фразу и исчез. Я хмыкнула, поднялась с постели и отправилась приводить себя в порядок. Что бы там ни было, но пока я официально исполняю роль домоправительницы в этой усадьбе, а значит, и обязанности свои должна выполнять старательно и по мере своих сил качественно. Чтобы Дамиан не мог ни к чему придраться даже при большом желании.
Через пятнадцать минут я неспешным шагом зашла в кухню. Все старшие слуги уже были там – завтракали, сидя за столом.
– Судя по виду Витки, нас не ждет впереди ничего хорошего, – проворчал устало Арсан и поставил передо мной кашу с куском ржаного хлеба и сладким ягодным компотом.
– Почти, – согласно вздохнула я. – Сегодня-завтра сюда прибудет некромант – изгонять деда. А тот изгоняться не хочет.
Я замолчала, беспомощно развела руками, как бы подчеркивая, что в такой ситуации точно ничего поделать не смогу ни с одной из упертых стороной.
Глава 28
Если вы находите свои вещи в беспорядке, значит, жена не успела
сделать уборку. А если не находите их нигде, значит, успела.
Мои собеседники прониклись ожидаемыми неприятностями и слаженно вздохнули. И я готова была с удовольствием к ним присоединиться – теперь у всей усадьбы могли возникнуть серьезные проблемы. Битва дипломированного некроманта и задетого за живое сильного духа – это не просто развлечение двух приятелей. Тут может камня на камне не остаться. Особенно если вспомнить, что дед просил ничему не удивляться, А он на выдумки хитер.
До конца дня, однако, ничего страшного не случилось. И не страшного – тоже. Даже Дамиан не вернулся. Уж не знаю, где, чем и с кем он там занимался, но появляться в усадьбе на этот раз точно не стремился. И меня, честно сказать, это вполне устраивало. Зацикленность Дамиана на моей скромной персоне начинала откровенно подбешивать. Мало ли, что было между нами в недавнем прошлом. Сейчас я к нему ничего не чувствовала и чувствовать не желала. И не готова была строить отношения с изменщиком. Да и вообще у меня имелись свои планы на жизнь. Сиятельный лорд драконов в них точно не вписывался.
А вот на следующее утро я проснулась с четким ощущением, что этот день будет насыщен событиями по самое «не могу». В принципе, так оно и получилось.
Я успела вымыться, привести себя в порядок, переодеться в рабочий костюм и позавтракать со старшими слугами на кухне, когда почувствовала что-то неладное. Да, в принципе, и не одна я это почувствовала. Арсан и Ларс напряглись, Старк нахмурился, Витор заозирался по сторонам, словно ища кого-то. Линда недовольно поджала губы.
– Началось, да? – спросила она обреченным тоном. Как будто ее кто-то на эшафот тащил.
– Пока нет, – ответил Арсан. – Но, думаю, с минуты на минуту начнется. – И вопросительно посмотрел на меня.
– Не знаю, – покачала я головой. – Дед меня в свои планы не посвятил. Но я тоже что-то ощущаю. Как будто воздух сгустился и стал неживым, как бы смешно это ни звучало.
– Это не смешно, Витка, – тяжело вздохнул Арсан, – это страшно. Я боюсь даже предположить, что именно нас всех ожидает.
Я не успела уточнить, что именно он имеет в виду и откуда взял такой мрачный прогноз: по всей усадьбе внезапно пронесся вой, от которого в жилах стыла кровь.
«Дед», – поняла я. Мой предок прибыл на поле битвы. И я могла только догадываться о том количество «воинов», которых он с собой привел.
Следом за воем воздух сгустился еще сильней, из него начали проступать фигуры. Почему на кухне, я понятия не имела. Может, из-за связи со мной. А может, этих «воинов» было так много, что они не помещались в других комнатах усадьбы.
Фигуры стояли молча, не двигались и производили жуткое впечатление. Может, если бы они заговорили, мне, да и остальным живым здесь, было бы проще. Но, насколько я знала, далеко не каждый предок, вытащенный с того света, был способен общаться хотя бы знаками, не то что голосом. Все зависело от уровня магии при жизни. Ну и от желания общаться с вызвавшим тоже. Я слышала о случаях, когда вызванный дух демонстративно замыкался в себе, так сказать проявлял характер. И не очень-то поддавался воздействию извне некромантом.
Сколько прошло времени, не знаю. Мы, живые, сидели, смотрели на мертвых. Те стояли. Молча.
Затем в коридоре послышались торопливые шаги, явно мужские, дверь распахнулась, и в комнате появился Стивен. Выглядел он не очень – взъерошенный, с синими кругами под глазами и впалыми щеками. Не обращая ни малейшего внимания на фигуры мертвых, наших с ним предков, он решительно повернулся ко мне.
– Дед тебя зовет. Отказывается без тебя общаться.
Отлично. Дед приступил к очередной стадии «развлечения».
Я поднялась и направилась к выходу. Стивен пошлел рядом. Хмурый, со сдвинутыми к переносице бровями, он явно мнил из себя или генерала, или мученика. И та, и другая роли давались ему отвратительно. Так и хотелось потрепать по плечу и посоветовать прекратить маяться дурью. Все равно актером ему не стать.
Все главные действующие лица этого фарса собрались в кабинете Дамиана – сам Дамиан, дед, высокий тип в черном балахоне, видимо, некромант.
Когда к ним присоединились мы со Стивеном, дед, не скрывая своего торжества, кивнул в мою сторону.
– Уйду я только по ее приказу. Как вы уже убедились, вашей силы не хватит, чтобы изгнать всех нас, ее предков.
– И моих, – буркнул недовольно Стивен, уязвленный тем, что его ни в грош не ставит собственный предок.
Дед одарил его насмешливым взглядом, но промолчал. А вот некромант довольно внимательно осмотрел меня с ног до головы. И? Что он пытался разглядеть?
Глава 29
Пора сделать уборку – это когда в комнате орёт ребёнок, а ты не можешь его найти.
– Необученный маг смерти, способный вызвать душу предка? – задумчиво произнес некромант. – И кто из здесь собравшихся нарушил закон о магах, представляющих опасность для общества? Чье имя мне упомянуть в жалобе в ковен магов?
Стивен вздрогнул. Дамиан с чувством, не стесняясь, выругался. На тролльем. Причем не на высокой речи, в которой тоже имелись ругательства, только свои, а на простонародном языке, сплошь состоявшем из обсценной лексики. Да еще и неправильно выругался. Конечно же, я не смогла пройти мимо и злорадно поправила бывшего жениха:
– Не аррахаршан, а арархараранш. Первая форма устарела и давно не используется в речи.
Краской покрылись
