Я не собиралась тратить время на объяснения, что отношения могли быть чем-то большим, чем просто отношения двух людей. Я бы никогда не смогла вернуть это драгоценное время назад.
— Кто ты, блядь, такая, чтобы судить меня?
Я моргнула, не веря в наглость этой девушки. Я не была внешне жестоким человеком, но если кто-то и мог изменить чье-то поведение, то она была на пути к тому, чтобы изменить мое.
— Не стой слишком близко к источнику тепла, детка, — я прищурилась, обнажив зубы. — Пластик плавится.
Брехня этой девчонки выводила меня из себя. Ее отношение не было даже отдаленно оригинальным. Просто обычное поведение подлой девчонки с обидой на плече, которую она перенесла на меня, полагая, что я достаточно слаба, чтобы позволить этому продолжаться. Нет, этого не случилось бы. Я гарантировала, что это даже не последний раз, когда мне пришлось бы решать эту проблему; это было утомительно, и я действительно могла бы обойтись без еще одной дополнительной проблемы.
Взрывы смеха тех, кто окружал нас и прислушивался к перепалке, обострили мои чувства, а также несколько удивленных лиц, в основном у девушек, стоявших передо мной.
Да, я сопротивлялась. Подумаешь.
Мне это было не нужно. Схватив все свои вещи, я отправилась на лекцию, не заботясь о том, что пришла раньше. Уходя, я показала им средний палец через плечо, вызвав еще больше вздохов и смеха.
Очевидно, людям нечем было заняться в своих жалких жизнях, кроме как интересоваться моей.
Черт возьми, что дальше? В ужасе схватились бы за свой воображаемый жемчуг на шее?
Я дописала последние слова в своем эссе по психологии, проверила его и отправила своему профессору, чувствуя себя немного свободнее теперь, когда оно было отредактировано. Это вычеркнуло еще одну вещь из моего списка дел.
Я встала, вытянув руки над головой и покрутила шеей из стороны в сторону. Я слишком долго сидела, сгорбившись над компьютером в одной и той же позе. Осознание того, что позже мне пришлось бы погрузиться в огромную ванну в моей комнате, чтобы снять напряжение в теле, не было негативной мыслью. На самом деле, у меня от этого закружилась голова, поскольку я еще не опробовала ее, и будь я проклята, если не собиралась выпить немного алкоголя, чтобы заглушить свои печали и погрузиться во временный рай.
Убрав последние предметы и побросав их в свою сумку, я закинула ее на плечо, пробираясь между столами и студентами, оставшимися в библиотеке. Пока я шла, я мечтала наяву и размышляла о аромате масел для ванн, которыми освежила воду для себя. Я протиснулась через главные двери библиотеки и направилась по коридору к главному входу, планируя запрыгнуть на гольф-кар вместо того, чтобы идти пешком. Я подумала, смогла бы я посмотреть на сурового носильщика, чьи мускулы восхитительно облегали его одежду, и улыбка промелькнула на моем лице.
Не было ничего плохого в том, чтобы немного походить по мужским витринам. Смотри, но не трогай. Обычно, когда они открывали рот, их привлекательность мгновенно улетучивалась. Красоте нельзя было доверять, а доверие было фикцией.
Из ниоткуда чьи-то руки схватили меня и, сжав крепче, потащили по темному коридору. Я попыталась закричать, но чья-то рука зажала мне рот, успешно заглушив мой протест. Я застыла на месте, мои ноги не слушались меня, когда меня потащили назад, туда, куда меня планировали отвести.
Мой разум с головой погрузился в режим выживания, отключив любые эмоциональные реакции. Я не сделала ни малейшего движения, чтобы убежать или сбросить с себя того, кто это был, когда они сковали мои руки, направляя меня в комнату. Они были слишком сильны. Я понятия не имела, кто они, черт возьми, такие, слепо прячущиеся за моей спиной. Черт возьми.
Мои глаза медленно привыкли к темноте в комнате, когда человек внезапно остановился. Мои чувства обострились. Две руки держали меня за запястья за спиной. Одна рука зажала мне рот. Здесь был не один человек. Я предположила, что мы были в классе рядом с коридором. Я сжала пальцы в ладонях и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить сердцебиение. Мое тело было напряжено, ожидая момента, когда я смогла бы увернуться от их рук и убежать. Я услышала шарканье тел рядом и глубокое дыхание.
— Ты не сопротивлялась и не пыталась причинить нам вред, — тихо заметил Холлис, словно разговаривал сам с собой, и шагнул вперед.
Я не была уверена, беспокоиться мне или радоваться, что я услышала именно его голос. Черт побери. Насколько я знала, здесь было по крайней мере три человека. Он дернул подбородком, когда двое других, стоявших по плечо позади меня, отпустили мои руки. Они ослабили жесткую хватку, и ладонь зависла над моим ртом, позволяя мне облизать пересохшие губы, обдумывая ответ.
— Было бы очень глупо драться с одним сильным мужчиной, который превосходит меня, не говоря уже о троих.
Я прищурилась на него, констатируя очевидный факт, поскольку почувствовала, что двое других — которые, я бы предположила, были Техас и Престон — прижались ко мне, по сути, блокируя меня, не давая возможности убежать.
Холлис подошел на шаг ближе, сокращая и без того небольшое расстояние между нами, и прижался своим передом к моему. Мое дыхание заметно сбилось, вызвав понимающие смешки у всех троих.
— Твое тело реагирует на нашу близость, — вежливо заметил он, констатируя очевидный факт. Тот, который я бы язвительно отрицала.
— Я же говорил тебе, брат, — раздался позади меня голос Техаса, звучащий очень довольным собой.
— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — солгала я. — Позволь мне уйти. Твоя тактика захвата и запугивания бесполезна для меня. Найдите кого-нибудь другого, чтобы побеспокоить, потому что я не хочу быть рядом ни с кем из вас.
Наполовину ложь.
— Если ты лжешь себе, кому ты можешь доверять? — Холлис спросил с любопытством, одновременно бросая вызов.
Его палец нежно провел по моей щеке с нежностью, которой я от него не ожидала.
— Ни единому человеку.
— Даже самой себе? — возразил он.
Я покачала головой.
— Нет. С чего бы мне
