Маргрейв пожал плечами.
– Я сказал о леди Нортхем именно то, что думаю. Хотя, конечно же, кое в чем она тебе уступает. У нее нет твоего умения держаться…
– Вы так много знаете о ней? - спросила Индия.
– Как я уже сказал, она была там с виконтом, - продолжал Маргрейв. - И я проявил к ним некоторый интерес. Похоже, они приятны друг другу. Что же касается Саута… Я знаю его по Хэмбрику.
Индия едва заметно кивнула, и Маргрейв понял, что наконец-то возбудил ее любопытство.
– Правда, я не очень хорошо его знал, - продолжал граф. - Он и его приятели были старше меня на четыре года, поэтому мы редко общались. Но я помню, что они частенько собирались вместе, даже придумали довольно нелепое название для своего содружества. Они назвали его клубом «Компас». Да, именно так. Тогда я не понимал, по чему они выбрали именно такое название. Впрочем, что касается Саута, то тут все просто. Когда я с ним познакомился, он уже унаследовал титул виконта Саутертона, и потому одна из точек на компасе казалась очевидной. Но как понять, что означали прозвища остальных? Ведь у Нортхема был старший брат, и ему не приходилось рассчитывать на графский титул. А Гейбриел Уитни? Только Господу известно, каким образом ему удалось стать маркизом Истлином. А вот Марчмен все еще остается Марчменом. Более того, он ведь незаконнорожденный, бастард.
Индия невольно поморщилась: ей не хотелось, чтобы Маргрейв разглагольствовал о незаконнорожденном Марчмене - ведь косвенно это могло коснуться и ее. С наигранным равнодушием она сказала:
– Возможно, его назвали Уэстом, чтобы принять в этот клуб.
– Возможно, - кивнул граф. - Потому что больше они никого туда не принимали. Правда, не понимаю, почему для Марчмена было сделано исключение.
– А вы хотели стать членом этого клуба, Ньюленд?
Маргрейв нахмурился и покачал головой:
– Разумеется, нет. К тому же они просто не обращали на меня внимания, ведь я моложе…
Конечно, он не очень-то удачно ответил на ее вопрос, но другого ответа у него не было. И конечно же, ему очень хотелось стать членом клуба. Индия вдруг это поняла и с удивлением подумала: «Как странно… Он мне всегда казался таким… самодостаточным, но оказывается, он такой же, как и я, и тоже томится желанием принадлежать к избранному кругу».
– О Господи! - воскликнул граф неожиданно. - Уж не жалеешь ли ты меня? - Эта мысль казалась ему невыносимой.
Индия покачала головой:
– Нет, конечно, нет.
Граф уже сожалел, что обнаружил свою уязвимость. Сделав очередной глоток кофе, он с усмешкой проговорил:
– Если же у тебя создалось впечатление, что я хотел войти в этот клуб, то могу сообщить: в Хэмбрике я был членом другой группы, гораздо более влиятельной.
– И как же она называлась? - спросила Индия.
– «Общество епископов», - ответил Маргрейв и снова усмехнулся.
Глава 5
Из своей засады в парке Саутертон мог без помех наблюдать за домом Индии Парр. Разумеется, он принял меры предосторожности - обсыпал свои темные волосы пудрой и надел поношенное платье, так что теперь действительно походил на торговца жареными каштанами, роль которого играл. Виконт выбрал позицию между молоденькой девушкой, торговавшей цветами, и человеком с куклами-марионетками. В карманах Саута позванивали монеты, что свидетельствовало об успехе его утренней торговли.
Каждую среду с восьми утра до полудня этот небольшой парк походил на ярмарку - во всяком случае, в нем устанавливалась атмосфера ярмарки. Здесь предлагались всевозможные товары и услуги. Конечно, тут можно было найти множество развлечений для детей и их нянюшек, а также разные курьезы для любителей редкостей. Сюда приходили и слуги из близлежащих домов, они также тратили свои деньги на различные удовольствия.
Саутертон видел, как из дома Индии Парр через боковую дверь вышел слуга, - очевидно, он отправился выполнять поручение своей хозяйки. Слуга вернулся довольно быстро, причем за ним, на небольшом расстоянии, следовал наемный кеб-двуколка. Кебмен остановил экипаж перед самым домом, и Саут лишился возможности наблюдать за входом. Впрочем, он знал, что Индия скорее всего направлялась в театр «Друри-Лейн». Однако виконт не собирался следовать за ней - если бы торговец вдруг сорвался со своего места в парке, это вызвало бы удивление окружающих. К тому же Саут сейчас думал совсем о другом - он думал о таинственном лорде М. Действительно, кто скрывался за этим инициалом? Оставалось только гадать. Не исключено, что этим человеком был барон Монтроуз. Хотя лордов Морриса, Мапла и Милборна тоже следовало взять на заметку. Сэра Энтони Мэттьюза можно было сбросить со счетов, потому что он ни разу в жизни не был на континенте и вообще не удалялся от своего дома в Глостере.
Саут продал еще несколько мешочков с жареными каштанами, а затем вокруг кукловода с марионетками собралась новая группа любопытных. Виконт по-прежнему наблюдал за особняком Индии. Он заметил вышедших из дома горничных, а также кухарку и поваренка. И тут ему вдруг пришло в голову, что хорошо бы повстречать Дубина и добиться его расположения и доверия - ведь мальчик был довольно частым гостем в доме мисс Парр. Но как завоевать доверие Дубина? Подкупить этого мальчишку едва ли удастся…
Виконт снова окинул взглядом улицу и невольно улыбнулся - словно вызванный его мыслями, перед парадной дверью Индии действительно появился Дубин. Но мальчик в дом не зашел. Немного постояв у фонарного столба, мальчик сунул руки в карманы куртки и медленно зашагал по тротуару - казалось, он просто прогуливается.
Саут посмотрел на свои мешочки с каштанами. Непроданных мешочков осталось всего несколько штук, и он решил, что теперь может оставить свой пост, не вызвав подозрений. Виконт подарил оставшиеся мешочки соседке-цветочнице и двинулся следом за Дубином, причем шел так, как надлежало ходить человеку преклонного возраста - ведь он изображал именно пожилого торговца.
Погоня эта оказалась довольно утомительной, потому что Дубин то и дело нырял в какую-нибудь аллею - будто чувствовал, что за ним следят. В конце концов мальчик остановился перед особняками на Каррик-стрит, и Саут вдруг понял, куда он направлялся - юный гонец шел именно к нему.
Пробравшись в дом черным ходом, виконт тут же распорядился, чтобы мальчика впустили, отвели на кухню и дали ему пирожных, сам же отправился в свою спальню, чтобы приготовиться к встрече визитера. Дарроу, следовавший за хозяином по пятам, помог ему переодеться и стряхнуть пудру с волос. После этого виконт проследовал в свой кабинет и уселся за письменный стол вишневого дерева. Затем Дубина пригласили в кабинет, причем имя мальчика выкрикнули громовым голосом, назвав его при этом «мистер Дубин» Саут окинул гостя взглядом и мысленно улыбнулся, заметив на щеках мальчика следы сахарной пудры и шоколада - было очевидно, что Дубин отдал должное предложенному угощению. Тон Саутертона, когда он обратился к мальчику, выражал нечто среднее между умеренным любопытством и полным равнодушием.
