мероприятии в честь коллеги, который уходил на пенсию. Президент произнес короткую речь и сразу удалился через боковую дверь.
По словам Бруно, президент не любил находиться в обществе. Каждый вечер он обедал в одиночестве. Его жену никто не видел уже много лет, и ходили слухи, что он отправил ее в какое-то лечебное учреждение, потому что она сказала, что хочет детей. А Чарльз Мальстайн детей не хотел.
– Наследник ему был не нужен, – сказал Бруно. – Для лидера вроде него такое необычно.
– Для тирана, хотели вы сказать, – не удержалась и поправила его Рейчел.
Бруно сменил тему.
– Почему нам нужно остановиться возле Райского переулка?
– Я там кое-что оставила у друга, – солгала Рейчел. Она заметила, насколько легче у нее получается лгать с тех пор, как закрутилась вся эта история в отцовской библиотеке.
Бруно остановил машину возле тротуара. Он сказал, что проводит ее, но Рейчел ответила, что он лишь заработает штраф за парковку в неположенном месте и что она предпочитает идти одна.
Рейчел вышла, оставив на заднем сиденье дорожную сумку, свернула в Райский переулок и быстро зашагала по узкому тротуару.
Витрину магазина она помнила прекрасно. Вывеска все еще была на месте. Она позвонила в дверь.
Никто не ответил. Рейчел позвонила еще раз и подождала, но никто не вышел.
Вместо того чтобы вернуться, она дошла до конца переулка, который вывел ее на маленькую площадь с фонтанчиком, который когда-то был весьма симпатичным, но больше не работал.
Ей вспомнилась задняя дверь магазина, через которую они с Робертом сбежали, обсыпанные мукой. Она должна выходить на параллельную улицу. Рейчел отыскала эту улицу и пошла в обратном направлении, всматриваясь в каждую заднюю дверь, мимо которой проходила. Очень немногие имели пояснительные таблички. А окна располагались слишком высоко для ее роста. Она стала вспоминать, какого цвета была та дверь, но никак не могла вспомнить и остановилась.
А потом ее озарило.
Замок. Тот самый замок, в который Роберт снаружи вставил ключ, чтобы остановить преследователей. На замке была чеканка в виде какой-то золотой птицы.
Через несколько секунд она его нашла. Это оказалась серая дверь. А вот и птица, прямо перед глазами. Феникс, возрождающийся из огня.
Она сначала задумалась, не стоит ли постучать, но во внезапном порыве отваги взялась за дверную ручку, повернула ее и вошла.
Кухня оказалась пуста. Свет не был включен. Рейчел выдохнула. Пробормотала: «Есть тут кто?» – так тихо, что едва расслышала себя. Прошла через кухню в кабинет. Никого, лишь тикают часы. Стол, картины с единорогами и королевами, наполненные тайнами леса и ярко-голубые реки. Экзотическая птица с одним глазом.
А потом она услышала наверху поскрипывание половиц. Очень негромкое. Там кто-то был.
Рейчел зашла в прихожую и посмотрела на объявление у дубовой лестницы. «Служебный вход. Только для художников». Ее тревожило, что ступеньки могут выдать ее разными скрипами, когда она пойдет наверх. Но все же ступила на первую из них. Туфли Летиции она сняла и оставила у подножия лестницы. И начала подниматься.
Она делала это с осторожностью, проверяя каждую ступеньку. Угловая ступенька на полпути повела себя предательски, но, прежде чем та успела крикнуть «Посторонний!», Рейчел быстро сняла с нее ногу и шагнула на следующую. Так она достигла лестничной площадки, где перевела дух. На площадке находились две двери, одна в правой стене, другая прямо перед ней. Отсюда лестница поднималась еще на один пролет.
Она попробовала открыть двери, но обе оказались запертыми. Рейчел прислушалась. Сверху доносились еле различимые голоса. Она повернулась, чтобы начать подъем, но увидела на стене еще одну табличку:
Второй этаж закрыт для посетителей
Посторонним вход КАТЕГОРИЧЕСКИ ВОСПРЕЩЕН
Рейчел вдохнула и набралась сил, вспомнив о своей задаче. Она должна узнать, что произошло с Луцием Мейером. Она должна помочь Роберту. И если ей придется ради этого нарушить правила, то она их нарушит.
Она продолжила шаг за шагом взбираться по лестнице. На стенах висели другие иллюстрации. Казалось, что они такие же старые, как и дом. Присмотревшись, она поняла, что это иллюстрации из «Книги украденных снов»: на одной женщина играла на арфе, на другой был мужчина в огороженном стеной саду, на третьей в небе парила хищная птица.
Все они были исключительно прекрасны.
Она дошла до второй, и последней, лестничной площадки. Небольшой узкий коридор. Опять две двери. Здесь было еще темнее, пахло плесенью. Пол не натерт воском. Стены не крашены. Впечатление, будто все это из иного времени. И почему-то заметно холоднее. Рейчел невольно задрожала.
Тут она услышала голоса, доносящиеся из-за двери впереди.
– Скоро здесь будут солдаты, – произнес мужской голос. Рейчел он показался знакомым. – Они намереваются обыскать дом и забрать всё.
– А как же мы? Они нас найдут! – произнес другой, намного более старый голос. Его Рейчел прежде не слышала.
– Нам надо спрятаться! – присоединился столь же старый женский голос. – Или они обо всем узнают!
Зазвучали новые голоса, высокие и странные:
– Что с нами будет? Это катастрофа!
– Я не знаю, что делать. Но кому-то надо отправиться в Порт-Клемент, – ответил первый мужской голос. Она точно его узнала, но не могла вспомнить, кому он принадлежит. Он был низкий и хрипловатый.
Рейчел стала подкрадываться к двери. И тут старая половица под ее ногой громко треснула. Треск прозвучал как выстрел.
– Кто там?!
– Там кто-то есть!
– Поймайте их! Убейте! Они могли все услышать!
Рейчел пронзил страх. Она повернулась, чтобы убежать, но по лестнице возвращаться было уже поздно, и она быстро юркнула в боковую дверь и закрыла ее за собой. Затем обернулась посмотреть, куда попала, надеясь увидеть окно и выбраться наружу.
И замерла.
Комната за дверью оказалась скорее большим чердачным помещением, мастерской художника, заваленной красками, бумагой, кистями и перьями. Здесь пахло растворителем и сыростью.
В углу сидела старая женщина, которая впустила их с Робертом в мастерскую Мейера, кричала «Воры! Убийцы!» и гонялась за ними с кухонным ножом. Но сейчас она сидела неподвижно на маленьком стуле с закрытыми глазами – то ли спала, то ли погрузилась в такие глубокие размышления, что не заметила, как вошла Рейчел.
В центре комнаты стоял длинный рабочий стол. На нем виднелись царапины и плохо отмытые пятна краски из куркумы и черной туши. А на столе расположился длинный прямоугольный деревянный ящик. Без крышки. Внутри него что-то лежало, но от двери Рейчел не было видно что.
Она тихо подошла к ящику. Встала на цыпочки. Заглянула в него.
И ахнула.
В ящике находилось тело Луция Мейера.
Он был одет в ту же одежду, в какой Рейчел видела его в последний раз, туфли начищены. На глазах лежали монеты. А рот приоткрыт, показывая бледно-желтые зубы.
Он был мертв.
Рейчел в ужасе отпрянула. Старая женщина вздрогнула и открыла глаза. Она показала на Рейчел пальцем и схватилась за сердце. Рейчел подавила крик.
