— Пойдем сегодня к нам обедать!
Руабен смутился и поблагодарил. После обеденного сигнала к ним подошел Анупу:
— Пойдемте, дети, обедать, мать ждет нас. Идем, сынок, с нами, — обратился Анупу к Руабену. — Мы обещали привести тебя сегодня.
— У нас мама добрая, — улыбаясь, сказал Инар.
Руабен нерешительно отказывался, но друзья утащили его, не слушая возражений.
Минут двадцать они шагали по улицам ремесленного района. У Анупу был небольшой домик из кирпича-сырца с плоской кровлей. Над хижиной возвышались три финиковые пальмы. Во дворе стоял колодец, обложенный белыми резными плитками. Узоры на них наносил Анупу в часы досуга. Очаг для приготовления пищи был большой и удобный, Анупу не был бедняком-неджесом* [27].
Его искусные руки и трудолюбие обеспечивали всю семью. К тому же Инар был одним из способнейших скульпторов.
Участок земли в четверть сетчата* [28] при доме обеспечивал их круглый год овощами и виноградом. В кладовой всегда стояли кувшины с собственным вином, закупоренные глиняными пробками. В доме чувствовался скромный, но прочный достаток.
Когда мужчины вошли во двор, их встретила мать Инара, еще нестарая женщина. Приветливость и радушие, светившиеся в ее глазах, рассеяли смущение гостя, и он стал чувствовать себя так, словно был своим в этой семье.
Они помыли руки, и Инар с таинственным видом повел Руабена в глубь садика, где росло несколько кустов с крупными распустившимися цветами олеандра.
Около одного из них стояла высокая, совсем юная девушка в красном платье. Руабен молча смотрел на нее и думал, что прекраснее этого лица он ничего не видел в жизни. Иссиня-черные волосы спустились на смуглые плечи и удивительно гармонировали с красным платьем. Она ласково улыбнулась Руабену, юная, точно тоненькая вытянувшаяся пальмочка, от свежести которой невозможно оторвать восхищенный взгляд.
— Меня зовут Тети, — улыбнулась девушка, — а ты друг Инара? Руабен? Мы все знаем тебя. Инар каждый день о тебе рассказывает.
Руабен смотрел на нее с нежностью и восхищением. Анупу, ласково улыбаясь, пригласил их обедать.
Во дворе на чистой циновке было разложено много превосходной еды, которой давно не приходилось есть Руабену.
Свежие ароматные хлебцы с румяной косточкой, пахучие огурцы, жареное мясо в глиняной миске, печеная рыба, козье молоко и горки сизоватых стеблей лука и чеснока — все радовало свежестью и пахло домом, уютом. В маленькой корзине блестели золотистой кожицей финики и виноград. Анупу сидел с довольным видом. Когда все уселись, он разлил пиво по кружкам. День был знойный, и все с удовольствием выпили крепкий, освежающий напиток.
После обеда отдыхали на циновках в тени, чтобы снова вернуться на работу до вечера.
С этого дня Руабен часто проводил время в семье Анупу. Когда выдавалось свободное время, он с особым удовольствием помогал в уходе за виноградом и огородом. В родных местах виноград не разводили, а в нижнем течении Хапи он был любимой культурой. Руабен быстро усвоил правила ухода за виноградными лозами.
В мастерской дела Руабена шли успешно. Работал он с увлечением и радовался, когда учитель доверял ему самостоятельную работу.
В свою очередь старый скульптор был доволен: ученик оказался на редкость способным и старательным. Он очень облегчал его работу. Натруженным рукам было уже тяжело, работать приходилось много. Мастерская выполняла срочные заказы. По примеру царя все вельможи занялись устройством жилищ для жизни в царстве Осириса. Никогда еще так много не строили, и самое главное — не из кирпича-сырца, а из камня. От знатных людей не хотели отставать жрецы, чиновники, писцы.
БОЛЬШОЙ ХАПИ
Приближалась пора разлива Хапи. В городе и его окрестностях оживленно готовились к приему воды. Убирали остатки урожая, поправляли изгороди, ремонтировали лодки и плоты. В отдельных районах города спешно чинили плотины, укрепляли плоты. Отряды рабочих плели изгороди из тростника, заполняли их глиной, трамбовали. Рыбаки поправляли старые сети и занимались производством новых.
Кругом шла подготовка к праздникам в честь разлива благодатного, щедрого Хапи. В хозяйствах храмов откармливали жертвенных быков и птиц, запасали масла и смолы. Даже бедняки старались сшить новое платье и передники к всенародным праздникам. На рынке разбирались ткани, кожи, сандалии и благовония для умащения.
По вечерам, в начале июня, народ толпился на набережной, с нетерпением ожидая прибытия верхних вод.
И вот, наконец, в назначенный жрецами день подошли первые зеленые мутные воды. Гуляющий народ бурно приветствовал прибывающие валы, которые с шумом, бурля и пенясь, шли с юга, бороздили реку, расплывались, уходили на север, а за ними шли новые и новые массы воды.
Люди радостно смеялись, в ладони хлопали дети. Впереди толпы в торжественных одеждах стояли жрецы храмов, проверяя точность расчетов прибытия воды. На порогах бедных хижин и на мраморных ступенях дворцов — везде люди радостно встречали животворящие воды реки.
Шли дни. Зеленые воды реки реки стали белыми, а потом красноватыми от железистых солей.
Вот уже и реке стало тесно в берегах. Воды пошли через каналы и узкие места, охватывая все большие площади. Весело и суетливо хозяйки переводят скот на высокие места, убирают корма и всякий скот от подкрадывающейся воды. Дома на улицах превратились в острова, кое-где люди со смехом брели по залитым улицам. Ушедшие утром в мастерские возвращались домой на лодках. Но на проказы могучего Хапи никто не сердился: чем больше воды, тем выше урожай, тем лучше жизнь. Большой Хапи разливается широко, как море. Бесстрашно снуют по его стремительным водам утлые челноки рыбаков. Горы блестящей трепещущей рыбы дарит щедрая река большому городу.
Инар с Руабеном тоже решили половить рыбу. Анупу выпросил на полдня лодку. И вот уже два друга, отпросившись у начальника мастерской, бороздят мутные волны и к вечеру возвращаются, возбужденные и гордые удачным уловом. Мать и Тети встречают рыбаков и принимают добычу. Мужчины помогают чистить рыбу, и все весело смеются, забрызганные прозрачной блестящей чешуей.
Анупу возится у очага, мать готовит отварную рыбу. Инар прячет нечищенную в горячую золу, чтобы испечь для желающих. С огорода смеющаяся молодежь приносит пучки лука, чеснока, петрушки. Вечером зажглись светильники и пришла семья старшего сына Анупу — Аму, друзья и соседи. Появились кувшины с вином и пивом. Шутки, смех, веселье наполнили маленький домик. После долгих дней труда хорошо отдохнуть возле добрых друзей.
Народные гулянья в честь разлива реки продолжаются. В храмах льются ароматные масла, курятся мирра, ладан и другие смолы. Откормленные гуси, журавли, быки приносятся в жертву и исчезают в обширных дворах храмов.
