богам, так и… супруг ваш как-то раз приезжал, привёз из столицы управляющего. Только мальчишку-то этого не сильно народишко-то наш зауважал, он всё требовал чего-то непонятного, кричал да ругался, вот и…
Потом приказ пришёл от супруга вашего, мол, поместье мало денег даёт, надо бы больше. Вот управляющий подумал-подумал, да и продал часть садов соседям. Уж не знаю, какую цену они за них дали, только послал всё до копеечки в столицу, а оттуда новый наказ – «шлите ещё деньги». А откуда их взять? У нас хозяйство не слишком большое было, и от него пришлось избавиться, а уж когда по осени прознали людишки, что налог на землю хозяева столичные поднимают, так и вовсе… Управляющий сбежал, собрал пожитки свои, какие есть, в единый миг, только его и видели! А крестьяне – они что?
- Неужто, мародёрствовали? – расплакалась Агата.
Я покивала головой. Крестьянин – он человек рачительный. Наверняка, они спокойно зашли и выкопали, разобрали, аккуратно сняли, одним словом – обнесли, безусловно, но по-свойски, хозяйственно. Потому как хозяев нет, и будут ли – неизвестно. Так же, как и наказание за этот разбой, может, и будет, а может, и нет. А добро-то – оно уже вот, в заботливых крестьянских руках.
- Покрали всё, и только! Нам-то велели не высовываться, мол, не посмотрят, что мы старики, будем возмущаться такому бесчинству, тумаками не отделаемся!
Старик вздохнул и вытер одинокую слезу.
- Нам бы поспать где – очнувшись от своих мыслей, сказала я.
- Это, пожалуйста. Старуха Малия вам уже постелила в хозяйской спальне. Затопим, и будет вам тепло спать.
Я поблагодарила кивком, и молча поднялась. Подумаю об этом завтра. В любом случае, расклеиваться и поднимать лапки кверху я не собираюсь. Ведь я дочь Бориса Климова, а не босяка какого-нибудь! Сейчас главное – выспаться. Так что все проблемы отложим пока на завтрашний день.
После скудного ужина мы поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж, где была хозяйская спальня, Малия несла впереди свечку, чтобы мы не заблудились в темноте, и решила было нам её оставить.
- Вам нужнее свет – отказалась я – не дай боги, ещё споткнётесь, где и переломаете себе все ноги, а нам достаточно будет и света от камина.
Несмотря на то, что в камине спальни действительно, весело трещали дрова, там было достаточно прохладно.
- Позвольте, госпожа, я погрею возле камина вашу ночную сорочку – предложила Агата.
Меня передёрнуло от самой мысли, что придётся раздеться, поэтому я твёрдо постановила:
- Сегодня будем спать, не раздеваясь. То есть, в платьях и чулках. Я околеть от холода не собираюсь. И тебе предлагаю спать вместе со мной – теплее будет.
Агата покраснела, жутко засмущалась, но кивнула в знак согласия. Вот и правильно. Только бронхита мне у нас не хватало. Я легла на старую скрипучую кровать, в голове промелькнула мысль, почему… а что почему, я не знаю, не успела додумать.
Проснулась я на рассвете от лютого холода. Камин давно прогорел, и даже угли успели подёрнуться пеплом. Меня трясло от холода, как никогда раньше.
- Десантнику не холодно, десантнику свежо! – приободрила я себя этой жизнеутверждающей истиной, и резко спустила ноги с кровати, сунув их в ледяные тапочки.
Резво пробежала до того угла, куда мы ночью сложили свою верхнюю одежду, натянула на себя меховое манто, в котором я прибыла в поместье, и стало, как казалось, немного теплее. А нет, не очень – по ногам всё равно дуло, как будто… я подошла к большому окну, за которым начинался новый день. В полумраке спальни я не могла понять, что не так. Оказывается, что стёкол в окне нет, зато были просто доски, приколоченные внахлёст. Чего же удивительного в том, что к утру я просто околела.
Впервые за долгое время я позволила себе на минуту закрыть глаза и глубоко вздохнуть. Мне казалось, что если я этого не сделаю, меня разорвёт от гнева и злости. Тобику очень повезло, что он мёртв, и могила его далеко, потому что у меня росло и крепло огромное желание выкопать его из последнего пристанища и выбросить на свалку! Это его стараниями поместье развалено, разворовано, всё, что можно было, он выжал, и пустил на оплату своих развлечений и безбедного существования.
Если честно, то я уже нашаривала взглядом свои ботинки, когда Агата тихо сказала:
- А тут ничего… я думала, что будет гораздо хуже!
Глава 15
Я скривилась – да куда уж хуже! А сейчас я умылась ледяной водой из кувшина, Агата немного пригладила щёткой мои волосы, и я сочла, что я полностью готова. Когда мы спустились вниз, Дарий уже вовсю хозяйничал на кухне, жарил румяный омлет с колбасой и разливал по кружкам горячий чай.
- Вот, чем богаты! – радостно предложил он нам с Агатой завтрак.
Мы снова сели за стол все вместе, я постаралась немного поесть, хоть аппетит так и не появился, но сосущее ощущение в желудке всё же было. Хотя, после того, как я заметила, что старики ревниво наблюдают за каждым куском, который мы положили себе в рот, настроение завтракать и вовсе отпало. Стоит немедленно выяснить, крестьяне что, не только обокрали поместье, но даже не платят оброка?
- Довольно ли вам продуктов, Малия, которые дают крестьяне для поместья? – откашлявшись, спросила я.
- Так дают! – поджав губы, ответила Малия – Только много ли нам со стариком надо? Мы же и не едим почти… да и дети вниманием не оставляют, сынок у нас с невесткой и их детьми в деревеньке вашей, в Телфорде, значит, обретаются.
У старухи был странный говор, какие-то местечковые слова, но смысл был мне до ужаса понятен: сами-то они не едят, а для сыночка берегут, и именно его порцию, быть может, так весело уминает сейчас Дарий!
Я отставила тарелку в сторону и решительно поднялась. Сначала я пройдусь по дому, по саду, посмотрю масштабы разрушения, а потом, исходя из них, уже буду решать. Но, самое главное на сегодня – поехать в город и сделать заказ на услуги стекольщика, иначе я останусь ночевать на кухне, рядом с печкой, и моя благородная персона от этого нисколько не пострадает!
При свете солнца сам дом, да и сад возле
