вы, герр Глимпф. Это была ловушка, верно? Чтобы заманить Вальтера и президента в Порт-Клемент. Да?
Опять молчание, и опять вскрикнула Констанца.
Теодор не смог этого выносить.
– Да, – сказал он.
– Ничего им не говори, Теодор!
– Почему бы не сказать? Они все равно нас убьют. Да, мы заманили вас сюда, чтобы уничтожить президента. И я об этом не сожалею. Вы работаете на чудовище. А тот, кто служит чудовищу… кто он такой?
– Где книга?
– Понятия не имею.
– Где она?
– Понятия не имею.
Роберт почти услышал, как Теодор улыбается.
– Вы поедете с нами в отель. А уж там мы поможем вам рассказать все, что знаете. Отведите их в фургон.
Затопали сапоги. Роберт увидел через щель, как солдаты схватили старого книготорговца. Но тут Констанца заговорила вновь. И на этот раз она обратилась к Вальтеру Мейеру, который стоял в сторонке, покуривая сигарету.
– Вальтер, осознаешь ли ты, что наделал? Рассказав Мальстайну о книге, ты подверг опасности целый город, страну и, может быть, весь мир. И все ради личной мести. Но еще не поздно все исправить. Подумай еще раз. Не дай Мальстайну отыскать книгу!
– Поздно. Я свой выбор сделал, – ответил Вальтер.
Казалось, разговор ему неинтересен и он почти скучает.
– Тогда ты дурак!
Вальтер отвернулся и с легким нетерпением бросил:
– Уведите их. У меня от них уши болят.
Констанца смерила его взглядом в последний раз, когда черные перчатки ухватили ее за руки.
– Опасайся человека, пригласившего дьявола к себе в дом.
Вальтер сверкнул глазами.
– Уведите их!
Слик кивнул. Солдаты начали подталкивать Констанцу к выходу. И тут произошло нечто ужасное.
Теодор нырнул за прилавок и выпрямился уже с пистолетом в руке. Тем самым пистолетом, который он направлял на Роберта два дня назад. На этот раз он выстрелил. О'Зайц схватился за руку и взревел от ярости. Теодор собрался выстрелить еще раз, но Роберт услышал лишь шквальный огонь из пистолетов Слика и трех его охранников.
Теодор упал на спину. И на миг, пока изо рта у него струилась кровь, он поднял взгляд и увидел в просвете между книгами Джозефа Конрада лицо смотрящего на него мальчика.
Улыбнулся и испустил последний вздох.
Наступила тишина. Констанца смотрела на мертвого мужа так, как будто застрелили ее. Вальтер переступал с ноги на ногу. Слик скомандовал:
– В машину ее. Выполняйте!
Он был в ярости. Как человек, ненавидящий убийство, которое он не спланировал сам.
Констанцу схватили и поволокли за дверь. Она повернулась и громко закричала:
– Вы за это заплатите! Каждый из вас! Он стоил пятидесяти тысяч ваших жалких жизней!
О'Зайц зажал ей рот рукой в перчатке. Констанца его сильно укусила, и он разъярился еще больше. Телохранители дотащили ее до машины.
Слик повернулся к Вальтеру:
– Твоя же семья и одурачила тебя этим идиотским предложением.
Вальтер побледнел.
– Что ж, они за это заплатили, – сказал он.
– А где книга?
– Должно быть, все еще в библиотеке. Где ее спрятал тот тупой библиотекарь.
У Роберта вспыхнули щеки. Слик подошел к Вальтеру.
– Президенту осталось жить несколько недель. Для него должны быть открыты врата. Завтра мы вернемся в Браву, и ты отыщешь книгу. Или встретишь такую же судьбу, как этот старик.
Слик коснулся тела Теодора носком ботинка. Потом вышел. Вальтер смотрел на мертвого дядю. Потом поднял глаза к потолку.
Не на него ли смотрит Вальтер, прямо через книги, испугался Роберт и застыл. Вальтер затянулся сигаретой, стряхнул пепел на деревянный пол, потом повернулся и вышел.
Немного подождав, Роберт выбрался из укрытия и на цыпочках начал спускаться, не сводя глаз с мертвого тела Теодора, смотрящего на него.
