направилась к двери. Открыв ее осторожно, как будто мне было наплевать на все на свете, я проскользнула внутрь, закрыв ее за собой, оставив парней все еще неподвижными внутри. Я дошла до конца коридора и открыла двери наружу, решив насладиться прохладным свежим воздухом и небом цвета сепии, пока ленивой походкой возвращалась в свое общежитие.
Самым удручающим было то, что это был первый раз, когда я добровольно задумалась о том, чтобы принять участие в чем-то сексуальном, то есть физически, а не просто используя свое воображение. И по своей собственной воле.
Но я должна была быть честна сама с собой. Такие мужчины, как Холлис, Престон и Техас, не были мужчинами с одной женщиной, не говоря уже о том, что их было трое на одну женщину. Они были мужчинами "для всех женщин". Мужчины, о которых вас предупреждали — недостижимы. Им свободно предлагали то, что я высоко ценила, и позволяли себе это. Мое сильное влечение распространялось на трех бесспорно привлекательных мужчин, которые, без сомнения, могли легко раздавить тлеющие угли, оставшиеся от моих обугленных останков.
Я бросила сумку на диван, скинула ботинки и достала из холодильника бутылку вина. Я протопала в ванную, открывая краны на полную мощность, чтобы ускорить принятие ванны, которую обещала себе ранее. Швырнув на всякий случай одинокую бомбочку для ванны, я сердито сорвала с себя одежду, запихивая ее в корзину для белья. Я открутила крышку бутылки, сделав два глубоких глотка. Так классно.
Когда вода в ванне набралась, я погрузилась в приветливое тепло, которое окутало меня, как давно потерянного друга, и откинула голову назад. Я закрыла глаза, все еще держа бутылку в кончиках пальцев, готовая проглотить. На сегодня было достаточно, я официально заканчивала этот день.
Глава 8
Милла
— Милла, — объявила Лиззи, открывая дверь своей комнаты в общежитии.
— Лиз, — как попугай повторила я в ответ.
Она сморщила носик и ответила серьезным тоном.
— Я недостаточно взрослая, чтобы сокращать свое имя в старомодном стиле.
Такая обидчивая. Я ухмыльнулась. По крайней мере, это было лучше, чем мое имя, которое сбивало людей с толку. По сути, мое имя Миллер писалось через "А" вместо "ЕР". Моя мама утверждала, что это для того, чтобы сделать его более женственным. Потом мое имя перепутали с Мила вместо Милла, что было довольно неприятно, когда мне приходилось постоянно их поправлять.
Я прошла в ее комнату в общежитии, восхищаясь простотой и спокойной атмосферой, которую она излучала. Поставив на стол многоразовую хозяйственную сумку, до краев набитую закусками и газированными напитками, я повернулась, чтобы обнять ее, и она прижалась ко мне так же крепко. Родственная сестра.
Пряди ее светлых волос прилипли к моему бальзаму для губ, и я выплюнула их, наполовину смеясь, когда мы оторвались друг от друга, обе с одинаковыми улыбками.
— То, что я могу видеть тебя здесь лично, не надоест в ближайшее время, — прокомментировала Лиззи.
— Ты не ошибаешься, — ответила я, скидывая туфли и чувствуя себя как дома на ее диване.
Она получила свою отдельную комнату с ванной комнатой в общежитии Южного крыла, где я и должна была жить. Однако этого не произошло. Я отогнала эту мысль прочь.
— Какой фильм ты хочешь посмотреть сегодня вечером? — спросила я, принюхиваясь. — О, а чем тут пахнет? Это действительно сильно, но пахнет так приятно. Это свеча?
Она хихикнула, звук был таким естественным для нее. Я отогнала зависть к тому, насколько беззаботно это было, напомнив себе, что предпочла бы, чтобы это была я, а не она. Она была слишком красивым человеком, чтобы эту чистоту можно было стереть.
— Это диффузор. Называется он "Булочка с корицей". Я возьму тебе такой же в следующий раз, когда буду заказывать с сайта. За них можно умереть!
Порывшись в сумках, она вытащила банку лимонада для себя и еще одну, которую передала мне. Я открыла крышку и сделала глоток, одновременно щелкая пультом дистанционного управления, использую кнопку выбор фильмов, с надеждой останавливаясь на триллере.
Она поморщилась.
— Нет, от этих фильмов мне снятся кошмары. Давай посмотрим романтическую комедию или что-нибудь смешное.
Я закатила глаза, прокручивая страницу вниз, пока не нашла что-нибудь подходящее, нажимая кнопку воспроизведения, пока мы ели сладости и чипсы, передавая их туда-сюда.
— Итак…
Я неловко кашлянула, не отрывая глаз от экрана. Я почувствовала, как ее пристальный взгляд впился в мою щеку.
— Мне нужно кое-что рассказать тебе о Престоне, Холлисе и Техасе, — отправив в рот несколько чипсов, я постаралась пережевывать их как можно медленнее.
— Ты имеешь в виду парней, которые были одержимы тобой с незапамятных времен?
Смех лился из меня, высвобождаясь постоянными волнами. Боже, она была веселой.
— В любом случае… — протянула я. — Они решили выложиться по полной. Затащили меня в темный класс, пытаясь напугать.
Я закатила глаза, не признаваясь вслух, что мое сердцебиение участилось, и страх на мгновение парализовал меня, когда это произошло.
— Тогда они поиграли со мной, — выпалила я.
— Повтори, — потребовала она.
Я сердито посмотрела на нее.
— Потом они поиграли со мной. Ну, Техас и Престон оттрахали меня пальцами, пока Холлис смотрел.
Она поперхнулась глотком напитка, который только что отхлебнула, захлебываясь и ударила собственную грудь, когда липкая жидкость оставила мокрые пятна на передней части ее одежды. Она встала, с гримасой стянула ткань со своего тела и быстро вышла из комнаты.
Мгновение спустя она вернулась со сменной одеждой и вытерла жидкость, пролившуюся на пол. Я сдержала улыбку. Она всегда была немного помешана на чистоте.
— Хочешь поговорить об этом подробнее? — она с любопытством посмотрела на меня.
— Нет, просто хотела тебе сказать. Держу тебя в курсе.
— Но ты не всегда рассказываешь мне все, — заявила Лиззи.
Она знала меня и чувствовала больше, чем мне было удобно рассказывать.
Мой отец и Лиззи пришли к выводу, что причиной перемены в моем поведении и переезда стало то, что я лишилась тесной дружбы, которая
