class="p1">Но на вокзале она поступила в точности наоборот: позвонила подрядчику, которому собиралась поручить все работы, и, прижав плечом мобильный к уху, готовая поспорить о каждой цифре в накладной, с восхитительной ловкостью выудила из кармана плаща записную книжку, чтобы поскорее записать: встреча в кафе в двух шагах от милой книжной лавки, завтра.
Ей пришлось бегом догонять уже тронувшийся поезд и вскочить в последний вагон.
____________________
Назавтра, незадолго до обеда, Митч опять отправился во Дворец правосудия. Накануне, изучая объявления у дверей судебных залов, он узнал, что в полдень слушания прерываются. Без десяти двенадцать он сел на скамью в коридоре и стал ждать появления на лестнице Салинаса, чтобы пойти за ним следом. Он поставил себе задачу определить, где прокурор обедает, предпочитает насыщаться в одиночестве, как Вернер, или в компании себе подобных. Чтобы наметить оптимальный способ действий, прежде чем взяться за дело, он хотел все узнать об объекте слежки, его расписании, местах, куда прокурор по привычке захаживал, круге общения.
Салинас пересек площадь перед судом и толкнул дверь ресторана «У трех кузенов» на углу улицы. Митч вошел туда через несколько минут после него и обвел взглядом зал. Администратор проводила его к облюбованному им столику, неподалеку от объекта слежки, чтобы разобраться, кто окажется с ним по соседству. Прокурор, расположившийся на диванчике перед столиком, поглядывал на часы. Вскоре к нему присоединился грузный субъект, к которому он обратился «ваша честь»; администратор помогла новому гостю усесться на стул. Митч думал, что судье и прокурору нельзя общаться; если он был прав, то это означало, что они нагло демонстрируют окружающим свое запретное приятельство.
Из их разговора мало что удалось почерпнуть, разве что факт аллергии Салинаса на моллюсков – он отказался от блюда дня. Прокурор не умолкал ни на минуту, делая перерыв только чтобы поднести ко рту вилку. Судья давно съел свою порцию и теперь слушал его с безропотным терпением. Пусть власть и перешла недавно в другие руки, Салинас с ней определенно не расстался. Когда он и судья заказали кофе, Митч оплатил свой счет и покинул заведение. В тот момент, когда он зашагал прочь от «Трех кузенов», к ресторану подошла Анна.
13
Искусство вести разговор
Войдя, она стада искать взглядом знакомых официантов, но узнала только худого метрдотеля, появившегося у входа в кухню. Зал уже начал пустеть. Анна направилась к метрдотелю, приветливо улыбаясь.
– Мадам желает пообедать? – обратился он к ней писклявым голосом.
– У вас пятна на пиджаке, нельзя появляться в зале в таком виде, – ответила она и подмигнула.
– Прошу прощения?..
– Это я, Вальтер. Анна, я работала у вас официанткой.
Метрдотель поджал губы и наморщил лоб, что сделало его лицо похожим на топографическую карту.
– Понятно, – проговорил он, хотя ничего еще не понял. – Ищете работу?
Анна энергично помотала головой, показывая, что дело совсем не в этом.
– Хотите снова в официантки? – гнул он свое.
– Ни в коем случае.
– Серьезно?
– Серьезно. Хосе на кухне?
– Он больше у нас не работает, – ответил метрдотель.
– Давно?
– Довольно давно, – ответил метрдотель, не скрывая нетерпения.
– Не знаете, где я могу его найти?
– Вы же не сообщили мне, куда уходите, когда вдруг, без предупреждения, пропали. Если бы вы это сделали из элементарной вежливости, то имели бы право рассчитывать на мое молчание на ваш счет.
– Хосе был моим другом, мне бы хотелось с ним увидеться.
– Еще вопрос, хотел бы увидеться с вами он сам. – И он посмотрел на часы, как будто на них содержался ответ.
– Надеюсь, этот разговор доставляет вам удовольствие, Вальтер.
– Месье Вальтер.
– Я больше у вас не работаю.
Не требовалось быть психологом, чтобы понять, что он плохо к ней относится и что этот разговор ведет в тупик. Анна резко развернулась и пошла к вращающейся двери ресторана, но на полпути развернулась и опять приблизилась к нему.
– Здравствуйте, Вальтер, узнаете меня?
– Как забавно! – бросил насмешливо метрдотель. – Вы уверены, что не ищете работу?
– Я больше не официантка, теперь я шеф-повар.
– Шеф? – присвистнул он. – В каком же престижном заведении можно отведать вашу кухню?
– Я еще не подобрала название, но открытие уже совсем скоро. Кстати, если знаете кого-нибудь, кому надоел низкий заработок, не стесняйтесь с ним поговорить, мне скоро понадобится хороший метрдотель.
Вальтер посмотрел на нее без всякого выражения и пошевелил губами, давая понять, что занят. Анна кивнула, приняв поражение, но беседа еще не закончилась.
– Этот ваш разговор про ресторан – шутка или вы серьезно?
– Как сами думаете?
– Думаю, нахальства вам не занимать: пришли сюда нанимать людей! Хосе понадобился вам для этого?
– Уверена, вы ожидаете от меня молчания, не более того.
– Действительно, – вздохнул Вальтер. Кажется, он передумал, во всяком случае, сменил тон.
– Его рассчитали сразу после вашего ухода.
– Хосе? Он лучший су-шеф, какого я знаю!
– А вы многих знаете?
– Почему его уволили?
– На кухне произошел пожар, это все, что я могу вам сказать, и даже это должно остаться между нами. Бедняге пришлось попотеть, чтобы найти новое место; по последним сведениям, он будто бы работает в ресторане средиземноморской кухни в восточной части города. Называется «Конквистадор». – При этом уточнении Вальтер закатил глаза, как будто повествовал об ужасной драме. – Само собой, я ничего вам не говорил.
– Само собой.
Вальтер взял ее за руку, наклонился и пробормотал:
– Когда ваше заведение откроется, дайте мне знать, я зайду взглянуть, как у вас устроен обеденный зал.
После этого он выпустил ее руку и исчез на кухне. Анна покинула ресторан с противоречивым впечатлением. Хосе понадобился ей не для того, чтобы переманить его к себе. Было бы нереалистично ожидать, что он покинет лайнер ради утлой лодчонки, к тому же такой мастер кулинарии был ей не по карману. Но не надо было долго размышлять, чтобы увидеть связь между его увольнением и отравлением комиссара Жабера, и она ощущала свою ответственность за невзгоды Хосе. Она решила увидеться с ним как можно скорее, как только решит, как добиться от него прощения.
Приближалось время важной встречи. Она свернула на привокзальный бульвар и с небольшим опозданием вошла в кафе, где ее ждал подрядчик. Месье Барикес был человеком компетентным и, по всей видимости, честным, но очень уж упрямым по части цен. Круглые очки придавали ему профессорский вид, но это был только вид, потому что жаргон, на котором он изъяснялся, заставлял заподозрить, что в детстве он поколесил по разным странам. Он то и дело повторял:
