которая, если ее неправильно использовать, может позволить тирану править Краснией вечно? Но, если использовать правильно, может вернуть к жизни маму?
Бруно вел машину не говоря ни слова, не выказывая торопливости и так, чтобы не привлекать внимание. Заморосил легкий дождь, и Бруно включил дворники. Они ритмично и уверенно шелестели, пока машина с легким урчанием ехала к аэропорту.
Рейчел сидела на заднем сиденье и пыталась прийти в себя от пережитых волнений.
Она восхищалась невозмутимостью Бруно. И подумала, что он сам подобен стеклоочистителю. Делает свою работу стильно и эффективно. Она подозревала, что вряд ли когда-нибудь овладеет подобной выдержкой и хладнокровием. В ее характере такого не было. Слишком уж ее одолевали тревоги и чувство вины. И, возможно, быть как Бруно – тоже не идеальный вариант. Возможно, только поэтому он способен спокойно работать на дьявола и при этом не испытывать сомнений, правильно ли это. Стеклоочиститель ведь не спрашивает, кто ведет машину.
Пока Бруно переключал передачи затянутой в перчатку рукой, Рейчел нащупала в кармане листок бумаги, который ей дал Соломон. У нее не было времени всерьез поразмыслить, что означает эта записка. Но РК наверняка должно обозначать ее брата? И КУС – «Книгу украденных снов»? Далее, сказал ли Роберт Луцию, что книга у него? И если да, то когда? В любом случае очень важно, чтобы служба безопасности аэропорта не нашла записку, когда Рейчел будет садиться в дирижабль.
Рейчел наклонилась, якобы почесать лодыжку, и сунула записку в левый носок. Она прекрасно туда влезла. Если Бруно и заметил, то ничего не сказал.
Когда они подъезжали к летному полю, Рейчел увидела на фоне серого горизонта исполинскую махину «Пегаса», ждущего пассажиров. В аэропорту собрались огромные толпы. Бруно включил радио. Шел выпуск новостей. Президент Мальстайн только что объявил, что из-за попытки покушения на него в Порт-Клементе он с завтрашнего дня закрывает все границы Краснии. Рейчел догадалась, что по этой причине летное поле и забито людьми, пытающимися улететь из страны и воссоединиться с семьями или друзьями за границей.
– Рейчел, – заговорил наконец-то Бруно. – Там будет тайная полиция, и они будут внимательно разглядывать каждого пассажира. Держи голову высоко, не выгляди так, словно прячешься. С твоими документами ты пройдешь практически любую стандартную проверку у таможенных чиновников. Просто веди себя…
– Словно я здесь хозяйка, – договорила она за него.
– Да, именно так. – Он улыбнулся и остановил машину метров за двести от летного поля. – Извинишь, если я не довезу тебя до входа?
Она кивнула.
– Спасибо, Бруно. Извините, что вам пришлось заниматься моими проблемами.
– Рейчел, позволь мне кое-что тебе сказать, – задумчиво проговорил он. – Я по природе человек консервативный. Знаешь, что это означает?
– Вы любите, чтобы все оставалось таким, как оно есть?
– Верно. Я не доверяю радикальным изменениям. Они почти всегда заканчиваются хуже, чем начинаются. Я доверяю времени. Президент Мальстайн – плохой человек. Он подобен раку в крови нашей страны. Но он умрет. Хотя бы это мы знаем.
– Может быть, да. А может, и нет.
Она взглянула ему прямо в глаза.
– Что ты этим хочешь сказать? Умирают все, дорогая.
– Просто думаю, что, когда смерть приходит к таким, как Мальстайн, ничего нельзя гарантировать.
Она ничего не пояснила, но Бруно понял, что она чего-то недоговаривает.
– Ты странный ребенок. У тебя есть секреты.
– Но вам не стоит их знать. Пожалуйста, обнимите за меня Летицию. Она настоящая подруга.
– Я знаю, что она очень тебя любит.
