся обстановка в родительском доме Пукеля! А с виду и не скажешь: подумаешь, разводы-полосочки, воздушные-шары-облака.
Или вот компьютер. Модель не новая, но стоит трех разрекламированных в самом крутом столичном шопе! Зачем обыкновенной девочке из провинции такие навороты? Да эта машинка заткнет за пояс половину управленческих компов! — Ярослав покачала головой. Пожал плечами. И переключился на аксессуары. — Плюшевый бегемот на кресле. Кактус в огромном горшке. Пара фотографий в тонких лаконичных рамках. Агнешка на фоне неба. И средних лет пара в лодке. Родители, должно быть. На олигархов не похожи. Хотя, кто знает, как должны выглядеть настоящие олигархи…
— Не устали ждать? Простите, отвлеклась по работе.
Какая может быть работа у дочери олигарха? Разве что у папаши на фирме. Надо будет выяснить, кто у нас папаша. А вдруг… Ярослав повел плечами, отгоняя нежеланную мысль. Никаких вдруг! Тут хватает объектов для шантажа и без молоденьких чопорных девиц! На том и остановился.
— Перейдем к делу, — напомнила Агнешка, нетерпеливо перебирая тонкими пальцами ошейник у бегемота. — Я вас слушаю.
Ого! А девушка нервничает. Впрочем, Ярослав и сам ощущал беспокойство. Слишком хороша была свидетельница. И слишком независима. Со вторым еще можно как-то бороться, но с первым… Были бы краски, несостоявшийся художник вмиг сообразил невесомую пастельку — сиреневатая дымка обоев, васильковые полосы на гардинах и полупрозрачный силуэт.
Эстетическое наслаждение явно превалировало в буйстве эмоций. Все остальное ускользало испуганной птицей. Не стоило и утруждать себя — все равно не поймаешь.
«Пока, — успокаивал себя Ярослав, параллельно следуя логике предварительного опроса свидетеля, — но ничего. Мы свое наверстаем. Совершим подвиг, загоним злодеев в угол — и предстанем перед принцессой в ореоле славы.
Правда, есть опасность опоздать. Майор через денек гоголем заходит. Хотя… Что с того? Мы возьмем молодостью и напором. Тут, главное, угадать, с какой стороны подойти. И чем удивить. А старики… Старики на опыт надеются. С фантазией у них туго. Действуют по стандарту. Думают, раз одну уговорили, то и все остальные по проторенной дорожке потянутся. Как бы не так! Ошибаетесь, граждане-товарищи. Но мы не станем вас разочаровывать — ошибайтесь на здоровье! На ваш век граблей хватит».
Утвердившись в обоснованности своих позиций, он принялся наблюдать за свидетельницей. И по личным и по служебным мотивам. Девушка отвечала уверенно. Не задумывалась над каверзными вопросами. И все-таки нервничала. Постукивала по подлокотнику, не оставляла в покое игрушку, ежеминутно меняла позы.
С чего бы? Возможно, торопится. Или что-то скрывает. Но как же хороши ее длинные пальчики. Узкие продолговатые ноготки, ненавязчивый французский маникюр. Скромное колечко с белым камешком. Наверняка бриллиант. Самой чистой воды, — хотя Пукель не разбирался в бриллиантах! А ведь придется.
Парень вдруг приуныл. Девушка привыкла к образу жизни, который простой офицер не в силах ей обеспечить! Разве что в генеральском чине. Но до генерала Ярославу… Рассчитывать на помощь тестя? Как-то не по-мужски. Или…
«Да Бог с ним, с образом жизни! — резюмировал Ярослав. — Нам бы пока в роли кавалера освоиться. Обаять. Заинтересовать. Покорить. Потом долго и красиво ухаживать. Потратиться на путевку в романтическое путешествие. А там видно будет, что со всем этим счастьем делать».
Успокоившись, он осмелился на главный вопрос:
— Какие отношения связывали вас с гражданином Собесским?
Растерялась Агнешка или ему показалось? Странно…
— Отношения? Да какие могут быть отношения у соседей? Соседские, конечно! — девушке
