и уезжала, чтобы, вероятно, нанести визит другим жертвам где-то еще.
Но Рейчел кое-что заметила.
Пока едкие химикаты проделывали свою убийственную работу на шестидесяти пяти молодых головах, инспекторша выходила из спальной комнаты и перебиралась в комнатушку по соседству. Там, по причине, которую Рейчел никак не могла понять, она доставала зеркальце и наносила на лицо какую-то дурацкую косметику. Она красила губы ярко-розовой помадой, а на щеки наносила оранжевые румяна. Затем добавляла жуткие фиолетовые тени для век. Все вместе делало ее похожей на мертвого клоуна.
Потом она возвращалась, отводила своих жертв в банный блок и устраивала им торжественное обливание. И лишь затем, когда вши были жестоко уничтожены, а девочки должны были сохнуть, она садилась в свой фургончик и подъезжала к воротам. Возле ворот машина останавливалась. Инспекторша выходила и, без очевидной причины, разговаривала с одним и тем же охранником каждую неделю. Охранник был совершенно лысый, усатый и говорил пронзительным голосом. Инспекторша слушала его «смешные истории», небрежно облокотившись на капот, по-лягушачьи выпятив губы и громко хохоча над каждой шуткой охранника. Как-то раз охранник даже коснулся ее руки, и она захихикала, как семилетняя девочка, а затем подошла к дверце фургона и залезла в него, странно виляя задом. Рейчел увидела, как она, уезжая, послала охраннику воздушный поцелуй.
По оценке Рейчел, эта небольшая пантомима длилась около двух минут. И если ей и Летиции подвернется возможность залезть в машину инспектора вшей за это время, они смогут укрываться за задним сиденьем в кузове, пока фургон не окажется далеко от приюта, а уж там они как-нибудь ухитрятся сбежать окончательно.
Проблемой было, как пробраться в этот самый кузов. Они все еще будут мокрые после обливания из шланга, им надо будет очень быстро переодеться, а потом как-то преодолеть тридцать метров открытого пространства от спального блока до фургончика инспекторши.
Требовался отвлекающий маневр.
Идея с пауками пришла в голову Летиции. В приюте ползали десятки пауков, и некоторые девочки их до ужаса боялись. Летиция же их не боялась совсем, потому что ее папа-врач всегда внушал дочке, чтобы она воспринимала всех насекомых просто как существ, пытающихся выжить. Обычный домашний паук – или Tegenaria domestica, как отец Летиции велел его называть, – ничем от прочих насекомых не отличался. И заслуживал уважения, а не страха или отвращения. И поэтому Летиция всю жизнь относилась к паукам с любовью и восхищением.
Рейчел пауков не любила, но решила, что ей подвернулась хорошая возможность преодолеть этот страх. Той ночью, пока остальные девочки спали, Летиция и Рейчел поймали восемь пауков. Они спрятали их в коробке с дырочками для воздуха и бросили внутрь несколько дохлых мух, чтобы пауки были довольны.
Потом они спрятали коробку в банном блоке за одной из ванн.
На следующее утро инспектор вшей приехала вовремя и преисполненная еще большего рвения, чем обычно. Она посмотрела на девочек, поцокала языком.
– Построиться! – взвизгнула она.
Девочки угрюмо повиновались. Инспекторша нанесла им на волосы жидкий токсичный состав и намылила. Ее синие пластиковые перчатки натирали головы несчастных с такой силой, как будто она пыталась отмыть грязное пятно на одеяле.
– Стоять!
Рейчел увидела, как инспекторша прошла в соседнюю комнатку, где начала наносить макияж и помаду…
– Не разговаривать!
Потом она вернулась, и две охранницы отвели девочек в банный блок.
– Раздеться.
Девочки разделись. Инспекторша подала воду в шланг и яростно всех окатила.
– Стоять на месте, пока не высохнете! – рявкнула она.
Потом упаковала свои вещи в черную медицинскую сумку и вышла.
Рейчел и Летиция переглянулись. Через узкое окно Рейчел проследила затем, как инспекторша села в фургон и проехала небольшое расстояние до ворот. На миг ей показалось, что она может сразу отправиться дальше, но та, как всегда, остановилась. У ворот стоял тот же лысый охранник. Дверца машины распахнулась, инспекторша вышла.
Рейчел кивнула.
Летиция, заранее вставшая неподалеку от ванны с пауками, наклонилась и открыла коробку. Через несколько секунд пауки начали выползать из-за ванны – один, второй, третий…
Рейчел тем временем слышала, как инспекторша смеется над шутками охранника.
Первой паука заметила довольно глупая девочка по имени Ванда. И завопила. Прижалась к стене. Крикнула: «Паук!» – и указала на него пальцем. Когда появились остальные пауки, паника распространилась подобно лесному пожару. Девочки бросились к единственному выходу, хватая, что могли, лишь бы прикрыться. А потом выбежали из банного блока и помчались через двор.
Охранницы в спальном корпусе с изумлением увидели полуголых девочек одиннадцати и двенадцати лет, выскочивших из банного блока. И понеслись за ними.
Но при этом они не заметили две фигурки, убегающие в другом направлении, в сторону спальни. Рейчел и Летиция влетели в нее и оделись за несколько секунд. Сумки они собрали заранее. Затем Рейчел и Летиция вышли на улицу и посмотрели на ворота. Инспектор вшей все еще болтала с охранником, истерически взвизгивая от смеха.
Пригнувшись, они побежали вдоль забора. До машины было всего несколько ярдов. Инспекторша опиралась на капот с другой стороны, глядя в противоположную сторону. Она их не увидит. Но может увидеть охранник. Разговаривая с ней, он смотрел как раз в их направлении и рассказывал историю о каком-то козле. Увидит он их или не увидит?
Но тут Рейчел и Летиции подвернулась удача, которая так нужна всем убегающим заключенным. У охранника внезапно заговорила рация. Он взглянул на нее. С ним связался другой охранник и сообщил о переполохе с пауками. Охранник выругался, произнес что-то в свою рацию, потом, назвав инспекторшу Барбарой, сказал, что ему надо идти. «Нашим паразиткам опять неймется».
Этого времени девочкам как раз хватило, чтобы подкрасться к фургону и открыть заднюю дверцу.
Инспекторша рассмеялась и пошутила насчет «паразиток» с паразитами.
Потом повернулась и села в машину.
Когда она захлопывала переднюю дверцу, Рейчел закрыла заднюю. Один звук заглушил другой. Они оказались в кузове.
Инспекторша повернулась к охраннику, который вытащил пистолет и направился туда, где царила суматоха, и помахала ему. Тот помахал в ответ, и машина выехала за ворота приюта.
14. Врата
Арестованы! Схвачены! Что могло пойти не так?
Роберт бежал по улицам Порт-Клемента. В его голове мелькали образы. Лицо Мари в лифте. Плюющаяся и лягающаяся Руди. Слик, бесшумный, как нож. КРФ пришел конец!
Где машина, на которой они должны были уехать? Где Полсалата и Стенли? Их тоже схватили?
Его первой важнейшей задачей стало оказаться как можно дальше от отеля «Эксельсиор». Он пробежал несколько миль – такое у него, во всяком случае, сложилось впечатление – и в конце концов выбрался на главную улицу с множеством пешеходов, машин, лошадей и повозок. Здесь Роберт почувствовал себя в большей безопасности. Он шел опустив голову, сердце у него колотилось. Если бы только знать, как пройти отсюда к книжному магазину «За глазами»…
И