Рейчел вышла из машины. Бруно аккуратно развернулся и поехал обратно. Рейчел увидела через заднее стекло, как он кратко попрощался с ней, помахав рукой в перчатке.
А потом уехал.
Рейчел присоединилась к тем, кто ждал очереди на посадку. Легкая морось с неба превратилась в дождь. Тучи опустились низко. В толпе Рейчел ощущала себя в безопасности. Она была ниже ростом большинства путешественников, и ее едва можно было разглядеть среди чемоданов, шляп и зонтиков. Летиция умела держать голову высоко, но Рейчел было спокойнее, когда ее просто никто не замечал.
Она услышала музыку и увидела вдалеке уличного скрипача. На нем была странная шляпа, но она не могла разглядеть его лицо. В лежащий перед ним футляр от скрипки кто-нибудь время от времени бросал монету.
Взгляд Рейчел прошелся по толпе, потом обратился к гигантскому кораблю. Предназначенный когда-то для увеселительных путешествий, ныне дирижабль стал средством спасения для двенадцатилетней девочки, пытающейся спасти брата, отца и свою страну. Если бы только дирижабль это знал. Если бы смог помочь ей попасть на борт незамеченной.
Рейчел достала из кармана шерстяную шапочку и надела ее. Она выбрала самую короткую очередь и встала в нее. Очередь продвигалась медленно. Люди выглядели встревоженными, словно боялись, что им не хватит мест и их завернут обратно. Рейчел осмотрелась и поймала взгляд маленького мальчика, лет четырех. Она предложила ему одну из булочек, которые Бруно дал ей в дорогу.
А потом ее взгляд остановился на трех фигурах, стоящих под зонтиками немного в стороне. Одной из них была женщина, высокая и элегантная, с папкой в руке. Ее лицо было Рейчел знакомо. И оно наполнило ее неописуемым ужасом.
Это была директор приюта.
Рядом с ней стояли двое полицейских. И они осматривали толпу вместе. На лице директора читалась злость. Эта женщина знала, что в ее заведении «выкинули фортель», и была полна решимости исправить свою ошибку.
Рейчел глубоко вдохнула. Сомнений нет. Они ищут ее. И пытаются не дать ей попасть к брату.
В этот момент она вспомнила инструкции Бруно. Выше голову. Веди себя как хозяйка. Но как Рейчел ни пыталась, она не могла этого сделать. Голова упорно склонялась к спасительной земле. Дрожа от страха, она приблизилась к турникету и контролерам, проверяющим билеты.
Скрипач продолжал наигрывать какие-то популярные мотивы. Директор приюта продолжала наблюдать. Контролеры продолжали выкрикивать указания:
– Предъявить билеты!
– Первый класс налево! Второй класс к турникетам с первого по пятый! В колонну по одному! Головные уборы снять!
Рейчел подошла к турникету. Шапочку она не сняла, оставив это на последнюю минуту.
Внезапно у пятого турникета слева от нее началась суматоха. Семейная пара попыталась спрятать и тайком провести на борт ребенка, но была поймана. Это был тот самый мальчик с булочкой, который теперь вопил:
– Мамочка!
– Ни с места! – заорали контролеры.
Послышались свистки полицейских. Рейчел воспользовалась моментом. Она сняла шапочку, гордо задрала голову и представилась своему контролеру:
– Изабелла фон Гурнинг.
Протянула свои фальшивые документы и высокомерно взглянула на чиновника.
– Причина поездки?
– Эмиграция для воссоединения с семьей фон Гурнинг в их доме в Порт-Клементе.
Пауза. Контролер пристально смотрел ей в глаза.
– Едете одна?
– Да. Я оканчивала школу в Браве, но из-за недавнего декрета президента желаю вернуться к своей семье.
Еще одна пауза на изучение документов.
– Все в порядке. Рудольф, пропусти ее.
Работой Рудольфа, коренастого молодого мужчины без явных признаков
