на нас косо, — шепчу я ветру, прежде чем втянуть голову обратно внутрь и посмотреть на беспорядок передо мной.
— Может ли человек на самом деле умереть от смущения?
— Думаю, что нет, иначе я бы уже умерла добрых пять или семь раз. — Финн пересекает пространство между нами и быстро и крепко обнимает меня. — Мне жаль, Али. Это невероятно. Кто, черт возьми, мог сделать что-то подобное?
— Это риторический вопрос? — недоверчиво спрашиваю я.
— Ты думаешь...
— Знаю.
— Если это была Бенни, мы не можем позволить ей уйти безнаказанной. — Финн роется в одном из шкафов на кухне в поисках больших черных мешков для мусора.
По правде говоря, прямо сейчас я рвусь в бой, но не хочу рубить сгоряча. Ни с кем-то вроде Бенни.
— Мне нужно убрать этот беспорядок, прежде чем я что-нибудь сделаю. — В то время как моя логическая часть мозга говорит, что все мои вещи можно постирать, остальная часть меня физически содрогается при мысли о том, чтобы носить что-то, что когда-либо было покрыто чужой мочой. Финн угадывает направление, в котором движется ход моих мыслей. Открыв первый пакет, она кладёт его на пол в ногах моей кровати. Каждый из нас берет по одной стороне одеяла и складывает его вместе, как будто это какой-то гигантский, безумный пельмень, набитый грязной одеждой. Наверное, я должна быть благодарна, что не взяла с собой в школу больше одежды. Все это месиво помещается в черный пластик, и Финн туго завязывает конец.
— Твои простыни выглядят в основном без мочи, так что мы, вероятно, могли бы просто хорошенько их постирать, и они будут в порядке. А пока можешь воспользоваться другим моим комплектом. — Она помогает мне сменить постель, грязные простыни скомканные отправляются в корзину для белья, и бросает мне одно из своих вязаных одеял, чтобы использовать вместо моего испорченного.
Я собираю остатки своего нижнего белья и запихиваю их в другой мешок для мусора, вместе с таким количеством внутренностей кресла-подушки, которое мы можем убрать руками. Финн проводит своим маленьким ручным пылесосом по ковру, пока я тащу два мешка для мусора вниз по лестнице к мусорным контейнерам за нашим общежитием. Примерно три с половиной секунды я раздумываю, не побегать ли вокруг и не попытаться ли забрать все свое нижнее белье, но передумываю, в основном потому, что у меня просто нет сил.
Вернувшись наверх, мы с Финн проводим остаток дня в интернете, делая покупки, чтобы заменить все, что было испорчено. Благодарю Бога за то, что у меня была летняя работа на протяжении многих лет. На моем счете достаточно денег, чтобы оплатить эти покупки, поэтому я перевожу их Финн по электронной почте, и она переводит все на свою кредитную карту. Вопрос о Риверах и их предполагаемом богатстве снова всплывает на поверхность моего разума, но я задвигаю его обратно.
Одна проблема за раз, Али.
— Смотри на это позитивнее — по крайней мере, теперь у тебя есть причина покупать одежду для спонсоров, — бормочет мне Финн с полным ртом картофельных чипсов.
— Прости, что? Одежда для спонсоров? — Я смеюсь.
— Да, — она заканчивает жевать. — Знаешь, все эти сексуальные, кружевные, шелковистые вещи, которых у тебя раньше не было. Может быть, Бенни оказала тебе услугу. — Она ухмыляется и пригибается, когда я запускаю в нее подушкой.
Я бы ни за что не стала считать то, что она сделала, одолжением, но позволяю себе небольшой трепет удовольствия, когда оформляю заказ на сайте нижнего белья.
***
Следующие несколько дней проходят без каких-либо серьезных катастроф. Бенни, как всегда, была скрытной, и мы с Финн держались от нее подальше. Я все еще пытаюсь понять, как реагировать на то, что она сделала, так что пока лучше держаться на расстоянии.
Моя новая одежда еще не прибыла, но вчера доставили мое нижнее белье. Я постирала все это после занятий, и, хотя я все еще ношу одолженную Финн одежду, по крайней мере, мне не нужно стирать вручную свою единственную пару нижнего белья каждый вечер.
Проблема с гардеробом моей соседки по комнате заключается в том, что, хотя мы относительно близки по размеру сверху, я на несколько дюймов выше ее. Это сразу же исключило любые ее брюки и ограничило меня только ее юбками. Большая часть того, что было на ней скромной длины, на мне выглядит почти неприлично, за исключением одной макси-юбки и одной шоколадно-коричневой клетчатой, которую она ненавидит, потому что она доходит прямо до колен. Соседка говорит, что это делает ее похожей на маленького круглого ежика из семидесятых, но на мне она длиной до середины бедра и выглядит довольно прилично.
Сегодня я надеваю более короткую, с парой вязаных черных гольфов до бедер и черными ботинками на высоком каблуке, которые заимствовала у Финн в тот вечер, когда мы ходили в клуб. По пути в класс профессора Авессалома я прохожу мимо Бенни, которая вполголоса беседует с двумя парнями, похожими на футболистов. Разговор прекращается, когда я прохожу мимо, и Бенни бросает на меня пронзительный взгляд. Я показываю ей средний палец и продолжаю идти.
У меня снова есть выбор мест, поэтому я выбираю одно в двух рядах от задней стены. Когда приходит ассистент профессора, большинство студентов уже здесь, и она сообщает нам, что профессор Авессалом не присоединится к нам сегодня. Вместо этого он организовал для нас просмотр документального фильма о влиянии нескольких авторов на современную американскую литературу.
Как только я удобно устраиваюсь на своем месте и в лекционном зале темнеет, воздух, кажется, меняется. Чувствую, как два больших тела перемещаются на места позади меня, когда третий проходит по пустому ряду и опускается на сиденье рядом со мной.
— Али, — приветствует он меня, мое имя, липкое и сладкое, слетает с его губ.
— Чего ты хочешь, Вокс? — шиплю я.
— Почему я должен чего-то хотеть? Может быть, это как раз то место, где мне нравится сидеть; может быть, ты на моем месте.
— Ага, неважно. — Изо всех сил стараясь не обращать внимания на его присутствие, я слегка отодвигаюсь от него и сосредотачиваюсь на проекционном экране в передней части комнаты. Но игнорировать Вокса Чешира чертовски… почти невозможно. Его энергия электризует, его запах, как какой-то наркотик, затягивает меня. Просто его дыхание рядом со мной наполняет меня теплом, заставляя