И тут зазвонил телефон на прилавке. Роберт подпрыгнул от неожиданности. Надо остановить звонок. Он промчался вниз по лестнице, потом через комнату, поднял трубку и услышал голос пожилого мужчины.
– Теодор? Что произошло? В новостях передают что-то ужасное.
Роберт узнал голос. Это был Луций Мейер.
– Это не Теодор. Это Роберт Кляйн.
– Роберт? Что ты там делаешь? Что случилось?!
– Нас предали. Все пошло прахом. Мари и остальных поймали. А герра Глимпфа… они…
Роберт не смог договорить.
– Теодор мертв, Роберт?
– Да.
– А моя сестра Констанца?
– Ее увезли.
– Понятно.
Луций внезапно произнес это очень устало, словно утратив всякую надежду.
– Погодите, – сказал Роберт. – Послушайте. Книга у меня. Она спрятана здесь, в городе, но я совсем один и не знаю, что с ней делать.
Несколько секунд в трубке было тихо. Голос Луция изменился.
– Книга у тебя?
Луций как будто услышал кивок Роберта.
– Ты сейчас в книжном магазине?
– Да.
– Когда положишь трубку, сразу уходи! Ты кому-нибудь говорил, где остановился в городе?
– Нет, никому.
– Хорошо. Отправляйся туда и жди с книгой. Назови мне адрес.
Роберт объяснил, что живет на третьем этаже в гостинице на улице Гримальди.
– Я пошлю кого-нибудь найти тебя и помочь. Просто затаись. Все будет хорошо.
– Да, я понял вас.
– Удачи, Роберт.
Роберт положил трубку.
А потом, обернувшись, увидел стоящего возле двери человека. Он только что вошел.
Это был Вальтер Мейер.
– Я забыл зажигалку. – Он улыбнулся. – А ты кто такой, скажи на милость?
15. Джордж
Рейчел и Летиция притаились за задними сиденьями фургона инспектора вшей. На одном из них лежала ее черная медицинская сумка. Они проезжали мимо лугов и полей с коровами. По краям широких рек виднелись болотистые низменности, плоские и бесконечные.
Инспекторша включила радио и принялась насвистывать в такт какой-то патриотической мелодии. Прерывая музыку военных оркестров, регулярно передавались выпуски новостей на тему героического предотвращения трусливого и жестокого покушения на президента Мальстайна в Порт-Клементе. Говорили, что президент лично одолел тринадцать нападавших в рукопашной схватке, что здоровье у него прекрасное и он собирается вернуться домой через океан к своему любимому народу.
О необычно веснушчатом мальчике, как сообщило радио, до сих пор новостей нет.
Машина все ехала и ехала. Рейчел и Летиция надеялись, что инспекторша остановится, чтобы сходить в туалет или выпить кофе, и это даст им возможность выбраться из фургона и сбежать. Но она ехала уже много миль без остановки. Рейчел начала тревожиться. Ее ногу давно сводила судорога, и она видела, что Летиция, скорчившаяся за другим сиденьем, более высокая и длинноногая, чем Рейчел, страдает от того же.
Рейчел требовался план.
По радио зазвучала очередная патриотическая песня. Инспекторша хорошо ее знала и принялась подпевать.
О, зелена и велика наша земля.Голубое и ясное наше небо.О, президент. О, президент.Мы будем любить тебя, пока не умрем.Мы будем любить тебя, пока не умрем.
Последнюю строчку она проревела просто оглушительно. Начался второй куплет. Рейчел знала, что это ее шанс.
О, Красния, земля войныВ которой мы сражались, высоко подняв меч…
Рейчел просунула между сиденьями руку и тихо открыла защелку на сумке инспекторши.
О, президент. О, президент…
Она пошарила в сумке и нашла то, что искала.
Мы будем любить тебя, пока не умрем…
Вытащила полную бутылку ядовитого шампуня от вшей.
Мы будем любить тебя…
Отвинтила крышку.
Пока не…
И одним быстрым движением ловко перевалилась через задние сиденья и вылила всю бутылку инспекторше на голову.
Есть вопли, и есть особые вопли. Инспекторша
