и не мигая.
Оба приземлились на четвереньки, но Грэй тут же перекатился на спину, лег и уставился в потолок.
– Прогулялись, – уныло произнес Циммер, он сидел рядом, раскинув ноги и уперев ладони в колени. – Так и не получили ответов.
– Разве? – хмыкнул Грэй, стягивая с лица платок. – А по-моему, мы их получили, четкие и ясные: беловолосый незнакомец, зеленая вспышка, мороз, големы из мертвой плоти – все связано с одним человеком, как я и предполагал.
– Ну, допустим. Просто допустим, – поднял вверх ладонь Циммер. – Мы все равно не знаем, кто он такой и откуда взялся.
– Ты не знаешь, – поддел его Грэй. – Я уже говорил, что встречался с подобными ему.
– И кто же они такие? – Циммер явно настроился слушать, но Грэй был краток:
– Нибелунги.
– Никогда не слышал о них. Что еще за народ?
– Легендарный. С острова, затерянного в морях и покрытого вечным туманом.
Циммер хмыкнул:
– Еще скажи, что ты ходил мимо него.
– Нет, – ответил Грэй, – никто не знает, где этот остров. Его нет ни на одной карте. – На мгновение он задумался, а потом пояснил: – Просто десять лет назад я купил у них корабль.
– Это «Секрет», что ли? – едва ли не присвистнул Циммер.
– Угу.
– Ты никогда мне об этом не рассказывал.
Грэй легко и упруго поднялся с пола, отряхнул одежду и сказал:
– А ты вели накрывать ужин. Я голоден, как сам морской дьявол. Но зато в гостиной, у камина, сытно поев, за доброй выпивкой поведаю тебе эту историю. Поверь, она стоит того.
Глава 11
Деревянная с плеском волн
Отдав должное яствам, друзья перебрались в гостиную к камину, уселись в удобные кресла.
Поскольку прислугу Циммер отпустил, то сам, как и полагалось гостеприимному хозяину, разлил янтарный виски, протянул один бокал Грэю и приготовился слушать.
Грэй выглядел задумчивым – Циммер называл такое состояние «смотреть в себя» – и не торопил его: знал, что история друга стоит того, чтобы подождать.
Грэй сделал пару глотков, поставил бокал на широкий подлокотник кресла и начал, устремив взгляд куда-то в стену:
– В тот год мне исполнилось восемнадцать. Я вышел из подмастерьев и наконец получил звание капитана. А значит, должен был приобрести корабль и собрать команду.
Циммер хмыкнул:
– Странно, ведь вы, «Серые осьминоги», – служба тайного королевского сыска. Почему же должны сами себя обеспечивать?
– Может быть, потому, – невесело отозвался Грэй, – что уже само наше существование на земле противоестественно. Нам оставляют жизнь, дают в руки благородное, хоть и опасное дело, обучают контролировать магию в лучшем университете страны. Думаю, такой заботы уже более чем достаточно. А потом… «серому осьминогу» нельзя предоставить любой корабль. У каждого из нас судно должно быть особенным, с индивидуальным характером и чертами. Именно поэтому каждый капитан из нашего подразделения сам выбирает своего боевого друга. Вот и у меня десять лет назад наступила пора, когда я должен был это сделать… Ну и зной же царил в тот день!
Жара была такая, что казалось, песок плавился под ногами, тут же превращаясь в стекло. Дрожало почти осязаемое марево. Раскаленным воздухом невозможно было дышать – если хапнул побольше, то обжег легкие.
Из-за жары встречные люди напоминали хорошо проваренных карпов – глаза пустые, плечи опущены, только тронь, и мясо отвалится от костей, и перед тобой предстанет голый скелет. Задавать им вопросы бесполезно. Спекшиеся мозги не позволяли им отвечать внятно. Они просто провожали вопрошавшего бессмысленным взглядом и возвращались к своим, по большей части унылым, делам.
Огромная судостроительная верфь будто вымерла. Все, кого юноше удалось обнаружить, – двое рабочих, прятавшихся от зноя в тени одного из недостроенных кораблей. Мужчины лежали на боку напротив друг друга и лениво перекидывались в карты.
К ним-то и направился молодой человек в сером костюме-тройке и соломенной шляпе. В руке он держал старенький, видавший виды походный саквояж. Пот катился по его лицу крупными каплями.
– Уважаемые! – окликнул юноша картежников.
Те обернулись, осмотрели его с головы до ног, хмыкнули, должно быть, оценив, как тому жарко в его наряде. Сами-то они были в легких холщовых штанах, закатанных до колен, и тонких рубахах нараспашку.
– Чего тебе? – ответил один, худой и жилистый, с редкими зубами и начинающей лысеть головой.
– Я бы хотел купить корабль, – ответил юноша, поставил саквояж прямо на песок, достал из кармана пиджака шелковый платок и обтер им лицо.
– Сейчас ты его все равно не купишь, – отозвался другой рабочий, коренастый, загоревший едва ли не до черноты. – Никого нет. В такую жару все сидят по домам. У нас тут жизнь начинается вечером. Вот тогда-то и приходи. Все сделки тут совершаются в трактире «Крикливая чайка» – вверх по улице, не пропустишь. Там же сможешь и комнату снять.
Юноша поблагодарил рабочих, чуть приподняв шляпу, а потом развернулся и направился туда, куда ему указали, словно не заметив, что саквояж в его руке слишком заинтересовал картежников.
Трактир «Крикливая чайка» оказался в самом конце улицы, дальше был пустырь, превращенный в помойку, откуда доносилась редкостная вонь. Чайки там прогуливались весьма жирные.
Юноша прижал к носу платок и поспешил войти в помещение, но, увы, царившие здесь запахи были лишь немногим лучше. Несколько человек – судя по лицам, отъявленные головорезы – смерили вошедшего презрительными взглядами.
– Неженка, – донеслось до него, но вскоре утонуло в гоготе.
Он проигнорировал этот выпад и обратился к хозяину, который сейчас опирался о стойку и взглядом близко посаженных маленьких глаз буравил посетителей:
– Господин, я хотел бы снять комнату.
– Комнату? – Мужчина почесал жидкую рыжеватую бороду. – Найдется одна, только вот не знаю, подойдет ли она такому выпендрехе, как ты?
Юноша немного смутился:
– Ну что вы. Я вовсе не привередлив, – поспешил заверить он.
– Как знаешь, – ответил хозяин и положил на стол ржавый ключ, – поднимайся по лестнице, и вторая дверь справа. Но деньги вперед.
– Конечно, – кивнул юноша, открыл саквояж и извлек две сияющие монеты, положил на грязную стойку и спросил: – Этого хватит?
Глаза хозяина вспыхнули в полумраке. Он спешно сгреб деньги в горсть и цыкнул:
– Иди уже.
Юноша едва успел вставить ключ в замочную скважину двери снятой комнаты, как снизу донеслись звуки потасовки. Понять их природу было несложно – бандитского вида посетители наверняка кинулись на хозяина из-за двух монет. Значит, придут и за ним.
Он бросил на грязный пол свои вещи, вытянул руку в сторону и ощутил, как в ладонь послушно лег бумеранг. Ждать не стал, сам вышел
