они пытались убить мою душу. Я возвращаю им их позор в виде отвращения — отвращения, которое чувствует любой здоровый взрослый, наблюдая, как родитель с презрением издевается над ребенком, или когда он видит родителя, бессердечно игнорирующего страдающего своего ребенка”.
Оптимальный стресс
Задача постоянно расти и эволюционировать из моей детской травмы становится более привлекательной для меня, когда я вспоминаю слова Боба Дилана: “Тот, кто не занят рождением, занят умиранием” Ряд последних исследований в области нейронауки показал, что нам в жизни необходим небольшой, так называемый оптимальный, стресс.
Оптимальный стресс — это сбалансированное умеренное количество стресса, необходимое для роста новых нейронов и образования нейронных связей, от которых зависит поддержание здоровья мозга. Исследования показывают, что подобно тому, как чрезмерный стресс приводит к биохимическому состоянию, при котором повреждаются нейроны, недостаточный стресс приводит к атрофии, смерти нейронов и прекращению их замены. Вот почему обучение на протяжении всей жизни повсеместно признано условием профилактики болезни Альцгеймера.
По моему мнению, реабилитация длиною в жизнь — это благородная составляющая обучения на протяжении всей жизни. Я полагаю, что оптимальный стресс часто достигается тогда, когда мы практикуем поведение, исправляющее наши задержки в развитии. Примеры этого включают чтение книг самопомощи, посещение семинаров по самосовершенствованию, самопознание путем ведения дневников, борьбу за собственную уязвимость и аутентичность на психотерапевтических сессиях или в развивающихся отношениях. Возможно, что и незначительные эмоциональные регрессии иногда играют роль оптимального стресса. Я знаю многих переживших травму в состоянии долгосрочного восстановления, которые непрерывно развиваются и обретают подлинную мудрость в преклонные годы.
Нет худа без добра
Мы живем в эмоционально обедненной культуре, и те, кто находится в процессе долгосрочной реабилитации, часто являются обладателями гораздо более высокого эмоционального интеллекта по сравнению с обычными людьми. Это несколько парадоксально, поскольку пережившие детскую травму первоначально получают более тяжелые эмоциональные раны, чем в целом обычные люди.
Луч надежды заключается в том, что многие из нас были вынуждены с осознанно лечить свои травмы, поскольку их раны неизмеримо серьезнее. Тот, кто без устали трудится по программе самовосстановления, не только быстрее восстанавливается от эмоционального ущерба, но и в целом более эмоционально развит по сравнению с эмоционально обнищавшим обществом. Один из моих пациентов описал это как возможность стать “более эмоционально умным, чем нормальные люди”.
Пожалуй, самой большой наградой за развитие эмоционального интеллекта представляется способность к более глубокой близости. Эмоциональный интеллект является основополагающей составляющей социального интеллекта — типа интеллекта, который также в целом снижен у большинства людей.
Как говорилось ранее, близость значительно усиливается, когда два человека делятся всеми аспектами своих переживаний. Особенно тогда, когда они выходят за рамки табу относительно полноценной эмоциональной коммуникации. Чувства любви, признательности и благодарности естественным образом усиливаются, когда мы взаимно полностью себя проявляем — уверенными или испуганными, любящими или отчужденными, гордыми или смущенными. Какое невероятное достижение, когда два человека могут создать такие подлинные и поддерживающие друг друга отношения! Самые близкие отношения, которые я видел, устанавливались между людьми, сделавшими все, чтобы освободиться от негативного наследия своего воспитания.
"Жизнь без такого исследования не есть жизнь для человека"
Еще один плюс реабилитации — достижение более богатой внутренней жизни. Интроспективный процесс, являющийся основополагающим для эффективной реабилитационной работы, в конечном итоге углубляется и обогащает психику переживших травму. Постоянное осознанное изучение всех аспектов своего “Я” помогает на своем опыте понять, что имел в виду Сократ, когда говорил: “Жизнь без такого исследования не есть жизнь для человека” .
Переживший травму, если он следует принципу выбирать “менее исследованную дорогу”, становится все более свободным от навязчивой и неосознанной
1 Платон. Апология Сократа / Платон. Собр. соч. в 4-х тт. — М. : Мысль, 1990. — Т. 1, С. 92. Пер. М.С. Соловьева. — Примеч. ред.
верности бесполезным семейным, религиозным и общественным ценностям, которые были привиты ему в чувствительном возрасте.
По мере восстановления переживший травму обретает право выбирать собственные ценности и отвергать те, которые не совпадают с его интересами. Травмированный человек развивает более глубокое и обоснованное чувство самоуважения, которое не зависит от стадного чувства и изменения взглядов вслед за каждым новым популярным трендом. Говоря психологическим языком, переживший травму становится достаточно свободным и смелым, чтобы индивидуализировать и развивать весь свой потенциал.
По словам Джозефа Кэмпбелла, переживший травму учится “следовать своему собственному благу”. Такой человек волен заниматься и интересоваться тем, к чему чувствует естественную тягу. Он развивает собственное чувство стиля. Он даже может распространять эту свободу на стиль одежды, имидж и домашний декор. В этом плане я видел многих переживших травму, которые развивали свою эстетику, отличаясь обостренным чувством прекрасного. Как это контрастирует с жилищами моих “обычных” друзей по спорту, которые часто скудно украшены, как будто их хозяева боятся сделать что-то, что выделяло бы их из общей массы.
Когда переживший травму человек восстанавливает право на свободный выбор, он становится более открытым к экспериментам и чему-то новому — тем здоровым вещам, которые общество мейнстрима может считать немодными или даже табуированными. Вот некоторые примеры, которые, на мой взгляд, способствуют как восстановлению, так и здоровой повседневной жизни: добровольная простота, здоровое питание, медитация, нетрадиционная медицина, сострадание ко всему живому, защита окружающей среды, глубоко эмоциональное общение, свободное горевание.
Переживший травму человек, преследующий долгосрочную цель развития на пути выздоровления, в целом меняется больше, чем остальные. Для многих не травмированных людей стремление к постоянному обучению часто прекращается после получения диплома — средней школы или престижного университета.
Интроспективное развитие также вознаграждает восстанавливающегося от травмы человека широким кругозором и мудростью в принятии важных жизненных решений. Оно также улучшает его повседневные инстинктивные реакции — борьбы, бегства, ступора или уступки — в моменты действительной опасности.
Еще одна польза травмы, проявляющаяся на более поздней стадии реабилитации, — способность обрабатывать нормальную боль наиболее здоровым и наименее травмирующим способом. Под нормальной болью я имею в виду повторяющуюся экзистенциальную боль, которую все люди испытывают время от времени, сталкиваясь с потерями, болезнями, финансовыми проблемами,
нехваткой времени и т. п. Эти болезненные столкновения могут вызвать такие эмоциональные реакции, как гнев, грусть, страх и депрессия. Обычные люди не учатся вербально вентилировать и перерабатывать свои чувства по поводу таких событий. Это приводит к тому, что они надолго застревают в эмоционально болезненных моментах, особенно в депрессии.
Эмоциональное давление подхода "не волнуйся, будь счастлив"
Одна из причин того, что пережившие травму при восстановлении приобретают больший эмоциональный интеллект, состоит в том, что они не реагируют на навязанную средствами массовой информации мысль о том, что люди обязательно должны быть счастливы.
Однако основная часть населения становится все более оторванной от полноценного эмоционального опыта в тревожной погоне за счастьем. Многие “нормальные” люди устремляются в
