рядом стоять, не испортила бы та чего!
Я грузно потопала вперёд, к выходу, где уже стояли некоторые вещи гостей, и перевернула одну корзину, затем ещё одну. Таким нехитрым способом были обнаружены две небольшие статуэтки тёмного дерева, несколько обёрнутых в плотный пергамент чайных пар, ну и столовое серебро, разумеется.
Арчибальд сыпал проклятиями, но ничего не мог поделать с моим бесчинством. Аделаида осталась без поддержки, и стала валиться на Лорелею, в результате завыла уже супруга Арчибальда. Я распахнула входную дверь и принялась пинком выбрасывать на снег подъездной дорожки вещи своих гостей, шокируя этим поступкам наёмный экипаж, который взялся отвести их в «родные пенаты», в Западную провинцию Аурелии.
- Вон! Вон из моего дома! – визжала я, находясь в приступе бешенства.
Ах, он гадёныш! Не получилось у меня ничего «отжать» по закону, так хоть так решил меня обнести. Ну, уж нет, не бывать такому!
Возница молча смотрел на творящееся безумство, не решаясь отпустить вожжи. Его лошадь тихо всхрапывала. Адчибальд с причитаниями собирал из снега свои пожитки, как попало, бросая их в наёмный возок. Лорелея согнулась под тяжестью своей ноши и тихонько подвывала. Аделаида стояла и равнодушно смотрела вперёд. Её мало беспокоило происходящее вокруг её скромной персоны.
Я изрядно намаялась, когда «сортировала» у выхода вещи гостей. Причём, мне под руку случайно попался один из свёртков, что я приобрела в цветочном магазине. И только тихий «ойк» Маргариты подсказал мне, что не стоит в спину уезжающим бросать ценные вещи. За них, кстати, золотом плочено! И я дала себе зарок нынче же посмотреть, что именно я приобрела.
Агата, коротко улыбнувшись вознице, передала деньги за проезд бывших родственников.
- Госпожа сегодня немного не в духе – так она объяснила выселение людей – а тут гостей полон дом! Вот и разнервничалась слегка!
Возница торопливо снял шапку, привстал со своего места и поклонился мне просто на всякий случай. Возок тронулся, унося их туда, откуда приехали.
- Ну, вот и славно! – пробормотала Маргарита, снова утрамбовывая в угол холла покупки – а цветочки нам самим летом ещё пригодятся, незачем такой дороговизнью разбрасываться…
- Цветочки – это хорошо! – вздохнула я – Пожалуй, мне стоит забрать их с собой в поместье. Там они точно лишними не будут.
Хоть и чувствовала я себя на редкость усталой после этого феерического выдворения родственников, но посетить поверенного было необходимо. Мы договаривались с ним о том, что он изучит, чем занимался покойный супруг перед смертью, и в целом его окружение. Кроме того, я рассмотрела его предложение о том, чтобы поехать в провинцию. В целом, мысль сама по себе была неплоха, да и деревенским бытом меня не испугать. Так что буду на природе цветочки-клумбочки сажать, да чаи гонять в саду.
Почему-то быт помещика у меня ассоциировался именно таким образом. А пока я напялила траурные одежды и угрюмо топала следом за Агатой, которая бежала едва ли не вприпрыжку, продолжая радоваться своей дублёнке. Пройдя несколько шумных торговых улиц, мы дошли до респектабельно-тихого квартала, где было достаточно много помещений, занимаемых банками, представительств торговых домов и нотариальных контор.
Так вот, возле одной из зеркальных витрин, за которой осторожно подравнивали бороду благообразному господину, я случайно обернулась назад. Некто, очень смахивающий на известную мне мутную личность, быстро метнулся за угол.
По моей спине бодро промаршировали мурашки размером с упитанного муравья, и меня бросило в пот. Дело в том, что тогда, в кабинете, когда я просила уважаемого Николаса разузнать про этого человека, у меня всё же были сомнения, что именно его я заметила в тени деревьев на похоронах. Но теперь я не могла ошибиться…
- Агата, куда ты так бежишь, словно на пожар? – спросила я Агату громче, чем сама того ожидала.
Девчонка сникла, но буквально на минуту. Проходящий мимо молодой парень-булочник окинул мою горничную восхищённым взглядом, и хорошее настроение снова к ней вернулось. Мне бы так! Я шла за ней, скрючившись от страха и сжимая в руке котомку, или как она там… ридикюль, вроде… так, больше никаких пеших прогулок, тут уж не до фигуры, мало ли что… и охрану бы какую нанять, что ли?
Рядом со мной остановился экипаж, открылась дверца, и респектабельно одетый молодой человек, ласково мне улыбаясь, выпорхнул из него. После этого, видя, что меня взяла оторопь, сыпал комплиментами, извинениями и сочувствиями в связи с потерей дражайшей половины.
- Позвольте представиться, госпожа Дарк, я лучший и самый близкий друг вашего покойного супруга, господин Эванс. Наверняка, он рассказывал о том, как славно мы с ним проводили детство, играя и шаля в доме его родителей! Ах, какая это потеря для нас для всех! Не желаете ли прокатиться со мной, пообедаем где-нибудь? У меня есть масса уникальных воспоминаний о вашем супруге…
- Боюсь, что вынуждена отказаться, я соблюдаю траур, да и вы мне совсем не знакомы.
Я говорила… что, и сама не совсем не понимала, поскольку в экипаже я заметила серый картуз и знакомо-длинный нос личности.
- Конечно, конечно, вы полностью правы! Быть может, я мог бы навестить вас в вашем доме?
- Не думаю! – пробормотала я.
Первый испуг уже прошёл, но в голове всё равно было пусто. И как тут выкрутиться?
Глава 13
- … дело в том, что я должна быть у уважаемого Николаса Бруна, мне назначено…
- У стряпчего? – что-то вспоминая, уточнил новый знакомец.
Я кивнула и заверила господина… не помню, как его зовут, о том, что я могла бы пригласить его в дом для того, чтобы предаваться детским воспоминаниям, но не могу – в самое ближайшее время покидаю столицу надолго, нет, навсегда!
- Вот как? А как же ваш дом в столице? – выслушав меня и бросив взгляд в глубину экипажа, поинтересовался «лучший друг».
- Перешла в собственность брата моего супруга! – отрезала я и собралась идти дальше – В данное время он обитает в родительском доме, или в доме подруги детства, точнее сказать не могу.
- О, как жаль! – расстроился мой собеседник – А где я мог бы его найти?
- Дом остался на том же месте, где вы играли и шалили с моим супругом! У вас об этом столько счастливых
