многих городах и деревнях. Уж кто-кто, а Се Лянь себя с этого ракурса изучил в деталях.
Послышался голос молодого мужчины:
– Никчёмный Пэй Су! Въехал на Небеса на шее своей няньки Пэя-старшего! Что он о себе возомнил? Как смеет мешаться у меня под ногами! Да я его так отмудохаю – мать родная не узнает!
Се Лянь скосил глаза и увидел, как в пещеру лёгким шагом ступил некто в зелёных одеждах. Влекомый жгучим любопытством, принц не выдержал, скользнул взглядом выше – и разочаровался, обнаружив, что лицо вошедшего скрыто под маской, а над его головой не горит никакой огонёк. Мелкие демоны сразу же столпились вокруг хозяина, так что он оказался будто бы посреди моря зажжённых свечей. Похоже, то явился Зелёный Фонарь Блуждающий в Ночи – одно из «Четырёх великих бедствий».
Когда Нань Фэн впервые упомянул при нём Ци Жуна, Се Лянь насторожился: уж не тот ли это Ци Жун, которого он знал раньше? Однако существовал непреложный обычай – демоны и другая нечисть скрывали подлинные имена и прежнюю жизнь. Потому принц решил, что это никак не может быть один и тот же человек – просто совпадение. Впрочем, теперь он почти уверился в обратном. Кому ещё взбредёт в голову использовать такую каменную статую? И с чего голос звучит столь знакомо?
Из восклицаний обступивших правителя приспешников и их сбивчивой болтовни Се Лянь примерно понял, что случилось. Оказывается, Ци Жун велел шайке своих любимчиков навести шороху в Призрачном городе, но план провалился: Хуа Чэн разбил их в пух и прах. Зелёный Демон подготовил повторное нападение, но только отряд выдвинулся в путь, как наткнулся на Пэй Су. Хоть его и сослали в человеческий мир, прежде он был небесным чиновником, так что кое-какие навыки сохранились. К тому же юноша маялся от безделья – вот и задал прихвостням Ци Жуна трёпку. Поэтому они опять вернулись ни с чем.
Так слуги Зелёного Демона потерпели поражение два раза подряд. Узнав печальные новости, тот принялся метать гром и молнии:
– Да, яблочко от яблоньки недалеко упало! Отрезать бы Пэй Мину, ишаку плешивому, хер – ему и его отродью Пэй Су! И прибить их гнилые стручки прямо на входе в храм! Чтоб у каждого, кто придёт им поклониться, тоже всё сгнило к чёртовой матери!
Се Ляню захотелось заткнуть уши, чтобы не слышать эту грязную брань. Конечно, все порой сквернословят, взять хотя бы Фэн Синя – тот, как из себя выйдет, такое несёт! Но как он ни распалялся, все знали, что генерал только на словах грозный, а на самом деле никому зла не хочет. Ци Жун же ругался совсем иначе: всем существом он желал тому, кого осыпает проклятиями, самой страшной и позорной смерти. Он бы ни за что не преминул при случае ударить противника ниже пояса – конченый мерзавец!
Мелкие демоны раболепно поддакивали. Внезапно Ци Жун вспомнил про одну из своих приспешниц, которой всячески благоволил:
– Бедняжка Сюань Цзи, боевая была девица! Угодила в лапы к этому сукину сыну, Пэю-младшему! Страшный позор для неё! И никак ведь её оттуда не вытащим!
С этими словами Се Лянь был не согласен: да, Сюань Цзи заслуживала жалости, но несправедливо сваливать всю вину на генерала Пэя. Как-никак полтора десятка невест она загубила по собственной воле. Боевая девица – это верно, но бедняжка – как посмотреть. А заявление, что Пэй Су въехал на Небеса исключительно на шее Пэй Мина, было вообще смехотворным.
Помотавшись с Небес на землю, принц точно понял одно: не всякому одарённому человеку суждено вознестись, но каждый небожитель преуспел в чём-то своём. Коль уж обделён способностями, как бы за тебя ни просили, ты не пройдёшь испытание Небесным бедствием – в лучшем случае удостоишься звания исполняющего обязанности небожителя. Да и талант не гарантирует высокого положения; здесь нужна удача. Иначе Пэй Су давно основал бы свой собственный храм.
Но Ци Жуна это всё не интересовало. Он с упоением бранился, никого не забыл – ни на Небесах, ни под ними, – каждого облил помоями. Просто поразительно, как в одной речи уместилось столько кипящей ненависти! Пэй Мин – плешивый ишак, Пэй Су – жополиз, Цзюнь У – гнилой притворщик, Линвэнь – потаскуха, Лан Цяньцю – идиот, Цюань Ичжэнь – дерьмо собачье, Повелитель Воды – тварь неблагодарная, Повелитель Ветра – шалава… Что Ши Цинсюань мужчина, он, похоже, и не в курсе был. Ну а закончил Зелёный Демон свою тираду причитаниями о том, что Хуа Чэн и этот тихушник Чёрная Вода свысока на него глядят, но ничего, придёт его час – и он поставит их на колени!
Се Ляню бы стоило рассердиться, но от абсурдности происходящего его разбирал смех. Он быстро глянул на Хуа Чэна. Тот вроде не реагировал – лишь неподвижно смотрел на сгорбленное каменное изваяние.
В конце концов – слава Небесам! – Ци Жун наругался вдоволь и сменил тему:
– А что с моим поручением? Подрались Цюань Ичжэнь с ослом Пэем?
Зелёный Демон попятился и плюхнулся на свой роскошный трон, а ноги в сапогах взгромоздил на плечи коленопреклонённой статуи.
Се Лянь, который всё это время держал Хуа Чэна за руку, почувствовал, как тот подался вперёд, и попытался остановить его, но куда там. Тогда принц пальцем написал на его ладони: «Спасибо».
Хуа Чэн чуть наклонился, посмотрел Се Ляню в глаза и увидел в них безграничную благодарность – за заступничество. Се Лянь покачал головой и написал ещё два слова: «слушать» и «небо».
Ци Жун, очевидно, отправил приспешников на какое-то гнусное дело, чтобы навредить небожителям, и принц хотел услышать подробности. А что статую приспособили подставкой под ноги – подумаешь, камень же, не человек. Хуа Чэн всё понял, медленно сжал ладонь и отвернулся, чтобы скрыть выражение своего лица.
Один мелкий демон в зелёном приступил к отчёту:
– Повелитель, по вашему приказу я заранее разнёс на западе вести о том, что Пэй Мин хочет поддержать Пэй Су в его желании стать богом войны запада. Там назревает серьёзная заварушка. Мы воспользовались ситуацией, притворились последователями Цюань Ичжэня и уничтожили на севере более сотни храмов Мингуана. Никто ничего и не заподозрил! Ха-ха-ха! Ой, вы бы видели, некоторые верующие такие кретины! Увидав, что мы ломаем храмы, кинулись нам помогать!
Ци Жун одобрительно кивнул:
– Продолжайте их распалять! Посмотрим, кто первый не выдержит – Цюань Ичжэнь или этот плешивый осёл Пэй!
Распространять слухи – дело скверное, тем более заведомо ложные, со злым умыслом. Под видом людей разрушить храмы – какой коварный план! Чего ждать дальше? Недаром про Ци Жуна говорили, что сам по
